Мутант - Кук Робин - Страница 30

Полин улыбнулась.

– А как у него с друзьями?

– Это никогда не было его сильным местом, – дипломатично ответила Полин. – Он всегда с большим удовольствием общался с персоналом, чем с детьми. После того эпизода он предпочитал быть сам по себе. Хотя нет, я не права. Ему нравилось общение с сотрудниками с «ограниченными возможностями».

– Вы имеете в виду Филипа?

– Да, именно его.

Маша поднялась, поблагодарила Полин, и они вместе направились к выходу.

– Может быть, Виктор-младший и перестал быть таким же сообразительным, каким он был когда-то, – сказала в дверях Полин, – но он отличный парень. Мы любим, когда он к нам заглядывает.

Маша поспешила к машине. Она узнала не много нового, но ясно было одно: похоже, Виктор-младший значительно больше тяготеет к одиночеству, чем ей казалось.

~~

Виктор знал, что, как только он приедет в «Кимеру», ему надо сразу идти к себе в кабинет. Коллин наверняка уже завалена срочными делами. Но вместо этого, взяв образцы, полученные в детской больнице, он направился в лабораторию. По дороге он заглянул в компьютерный центр.

Виктор поискал Луиса Каспвича около компьютера, который накануне ремонтировали. Но неполадки, видимо, уже были устранены, и машина работала: мигали огоньки, крутились катушки с пленками. Один из многочисленных техников, одетых в белые халаты, сказал, что Луис находится у себя в кабинете, пытается выяснить причины сбоя в одной из бухгалтерских программ.

Увидев вошедшего, Луис отложил объемистую программу, над которой трудился, и вытащил приготовленные для Виктора компьютерные протоколы.

– Я проверил вхождения за последние шесть месяцев. В протоколах подчеркнуты все случаи подсоединении хакера к компьютеру. Похоже, малыш подключается каждую пятницу около восьми. По меньшей мере в половине случаев он остается на линии достаточно долго, чтобы его поймать.

– Почему вы говорите «малыш»? – спросил Виктор, отрываясь от протоколов.

– Да просто так. Человек, влезающий в частные компьютерные сети, может быть любого возраста.

– Например, кто-то из наших конкурентов?

– Вполне возможно, но практика показывает, что в основном этим занимаются подростки. Это для них некая бравада, что-то вроде новой компьютерной игры.

– Когда мы попробуем его выследить?

– Как можно быстрее. Меня ужасает, что все это продолжается так долго. Даже не представляю, какую пакость этот парень задумал. Я договорился с телефонной компанией, завтра вечером они пришлют людей для наблюдения, если вас это устраивает.

– Отлично.

Уладив это дело, Виктор направился в лабораторию. Роберт был поглощен выстраиванием последовательности ДНК внедренного гена.

– У меня опять для тебя срочная работа, – сказал Виктор торопливо. – Если надо, подключи еще лаборантов с текущего проекта, но я хочу, чтобы ты лично отвечал за эту работу.

– Если понадобится, я подключу Харри. Что за работа?

Виктор открыл пакет из коричневой бумаги, достал оттуда стеклянный сосуд и протянул Роберту. Руки его дрожали.

– Это кусок печени моего сына.

– Виктора? – На длинном лице Роберта отразилось изумление. Казалось, его глаза навыкате еще больше выдались вперед.

– Нет-нет, Дэвида. Помнишь, мы делали расшифровку последовательности ДНК всех членов моей семьи?

Роберт кивнул.

– Необходимо сделать то же самое для этого образца. Мне также нужно стандартное Н= и Е= окрашивание.

– Можно узнать, зачем вам все это?

– Мне это нужно, – резко ответил Виктор.

– Хорошо, – сказал Роберт, глядя в пол. – Я не имел в виду, с какой целью вы это делаете. Просто я подумал, что, если вы ищете что-то конкретное, я мог бы тоже со своей стороны внимательнее понаблюдать за этим.

Виктор провел рукой по волосам.

– Извини меня за резкость. Просто много проблем в последнее время.

– Вам нет необходимости извиняться, – произнес Роберт. – Я сейчас же займусь этим.

