Старуха по пятам (СИ) - Ермакова Мария Александровна - Страница 19

   Кайн сморгнул, прогнав видение. Страх был сильнее тела - тряс дрожью, которую монах был не в силах преодолеть, сдавливал горло, заставляя лёгкие биться в судорогах за всхлипывающий вздох.

   Неожиданно Мара взяла его лицо в ладони и сжала, больно впиваясь ногтями в кожу.

   - Когда мы окажемся под волной, не сопротивляйся, - сказала она совершенно обычным будничным голосом, словно и не было только что божества - стоящего рядом с ним чужеродного существа с изнанки мира. - Не поддавайся панике и верь мне. Если тебе суждено погибнуть, значит суждено и мне. Но, пока жива я - ты тоже будешь жив...

   Кайн обнял её и прижал к себе. Так не обнимают женщину, которую желают. Так не обнимают сестру, которую хотят защитить. Так обнимают единственную причину, которая заставляет сердце биться...

   - Гирами... - прошептал он.

   Прохладная ладонь легла на его губы.

   - Мара, - сказала она и улыбнулась. - Меня зовут Мара.

   И отвернулась, смотря туда, где уже закрывала полнеба сине-зелёная мраморная волна в прожилках пены.

   Шум возрос стократно, земля дрогнула - это где-то западнее передний край волны ударил берег носом гадрана, пробивающего днище корабля. Земля задрожала, как в лихорадке. Налетевший порыв ветра едва не сбил двоих, дружно наклонившихся вперёд и намертво сцепивших руки. Рокот перешёл в рёв.

   Побережье неожиданно обнажило зубы, словно кто-то высосал всю воду, и гигантская волна встала над ним вертикально, зависнув на мгновение. А потом обрушилась вниз, срыв пляж, сломав сосны и слизав с песка камни со странными знаками. Жадными пальцами она рвала берег на клочки, тянулась вглубь материка, но силы воды и земли были не равны. И скоро вода ушла, унося трупы людей и животных, сломанные деревья, остатки домов Рыбьей Кости и других прибрежных поселений. Развороченный пляж стал девственно чист - ни камней, ни куч водорослей. Лишь торчал из земли грозящим пальцем каменный остов алтаря Таи Талассы.

   За много километров от побережья, в придорожном трактире, Такайра, лежащий на постели, вдруг вскочил, подошёл к окну, толкнул ставни. И долго глядел в вечернее синеющее небо. А видел зелёную прозрачную глубину и холод чуть раскосых глаз...

   КОНЕЦ 2 книги