Архимаг. Колдовская война [трилогия] - Рудазов Александр - Страница 298

Его услышали. Солдаты начали озираться, с подозрением поводя очами. Бестельглосуд в ужасе увидел у них в ноздрях комочки ваты. Грозные штыки наклонились, готовые пронзить любого противника…

Но не пронзили. Хотя вот же он — стоит совсем рядом с ними! Бестельглосуд облегченно вздохнул, вспомнив о Латах Незримости, утер выступившую испарину…

— Ба, да вот же он! — радостно крикнул какой-то гренадер, указывая куда-то вниз.

Сердце ухнуло в пятки. Кровь, собственная кровь предала Бестельглосуда. От входа тянется цепочка капель… и новые падают на землю прямо сейчас! Появляются из пустоты и капают… капают… капают…

В воздухе свистнул палаш. Бестельглосуд повалился на колени и закричал, завыл раненым зверем, держась за разрубленное плечо. Так больно… почему так больно?…

— Да это же мой старый приятель! — прозвучал голос. Невыносимо страшный голос. Бестельглосуд несчетное число раз слышал его в ночных кошмарах.

Колдун в ужасе поднял глаза. Латы Незримости спали, едва плеча коснулся клинок эйнхерия… и теперь на него смотрит до боли знакомое лицо.

Лицо, которого он абсолютно не желает видеть.

— Железный… Маршал… — запекшимися губами прошептал Бестельглосуд, чувствуя, как ноги превращаются в воду.

— Он самый, мразь, — криво усмехнулся Хобокен, с силой вонзая колдуну в горло свой ужасный протез. — Не по чину тебе солдатский штык — хватит и мясницкого крюка…

Бестельглосуд Хаос забулькал, пуская кровавые пузыри. Сфера Жажды лопнула и погасла — во все стороны хлынули голубоватые волны. Из ослабевших пальцев вывалился фиал с так и не пригубленным эликсиром.

Измученное сердце наконец остановилось. Глава Совета Двенадцати умер.

Однако убил его не посох Креола. И не крюк Хобокена.

Его убил страх.

Креол сделал еще шаг. И еще шаг.

А потом упал.

Но тут же начал подниматься, помогая себе посохом. В глазах пылает невероятное упорство, на шее вздулась пурпурная вена.

Они с Логмиром спустились уже до двадцатого этажа. Сверху ощутимо веет жаром — в Промонцери Альбра начался пожар. И не просто пожар — пламя бушует с невероятной силой, пожирая даже камень и металл. Это не обычный огонь, а нечто поистине страшное. Если не поспешить, от них не останется и пепла.

— Командир, ты как, идти-то можешь? — почесал в затылке Логмир, глядя на упрямо шагающего мага. — Хабова мать, как же тебя помяли-то…

— Совсем обезманен… — прохрипел Креол. — Маны не просто не осталось — она в минус ушла…

— Ну так ты новой набери!

— Идиот! — зло блеснул глазами Креол. — Мог бы — давно бы!… Здесь сухо, как после магической войны — колдуны высосали все до капли…

Креол тряхнул посохом, едва удержав равновесие. Прислушался к ощущениям. Конечно, какие-то капельки уже набежали от плененных душ, но пока еще слишком мало, слишком… Восстановление маны естественным путем — процесс долгий, спешки не терпящий…

— Командир, так ты это — на меня обопрись! — дружелюбно предложил Логмир, подставляя плечо.

— Пошел вон! — оттолкнул его маг. — Я дойду сам! Или сдохну. Ну, что-то одно из двух точно…

Слегка отдышавшись, Креол смерил Логмира странным взглядом и спросил:

— Чего ты тащишь эту дрянь? Выкинь!

— Черешню съел?! - возмутился Логмир, прижимая к груди рукояти катан. — Это же мои Рарог и Флейм!… то, что осталось. Я их похороню.

— Да хоть съешь, — проворчал Креол.

— А вот есть как раз очень хочется, — обиженно почесал живот Логмир. — Интересно, меня вообще кормили, пока я… как бы без башки ходил? Ни хаба не помню, что там было…

— Лучше и не вспоминай. Ничего хорошего точно не было.

— Все-то ты, командир, знаешь… Если не врешь, конечно. Слушай, а это мне кажется, или вправду шашлыком пахнет?!

Креол ничего не ответил — только беспокойно зыркнул через плечо. Надо прибавить ходу — иначе здесь действительно будет шашлык.

— Ум-м?… - неожиданно потянул носом он.

