Зараза - Кук Робин - Страница 21

В половине двенадцатого Джек взглянул на часы и не поверил своим глазам — неужели уже так поздно?

— Прошу меня простить, — сказал он, прерывая оживленный разговор, — но мне пора идти. Мне предстоит довольно долгая велосипедная прогулка.

— Велосипедная? — переспросила Тереза. — Вы что, ездите по городу на велосипеде?

— Он вообще потенциальный самоубийца, — заявил Чет.

— Где же вы живете? — поинтересовалась Тереза.

— Чуть подальше Вест-Сайда, — ответил Джек.

— Спросите его, что значит «чуть», — расхрабрился Чет.

— Ну правда, скажите где? — не унималась Тереза.

— Я живу на Сто шестой улице, — признался Джек, — если уж быть совсем точным.

— Но это же Гарлем! — ужаснулась Колин.

— Я же говорю, что он самоубийца, — произнес Чет.

— Только не говорите, что хотите в этот час проехать на велосипеде через Центральный парк, — сказала Тереза.

— Ничего страшного, — возразил Джек, — я очень быстро езжу.

— Не понимаю, зачем самому нарываться на неприятности, — пробурчала Тереза. Наклонившись, она подняла с пола стоявший у ее ног кейс. — У меня, правда, нет велосипеда, но я с нетерпением жду встречи со своей постелью.

— Подождите секунду, друзья мои! — воскликнул Чет. — Мы с Колин решили взять инициативу в свои руки, правда, Колин? — Он развязно положил руку на плечо женщине.

— Правда, — ответила Колин в знак согласия.

— Мы решили, — продолжал Чете напускной строгостью, — что вы, двое отшельников, не уйдете сегодня домой до тех пор, пока не согласитесь завтра поужинать с нами.

Колин огорченно покачала головой и выскользнула из-под руки Чета.

— Думаю, что из этого ничего не получится, — сказала она, — у нас на работе совершенно немыслимые сроки, нам придется задержаться допоздна.

— И где мы сможем поужинать? — спросила вдруг Тереза.

Колин бросила на подругу взгляд, полный изумления.

— Здесь недалеко, за углом, у Элейн, — ответил Чет, — что-нибудь около восьми часов. Возможно, нам удастся увидеть там парочку знаменитостей.

— Думаю, что я не смогу... — начал было Джек.

— Твои возражения меня совершенно не интересуют, — прервал друга Чет. — Поиграешь в мячик в следующий раз, а завтра ты ужинаешь с нами.

Джек слишком устал, чтобы возражать, он покорно пожал плечами — ну что с вами поделаешь...

— Итак, решено? — спросил Чет. Все согласно кивнули.

На улице женщины сели в такси. Они предложили Чету поехать с ними, но тот отказался, сославшись на то, что живет по соседству.

— Вы не хотите оставить здесь на ночь велосипед? — спросила Тереза у Джека, снимавшего с цепи своего «мустанга».

— Ни в коем случае. — Джек вскочил в седло и помахал рукой компании.

Тереза дала адрес таксисту, и машина, свернув налево, поехала по Второй авеню на юг. Колин, помахав Чету, повернулась к своей начальнице.

— Вот это сюрприз, — произнесла Колин. — Представляешь — встретить в баре двух приличных мужчин. Нет, все-таки подобное случается, когда меньше всего на это рассчитываешь.

— Да, они хорошие парни, — согласилась Тереза, — и, кажется, действительно пришли в бар не в поисках «клубнички». Слава Богу, что они не говорили о спорте и о цене акций — кажется, в этом городе на спорте и акциях помешаны все мужчины.

— Самое смешное, что моя мать всегда хотела, чтобы я встретила и полюбила врача, — радостно улыбнулась Колин.

— Мне кажется, что они не очень-то типичные врачи, — возразила Тереза. — Особенно Джек. У него какое-то странное отношение к жизни. Мне думается, что он тяжело переживает какую-то трагедию и сильно на ней зациклился. Как ты думаешь — мотаться по городу на велосипеде?!

— Это как раз гораздо легче того, чем они заняты на работе. Ты можешь себе представить — целый день копаться в покойниках?

— Не знаю, — задумчиво ответила Тереза, — думаю, что ненамного приятнее иметь дело с банками и налоговой инспекцией.

