Мутант - Кук Робин - Страница 21

– Потому что человек говорит о теннисе. Он показывает мальчику правильную подачу.

– Теннис? Виктор-младший никогда не играл в теннис.

~~

Въехав на территорию «Кимеры», Виктор обратил внимание, что снег, выпавший накануне ночью, растаял. Было по-прежнему облачно, но температура воздуха уже поднялась.

Он припарковал машину на обычном месте. Однако, вместо того чтобы проследовать в административное здание, он, прихватив с переднего сиденья коричневый бумажный пакет, сразу направился в лабораторию.

– У меня тут сверхсрочная работа для тебя, – сказал он лаборанту Роберту Граймсу.

Роберт был болезненно худой мужчина. Воротнички на его рубашках всегда были ему велики, что еще больше подчеркивало худобу. В его глазах навыкате проглядывалось выражение постоянного удивления.

Виктор вытащил пробирки с замороженной кровью Виктора-младшего, а затем сосуды с тканями мозга умерших детей.

– Мне нужны хромосомные исследования этих образцов.

Роберт взял пробирки с кровью, потряс их, затем посмотрел ткани мозга.

– Вы хотите, чтобы я занялся этим немедленно?

– Именно так. Я хочу, чтобы исследование было проведено как можно быстрее. Кроме того, необходимо, чтобы ты произвел стандартное прокрашивание образцов.

– Тогда мне придется отложить работу по маточной имплантации, – предупредил Роберт.

– Я разрешаю.

Выйдя из лаборатории, Виктор направился в соседнее здание, в котором находился центральный компьютер. Оно располагалось в центре внутреннего двора. Место было выбрано идеально, учитывая, что из здания легко было пройти во все другие помещения. Основной офис находился на первом этаже, и Виктору не составило труда найти Луиса Каспвича. Он руководил несколькими техниками, которые устраняли какие-то неполадки в компьютере. Огромная машина была открыта. Казалось, ей делают хирургическую операцию.

– У вас есть какая-нибудь информация для меня? – спросил Виктор.

Луис кивнул. Дав указание техникам продолжать работу без него, он повел Виктора в своей кабинет. Там он достал блокнот с компьютерными протоколами.

– Я понял, почему вы не могли вызвать эти файлы на свой терминал, – сказал он, листая страницы.

– Почему?

Не найдя того, что искал, Луис выпрямился и обвел глазами кабинет. Наконец он обнаружил нужную страницу у себя на столе.

– Вы не могли найти файлы «Малыш Хоббс» и «Малыш Мюррей», потому что они были стерты 18 ноября, – сказал Луис, помахав листком перед носом Виктора.

– Стерты?

– Боюсь, что да. Это компьютерный протокол за 18 ноября, и он совершенно ясно показывает, что файлы были стерты.

– Странно. Скорее всего, вы не можете определить, кто это сделал?

– Конечно, могу. По паролю пользователя.

– Вы определили?

– Да.

– Ну и что, кто же это? – Виктор начинал раздражаться. Ему казалось, что Луис специально затягивает разговор.

Быстро взглянув на Виктора, Луис отвел глаза.

– Вы, доктор Фрэнк.

– Я? – Виктор был поражен. Меньше всего он ожидал такого ответа. Вообще-то у него были мысли о том, чтобы стереть файлы, может быть, он даже собирался это сделать, но точно помнил, что не стирал их.

– Извините, – проговорил Луис, Ему явно было неудобно.

– Все нормально, – сказал Виктор, и сам смущенный. – Спасибо, что вы для меня это сделали.

– К вашим услугам в любое время.

Ошеломленный полученной информацией, Виктор вышел из компьютерного центра. Да, действительно, в последнее время он стал немного забывчив, но чтобы стереть файлы и забыть об этом? Могло ли это произойти случайно? Он попытался припомнить, что делал 18 ноября. Войдя в административное здание, Виктор начал медленно подниматься по лестнице. Подходя по коридору второго этажа к задней двери своего кабинета, он решил проверить эту дату по своему календарю. Он повесил пальто и направился поговорить с Коллин.

– Доктор Фрэнк, вы меня испугали, – воскликнула она, когда Виктор положил руку ей на плечо. На ней были наушники – Коллин печатала надиктованные на магнитофон тексты. – Я и подумать не могла, что вы уже здесь.