— Чего, командир, тоже чуешь? — с интересом спросил Логмир, скатываясь по перилам. — Вуи-и-и-и-и-и-и-и!…

Креол опять не ответил. Он сбежал по ступеням и резко свернул в коридор, даже не окликнув обогнавшего Логмира. В глазах отразилось нешуточное беспокойство.

Очень знакомая аура. Эту ауру Креол отличит из тысячи — и безразличным не останется.

— Ученица?… - недоверчиво пробормотал он, нюхая воздух подобно ищейке.

Запертая дверь — из-за нее слышится противный тягучий рев. Креол без раздумий закрутил посох, со всей силы шарахая навершием. На краткое мгновение обсидиановый шар потяжелел в десять тысяч раз, ударяя с мощью стенобитного орудия. Дверь слетела с петель, во все стороны брызнула странная кровянистая слизь.

Не обращая внимания на хлюпающую под ногами мерзость, Креол ринулся вперед. В воздухе захлопали тысячи крыльев — навстречу магу устремилась туча гомункулов. Обезумевшие твари вытянули ядовитые жала, часто замахали когтями…

Креол резко выбросил ладони. С них сорвалось бушующее пламя. Всепожирающий огнь поглотил и в долю секунды испепелил крохотных тварей. Креол же сдавленно застонал, едва удерживаясь на ногах. Из ушей и ноздрей хлынула кровь.

— Ученица… — утвердительно пробормотал маг, нагибаясь над неподвижной фигуркой.

Креол поднял Ванессу с удивительной для себя нежностью. Пошатываясь, обливаясь кровью, он упрямо зашагал вперед, держа на руках бессознательную девушку. Нужно спешить — потолок уже раскалился, пожар распространяется с огромной скоростью.

Еще немного, и колдовская цитадель просто обрушится.

Ванесса вздрогнула и слабо застонала. Левый глаз с трудом приоткрылся. Правый… правый открываться не захотел. Почему?… Ах да, его же выкололи… Но почему тогда совсем не больно?… Наверное, все еще действует колдовская анестезия…

В поле зрения появилось лицо. Смуглая кожа, серые глаза, плотно сжатые губы. Ванесса громко всхлипнула, узнавая Креола… потом зарыдала в голос.

— Ученица, ты чего ревешь?… - спросил маг, шагая по ступеням с целеустремленностью голема.

— Я ужасно испугалась!… - обхватила его за шею Ванесса. — Они же меня чуть не сожрали!…

— Не дави на грудь… — сквозь зубы процедил Креол. — У меня два ребра сломаны. И говори громче — я плохо слышу.

— Да ты опять на труп похож!… - возмущенно вскрикнула Вон, осознав, насколько плохо выглядит ее учитель. — Исцеляйся, сумасшедший!…

— Маны нет.

Ванесса сглотнула. Взгляд уцепился за кровь, все еще текущую из ушей и носа Креола. Так бывает, когда используешь для чар прану. В голове промелькнули гомункулы Мурока — не верится, что эти твари просто так позволили бы забрать добычу…

— Я тебя люблю… — чуть слышно произнесла Вон, шмыгая носом.

— За что?! - возмутился Креол. — Что я сейчас-то не так сделал?!

— Да не убью, а люблю!!! Я же люблю тебя, люблю, дурак глухой!…

Креол плотно сжал губы. На лице появилось странное выражение.

Вот и последняя ступенька. Холл, забрызганный кровью. Распахнутые ворота.

Креол с Ванессой на руках вышел наружу… и к ногам повалился труп. Труп Бестельглосуда Хаоса.

В мертвых глазах застыл ужас — безумный, безграничный, нечеловеческий ужас. По земле растекается лужа — в момент гибели глава Совета Двенадцати позорно обмочился.

Маршал Хобокен брезгливо обтер крюк о шарф и нечаянно дернул петлю. Узел развязался — на землю шлепнулась отрубленная голова.

— А, у вас тоже все в порядке… — отстраненно произнесла Ванесса.

— Восемьдесят третья победа, будем думать, — задумчиво посмотрела на нее голова Хобокена. — Хотя без потерь не обошлось.

— Я выжил!… - недоверчиво выдохнул Креол, оглядываясь по сторонам. — Я все-таки выжил!… и победил…

Над Промонцери Альбра взвилось рокушское знамя.

Глава 26

Залив Бурь встречает рассвет. В гавани тихо стоят суда — военные, торговые, рыбацкие, каботажные. Среди всех выделяется удивительная альдарея грязновато-красного цвета — ее словно выкрасили свежей кровью. Это новый адмиральский флагман, буквально вчера вышедший из доков.