– Погоди, это еще не все, – остановил его Виктор. Он достал пробирки. – Здесь образцы крови и мочи. Мне нужно, чтобы они были исследованы на присутствие цефалоспоринового антибиотика Он называется «цефалоклор».

Роберт взял пробирки, посмотрел их на свет, проверил надписи.

– Я попрошу Харри заняться. Это не займет много времени.

– Как продвигается выстраивание последовательности?

– Это всегда было нудным занятием.

– Какие-нибудь мутации?

– Пока ни одной. Судя по тому, как отделяются фрагменты, я бы сказал, что гены абсолютно стабильны.

– Жаль.

– Я думал, вы будете довольны этой информацией.

– При других обстоятельствах – да. – Виктор не стал вдаваться в объяснения. Ему было бы слишком трудно признаться, что он надеялся найти конкретное доказательство того, что ген ФРН умерших детей отличался от гена Виктора-младшего.

– Так вот вы где! – Неожиданный голос заставил Виктора и Роберта вздрогнуть. Обернувшись, они увидели стоявшую в дверях Коллин. Ноги расставлены, руки уперты в бока. – Одна из секретарш сказала мне, что видела вас где-то здесь, – продолжала она.

– Я как раз собирался идти в кабинет, – сказал Виктор виновато.

– Это так же точно, как то, что я выиграю в лотерею, – засмеялась Коллин.

– Там, наверное, сумасшедший дом? – поинтересовался Виктор.

– Ну вот, он думает, что он незаменим! – с улыбкой сообщила Коллин Роберту. – Да нет, на самом деле все не так плохо. С большинством дел я и сама разобралась. Но кое о чем вам необходимо узнать.

– О чем это? – Виктор внезапно почувствовал тревогу.

– Можно с вами поговорить с глазу на глаз? – спросила Коллин. Как бы извиняясь, она улыбнулась Роберту.

– Конечно. – Виктор направился через лабораторию к одной из скамеек. Коллин последовала за ним.

– Это о Гефардте, – начала Коллин. – Дэррил Уэбстер, который ведет расследование, весь день пытается вам дозвониться. В конце концов он рассказал мне, в чем там дело. Похоже, он обнаружил массу нарушений. За то время, пока Гефардт отвечал за закупки в «Кимере», исчезло довольно много лабораторного оборудования.

– Например?

– Дорогостоящего. Жидкостные хроматографы, приборы для выстраивания последовательности ДНК, масс-спектрометры и тому подобное.

– Боже мой!

– Дэррил решил, что вам надо об этом сообщить.

– Он нашел поддельные ордера?

– Нет. Из-за этого-то как раз все и выглядит таким загадочным. Оборудование было получено. Просто оно не дошло до тех отделений, которые его якобы заказывали. А те не сообщали о неполучении оборудования потому, что на самом деле они его не заказывали.

– То есть его прибрал к рукам Гефардт, – заключил потрясенный Виктор. – Теперь я не удивляюсь, что его адвокат так напирал, чтобы побыстрее договориться.

Обозленный, Виктор вдруг вспомнил, что в записке, привязанной к кирпичу, употреблялось это слово – «договориться».

– Я надеюсь, у нас есть телефон этого подонка? – все больше распаляясь, спросил Виктор.

– Думаю, да. В его личном деле.

– Я хочу ему позвонить. Мне надоело переговариваться с ним через адвоката.

На пути в административное здание Коллин приходилось буквально бежать, чтобы не отстать от Виктора. Она еще никогда не видела своего шефа в такой ярости.

Он все еще кипел, когда набирал номер Гефардта. Знаком он попросил Коллин остаться в комнате при разговоре, чтобы она была свидетелем тому, что будет сказано. Но на звонок никто не ответил.

– Вот черт! – ругнулся Виктор. – Этой сволочи либо нет дома, либо он не снимает трубку. Какой у него адрес?

Коллин сверилась с личным делом. Гефардт жил совсем недалеко от фирмы.

– Я думаю навестить его по пути с работы, – сказал Виктор. – Похоже, он уже побывал у меня дома. Пора нанести ответный визит.

~~

Один из пациентов не пришел на прием, и Маша решила использовать этот час, чтобы заехать в Академию Пендлтона – частную школу, которую Виктор-младший начал посещать после детского сада.