Виктор извинился, сказав, что вошел через вторую дверь в кабинете.

– Как прошло ваше посещение госпиталя? – спросила Коллин. Виктор звонил ей с утра и предупредил, что ею не будет до обеда. – Надеюсь, у Виктора-младшего все в порядке?

– С ним все отлично, – улыбнулся Виктор. – Результаты обследования нормальные. Конечно, анализы крови еще не готовы, но я думаю, что там тоже все в порядке.

– Слава Богу, – закивала Коллин. – Вы меня напугали, когда позвонили сегодня утром. Полное неврологическое обследование – звучит довольно серьезно.

– Я сам немного волновался, – признался Виктор.

– Я так понимаю, вы хотите узнать, кто звонил, – сказала Коллин, шаря под бумагами на столе, на котором обычно царил полный порядок. – У меня тонна записок где-то здесь.

– Подожди минутку со звонками. Ты не найдешь дневник за 1988 год? Меня интересует 18 ноября.

– Конечно.

Секретарша сняла наушники и направилась к стеллажу с папками.

Виктор вернулся к себе в кабинет. Ожидая Коллин, он стал думать о тревожном телефонном звонке, на который, к сожалению, пришлось ответить Виктору-младшему. Раздумывая о том, что нужно предпринять по этому поводу, он с сожалением вынужден был признать, что здесь мало что можно было сделать. Если, допустим, он спросит тех людей, с которыми у него были конфликты, они, конечно же, будут отрицать свою причастность к случившемуся.

В кабинет вошла Коллин. В руках у нее был дневник, уже открытый на странице, где было помечено расписание 18 ноября. День был довольно напряженный. Но ничего не имело хотя бы косвенного отношения к пропавшим файлам. Судя по последней записи в этот день, Виктор возил Машу в Бостон. Они поужинали в ресторане и пошли в Бостонскую филармонию.

~~

Сняв халат. Маша скользнула в восхитительно теплую постель. Она перевела ручку регулятора температуры электрического одеяла с максимума до трех. Виктор отодвинулся от теплого края одеяла как можно дальше. Он почти никогда не включал подогреватель на своей стороне. Сегодня он лег на полчаса раньше жены, чтобы просмотреть научные журналы.

Повернувшись на бок, Маша стала изучать профиль Виктора. Четкая линия носа, слегка впалые щеки, тонкие губы – Маша знала эти черты как свои собственные. И все равно сейчас она воспринимала его как незнакомца. Она еще полностью не осознавала, что он сделал с Виктором-младшим, переходя от неверия к злобе и страху. Преобладал страх.

– Ты считаешь, что результаты обследования действительно доказывают, что с Виктором все в порядке?

– Я абсолютно в этом уверен, – сказал Виктор, не отрывая глаз от журнала. – Да и ты выглядела довольной в кабинете доктора Раддока.

Маша повернулась на спину.

– Потому что было чувство резкого облегчения, когда я узнала, что нет никаких явных заболеваний типа опухоли мозга. – Она снова взглянула на Виктора. – Но все равно пока нет никакого объяснения резкому падению интеллекта.

– Но это было шесть с половиной лет назад.

– Меня беспокоит, что процесс может возобновиться.

– Успокойся.

– Виктор! Ты не можешь отложить что ты там сейчас читаешь и поговорить со мной?

Опустив раскрытый журнал, Виктор ответил:

– Хорошо, я с тобой говорю.

– Спасибо. Конечно, я рада, что обследование его физического состояния не выявило нарушений. Но психологические тесты – нет. Их результаты неожиданные и немного противоречивые.

Маша рассказала о результатах психологических тестов, закончив относительно высокими показаниями уровня истерии.

– Но он не эмоционален, – ответил Виктор.

– В этом-то и дело.

– Мне кажется, что эти результаты больше говорят о самих психологических тестах, чем о чем-либо другом. Наверное, тесты не очень точны.

– Напротив, – возразила Маша. – Эти тесты считаются весьма надежными. Но я не знаю, как объяснить результаты. К сожалению, они только усиливают мою озабоченность. У меня такое чувство, что случится что-то ужасное.