— Признаться, ты меня здорово удивила, когда согласилась поужинать завтра в их компании, — сказала, помолчав, Колин. — Особенно если учесть нашу катастрофу с Национальным советом.

— Именно поэтому-то я и согласилась, — возразила Тереза. Она заговорщически улыбнулась подруге. — Мне хочется поговорить с Джеком Степлтоном. Хочешь — верь, хочешь — но мне кажется, что он подал мне грандиозную идею относительно новой рекламной кампании Национального совета! Интересно, какова будет его реакция, если он об этом узнает? С его филистерским отношением к рекламе... Нет, Джека определенно хватит удар.

— Что же это за идея? — заинтересовалась Колин.

— Она касается чумы, — ответила Тереза. — Единственным серьезным соперником Национального совета является «Америкэр». Для успеха нашей кампании достаточно будет упомянуть в рекламе о случаях чумы в госпитале, принадлежащем компании «Америкэр». Испугавшись, народ бросится в объятия Национального совета.

У Колин вытянулось лицо.

— Мы не можем использовать чуму в рекламных целях, — возразила она.

— Черт возьми, я не собираюсь использовать ее прямолинейно, — заверила Тереза. — В рекламе просто надо подчеркнуть, что госпиталь Национального совета располагается в новом и чистом здании. Мнение о госпитале «Америкэр» сложится само собой и в общественном сознании неизбежно станет ассоциироваться с чумой. Я прекрасно знаю, как выглядит Центральный манхэттенский госпиталь — приходилось там лежать. Здание, конечно, реконструировано, но все равно это старая больница. Госпиталь Национального совета в данном случае выступает антитезой. Представляешь себе ролик — люди едят с пола в госпитале Национального совета, и в их сознание внедряется мысль о том, что там царят порядок и чистота. Людям всегда будет импонировать уверенность, что их госпиталь новый и чистый, особенно в свете всех последних разговоров о бактериях, устойчивых к действию антибиотиков.

— Мне нравится такая идея, — загорелась Колин. — Если этот способ не поможет поднять акции Национального совета, то ему уже ничто не поможет.

— Я даже придумала удачную строчку текста, — продолжала Тереза. — «Вы можете доверять только нам: корень слова „здравоохранение“ — здоровье».

— Прекрасно, я просто в восторге! — воскликнула Колин. — Завтра прямо с утра начнем вкалывать!

Такси подъехало к дому Терезы. Прежде чем уйти, она наклонилась к Колин.

— Спасибо, что вытащила меня сегодня в свет. Это была превосходная во всех отношениях идея.

— Не за что, — зардевшись, ответила Колин и вскинула кверху большой палец.

Глава 10

ЧЕТВЕРГ, 7 ЧАСОВ 25 МИНУТ, 21 МАРТА 1996 ГОДА

Будучи человеком достаточно педантичным, Джек, как правило, появлялся на работе в одно и то же время, но в это утро он опоздал на целых десять минут. Виной было легкое похмелье, с которым он проснулся. Он очень давно не пил алкоголя и успел забыть, как тяжко переносит пробуждение после выпивки. В результате Джеку пришлось несколько дольше, чем обычно, простоять под душем, да и ехал он на работу не с такой головокружительной, как всегда, скоростью.

Пересекая Первую авеню, Джек с изумлением увидел картину, которую раньше ему не приходилось наблюдать. Напротив здания Управления судебно-медицинской экспертизы, ощетинившись антеннами, стоял автобус телевидения.

Слегка изменив привычный маршрут, Джек объехал автобус. Внутри никого не было. У входа в здание толпилась группа репортеров.

Любопытствуя, что бы это могло значить, Джек торопливо въехал на стоянку, поставил велосипед на привычное место и поспешил в диспетчерскую.

Как и всегда, Лори и Винни были уже на местах. Джек приветствовал коллег, но не остановился, а проследовал дальше, в вестибюль. Там было полно людей — яблоку упасть негде. Такого в их управлении еще не наблюдалось.

Джек вернулся в диспетчерскую.

— Черт подери, что здесь происходит? — поинтересовался он у Лори.

— Уж кто-кто, а вы должны знать лучше всех, — ответила женщина, не подняв головы от стола — она была занята составлением плана сегодняшних вскрытий. — Это столпотворение из-за эпидемии чумы!