Человек для особых поручений (Серый экспресс) - Демченко Антон - Страница 53

— Ну, и долго ты будешь на меня смотреть? — Поинтересовался я у парня, на что тот, только криво ухмыльнулся, и достал из своего сундука, почти такой же пояс как у меня. Только на нем, со спины были гнезда для патронов обреза, вместо горизонтальных ножен, как на моем. Все. Не хватает только двух стетсонов, и можно отправляться грабить дилижансы. Если судить по вестернам, то это самое что ни на есть пастушье занятие… Хм. Что-то я слишком развеселился. Нервы…

— Ва… Виталий Родионович, а вы уверены, что сегодня… — Тихо спросил Лейф, опоясываясь широким этой «ковбойской радостью».

— Нет. Не уверен. Но не хотелось бы, чтобы нас застали врасплох. Куда?! — Это я заметил, как Лейф пытается заткнуть обрез за пояс. — В руке держи. Первый выстрел из него будет, понял? А что касается нападения, у меня просто дурное предчувствие. Очень дурное…

— Понятно. Отец говорил, ушкуйник чутью своему доверять должен. Лучше десять раз подготовиться, чем один раз не проснуться. — Согласно кивнул Лейф.

— Вот и я о том же.

Закончив подгонку амуниции и сборы, я глянул на заигравшие часы. Полночь… Сундук Лейфа мы задвинули под кресло в углу комнаты, а свою коробку, я убрал в конторку.

— Так, Лейф. А теперь, самое сложное. Для меня, во всяком случае. Среди наших врагов могут оказаться… а, скорее всего, наверняка окажутся несколько человек…

— Характерников? — Помог мне парень, поняв, что я никак не могу подобрать нужное слово.

— Ну, наверное, можно и так сказать. — Кивнул я. — Их надо будет выбивать в первую очередь. Я пока довольно смутно представляю себе их боевые возможности, но то, что какой-нибудь гадкий сюрприз они преподнести способны, в этом я даже не сомневаюсь.

— Это они могут… — Согласился Лейф, и в этот миг мы услышали тихий перестук копыт за окном.

— А вот, кажется и гости. Быстро вниз. — Шикнул я на ковбоистого повара, а сам двинулся поближе к своей спальне. Если не ошибаюсь, то ломиться налетчики будут, в первую очередь, именно сюда.

И я угадал. Не прошло и пяти минут, как в спальне скрипнуло окно, тут же, самым наглым образом, дернулись щеколды, и створка мягко отворилась, без чьей-либо видимой помощи. Еще несколько секунд тишины, и в оконном проеме появился угольно-черный силуэт. Открывать огонь сразу, я не стал. Дождался пока взломщик окажется в комнате, и сделает пару шагов в сторону, одним движением скользнул ему за спину, и аккуратно тюкнул в темечко. Язык есть, теперь можно и пошуметь. Я подошел к распахнутому окну… Блин, совсем забыл, как грохочут стволы в замкнутом пространстве! Трое болтавшихся под стеной дома молодчиков, схлопотали по свинцовому подарку в жизненно важные органы, и кулями осели на мерзлую землю.

Несколько мощных оплеух привели моего «говоруна» в чувство, а нож у горла сделал его предельно покладистым.

Десять рыл. Уже семь, если считать и мой трофей. Было три группы при трех философах, осталось две. Одна у экипажа и в дом не полезет. В остатке три придурка у входной двери, и один из них, как сказал бы Лейф — характерник. «Трофей», кстати, можно и не считать. Он уже остывает. Церемониться с уродами, напавшими на мой дом я изначально не собирался, равно как и сдавать их «правоохранительным» князьям. А теперь вниз. Я, своими выстрелами, и так, наверное, перебудил всю округу. Так что стоит поторопиться, пока все мое веселье не прервали суровые дядьки в форме.

Окинув взглядом расстилавшийся за окном вид, я воспользовался веревкой, столь любезно предоставленной мне взломщиками и, спустившись по ней на землю, быстро осмотрел трупы. То, что в контроле они не нуждаются, было ясно и так, все-таки, когда пуля сорок пятого калибра попадает в голову, анальгин уже не поможет. А промазать с расстояния в десяток метров было довольно сложно, благо фонарь на улице, за стеной владения, давал достаточно света, чтобы отчетливо видеть цели. Так что осмотр, скорее был формальностью, разделавшись с которой, я отправился в обход дома, предусмотрительно захлопнув «хрустальную сферу». Конечно, от молнии в задницу она не спасет, зато от ментального воздействия на мозги убережет точно…

Я подоспел вовремя. Взбудораженные выстрелами, молодчики как раз взломали дверь, и теперь крались по коридору из холла на кухню… идиоты. Но вот это и плохо. Там, в небольшом коридоре, перпендикулярно отходящем от основного, по которому шли налетчики, засел Лейф… А мне бы совсем не хотелось подпускать уродов так близко к своим людям. Впереди, дуплетом грохнул обрез, часть обитой деревом, левой стены коридора, украсилась многочисленными внушительного размера выбоинами и отщепами. Картечью у него абордажник заряжен, что ли?

Стрелять я начал еще в полете. Один из двух оставшихся на ногах, после выстрела Лейфа, налетчиков, уже поднял ствол на явно не успевающего схватиться за барабанник парня, а в следующий миг словил спиной подарок от моего «сварскольда», и рухнул как подрубленный, недалеко от жертвы абордажника, так и не нажав на спусковой крючок. А вот с третьим вышел облом. Он шустро откатился за массивную деревянную тумбу в нишу у стены. И оттуда, пару раз негромко и как-то неубедительно, после рявканья «сварскольдов», хлопнули выстрелы, определенно в мою сторону. Черт! Накаркал! Эта тварь запустила в меня молнией! Хорошо еще, что я в этот момент уже лежал на полу, и трещащая голубоватая дрянь просквозила надо мной, а если б попала?

— Парень, лучше бросай маяться ерундой. Нас здесь двое, и оба с оружием. А ты уже один. Сечешь? Так что, давай по-хорошему. Ствол на пол, лапки в гору и лицом к стене. — Предложил я. Не то чтобы мне так уж нужен был этот придурок живым, ну а вдруг? Но в ответ, мимо меня пролетела еще одна молния. Жаль.

Только я начал выцеливать ту часть тушки противника, что была мне видна в просвете меж полом и днищем тумбы, как с той стороны раздался какой-то шорох, а следом, тихий вскрик.

— Я его успокоил, ваше… Виталий Родионович. — Прогудел Лейф, выглядывая из-за угла. Но стоило мне начать подниматься на ноги, как он рявкнул, — Сзади!!!

И, моментально оказавшиеся в руках у сына ушкуйника, корабельные «гаубицы» изрыгнули огонь… в мою сторону! Я говорил, что «сварскольд» громко стреляет? Чушь! Пятилинейник, вот это да! Один выстрел, одна контузия. Два выстрела, инвалид на всю жизнь. Но мне, наверное, повезло. Слух вернулся уже минуты через две, так что я даже смог расслышать окончание своей собственной матерной тирады в адрес неумелого повара, расстреливающего собственного нанимателя и потенциального родственника.

Правда, рассмотрев результаты стрельбы Лейфа, мнение свое я изменил. Двое налетчиков, из той тройки, что должна была стоять на стреме, заслышав стрельбу, не слиняли, сверкая пятками, что было бы логично, а ринулись на помощь подельникам… Вот именно их-то и снял своими грохоталками сын ушкуйника, едва они появились в холле. Странные люди. Странное нападение. Дилетанты какие-то, право слово! Через секунду, до моего слуха донеслось дикое ржание. Понятно, последний тать, явно решил не искушать судьбу, и таки слинял. Ну-ну. Лучше поздно, чем никогда.

— Извини, Лейф. Как твой клиент? Жив? — Поинтересовался я.

— А черт его знает. — Пожал плечами парень, отточенным жестом отправляя оба барабанника в кобуры. — Вроде бы я его не сильно приголубил, но все ж таки вам лучше глянуть…

— Гляну, конечно. Не переживай… — Подойдя к растянувшемуся на полу трофею Лейфа, я пощупал его пульс. — Жив, курилка. Чем ты его так?

— Так… — Лейф замялся. — Лопату я в него швырнул. А она как-то так… череном ему и въехала.

— Ну ты везучий. — Рассмеялся я, присмотревшись к оболочкам поверженного «философа». — У него защита выставлена от стали… Так что, попади ты в нее кромкой, тут же схлопотал бы в ответ молнию. А вообще, это ж с какой силой, надо было лопату закрутить, а? Ну да ладно. С этим после разберемся… Вот что, Лейф, давай-ка, свяжи его, и спусти в погреб, а я пока по окрестностям пробегусь. Гляну, что да как

Но далеко убежать мне не удалось. Тихонько скрипнула дверь, и из-за угла медленно и осторожно высунулся носик Лады. Девушка глянула на нас большими испуганными глазами, потом увидела валяющиеся на полу тела, и, облегченно вздохнув, вышла из-за угла, опуская руку с зажатым в ней скромным по размеру, но весьма грозным «Барринсом». Валькирия… в ночнушке. Интересно, почему она еще не рыдает?