В погоне за наследницей - Куин Джулия - Страница 20

Ее губы скривились в гримасе, которую оптимисты назвали бы улыбкой.

— Как вы думаете, может, стоит предложить мне руку?

Он непонимающе посмотрел на нее.

— Мне нужно встать, — пояснила Каролина. — Моя… — Она запнулась. Не говорить же этому мужчине, что у нее промокло сзади платье. — Здесь сыро, — выдавила она наконец.

Блейк буркнул что-то, вряд ли подходящее для ушей Каролины, и с грохотом поставил поднос с чаем на стол, видимо, забыв, что у него в руках. Прежде чем Каролина успела моргнуть, он схватил ее на руки и снова уложил на диван.

— Спасибо, — произнесла она, пытаясь сохранять достоинство, что, однако, у нее не слишком получилось.

— Больше не вставай.

— Конечно, сэр. — Она, словно солдат, отдающий честь, взмахнула рукой, но этот жест не улучшил его настроения.

— Ты не можешь быть серьезной?

— Простите, что?

— Отдаешь честь, выкидываешь на пол все мои книги, делаешь из бумаги птичку… Ты когда-нибудь бываешь серьезной?

Каролина, прищурившись, смотрела, как Блейк во время разговора размахивает руками. Она не была в восторге от того, что ее попытки установить дружеские или хотя бы человеческие отношения демонстративно отвергнуты, да еще с руганью.

— Хотите знать, что я понимаю под словом «серьезно»? — тихо и даже сердито спросила она. — Серьезно — это когда мужчина приказывает своему сыну изнасиловать девушку. Серьезно — это когда молодой женщине некуда идти. А когда вазу опрокинули на пол и залили ковер водой — это несерьезно.

В ответ Блейк только нахмурился, и Каролина поспешила добавить:

— А что касается жеста, то я сделала его не в насмешку, а по-дружески.

— У меня достаточно друзей, — отрезал он.

— Да, теперь я это вижу.

— Ты здесь по двум причинам — всего по двум, и лучше бы тебе не забывать об этом.

— Не потрудитесь ли уточнить?

— Первая: ты здесь для того, чтобы помочь нам упрятать за решетку Оливера Пруитта. Вторая… — Он откашлялся и явно покраснел. — Вторая — ты здесь потому, что я по ошибке похитил тебя и теперь перед тобой в долгу.

— Значит, мне не обязательно помогать по дому, работать в саду и улыбаться слугам?

Он внимательно посмотрел на нее, но ничего не ответил. Каролина расценила его молчание как утвердительный ответ и кивнула с таким достоинством, которому позавидовала бы королева.

— Понятно. В таком случае, видимо, вам не стоит пить со мной чай.

— Что?

— Увы, у меня есть такая ужасная привычка.

— Всего одна?

— Всего одна, которая может оскорбить вас, сэр, — с обидой ответила Каролина. — Когда я пью чай с людьми, я стараюсь вести с ними беседу. А когда я с кем-то разговариваю, я люблю это делать вежливо и дружелюбно. А раз так…

— Сарказм тебе не идет.

— А раз так, мистер Рейвенскрофт, — продолжила она громче, — я не уверена, что вы захотите воспользоваться этой возможностью.

— Какой возможностью?

— Ну, стать моим другом.

— Боже правый!

— Пожалуйста, дайте мне поднос с чаем, будьте любезны.

Прежде чем выполнить просьбу, Блейк некоторое время молча смотрел на Каролину.

— Будьте любезны, заберите свою чашку.

— Нет, — неожиданно возразил он. — Я остаюсь.

— Последствия могут быть ужасными.

— Боюсь, если я уйду, для моей мебели последствия могут быть еще ужаснее.

Каролина посмотрела на него и поставила чашку на поднос.

— Вам с молоком?

— Да. И без сахара. И постарайся аккуратнее обращаться с китайским фарфором Это фамильный сервиз. А сейчас мне, пожалуй, следует подумать о…

— О чем? — с любопытством спросила Каролина.

— Что-то надо делать с ковром.

— Я могу сама вычистить его, — осторожно предложила она, — но вы запретили мне помогать по дому.

Не обращая внимания на ее слова, Блейк поднялся, подошел к двери и крикнул:

— Перривик В дверях тут же возник дворецкий, словно Блейк материализовал его силой своего голоса.

— Да, мистер Рейвенскрофт.

— С нашей гостьей случилась маленькая неприятность, — произнес он, указывая на мокрое пятно на ковре.

— С нашей гостьей-невидимкой, вы хотите сказать?

Каролина с нескрываемым интересом смотрела на слугу.

— Что? — переспросил Блейк.

— Если я возьму на себя смелость сделать вывод из вашего поведения за последние несколько дней, мистер Рейвенскрофт…

— Ближе к делу, Перривик.

— Вы, очевидно, не хотите делать достоянием гласности тот факт, что мисс.., э.., мисс.., э.., можем мы ее назвать мисс Невидимка?

— Мисс Трент, — с готовностью подсказала Каролина.

— ..что мисс Трент находится здесь.

— Да, она здесь находится, хотим мы этого или нет, — с раздражением произнес Блейк. — Тебе не нужно притворяться, что ты ее не видишь.

— О да, мистер Рейвенскрофт, теперь она отчетливо видна.

— Перривик, когда-нибудь я задушу тебя.

— Не сомневаюсь, сэр. Но простите, если я возьму на себя смелость и…

— Что еще, Перривик?

— Просто я хотел осведомиться относительно того, означают ли ваши слова, что визит мисс Трент теперь можно сделать достоянием гласности?

— Нет, — ответила за Блейка Каролина. — То есть я бы предпочла, чтобы вы сохранили эту информацию в тайне. По крайней мере в течение следующих нескольких недель.

— Конечно, — ответил Перривик с важным поклоном. — А сейчас, если позволите, я посмотрю, что случилось.

— Спасибо, Перривик, — сказал Блейк.

— Могу я взять на себя смелость, мистер Рейвенскрофт…

— Что еще, Перривик?

— Я просто хотел заметить, что вам и мисс Трент было бы удобнее выпить чаю в другой комнате, пока я здесь прибираюсь.

— Ваш хозяин не пьет со мной чай.

— Нет, пью, — процедил Блейк сквозь зубы.

— Не понимаю. Вы сами сказали, что не хотите иметь со мной никаких дел.

— Это не совсем верно, — прервал ее Блейк. — Мне нравится ругать тебя.

— Это я давно поняла.

Перривик вертел головой из стороны в сторону, словно наблюдал за игрой в мяч. Затем театрально прижал руку к груди и сказал:

— Простите, если я возьму на себя смелость…

— Перривик, ты самый наглый дворецкий во всей Англии, и сам отлично это знаешь.

— Я только собирался спросить вас, — ответил дворецкий с довольным видом, — не хотели бы вы, чтобы я перенес поднос с чаем в другую комнату?

— Отличная мысль, Перривик, — сказала Каролина со смущенной улыбкой.

— Мисс Трент, мне совершенно ясно, что вы женщина утонченных манер, отменного чувства юмора и недюжинного ума.

— О, ради Бога, Перривик, — пробормотал Блейк.

— Не говоря уже об изумительном вкусе и изяществе, — продолжил Перривик. — Это благодаря вам наш сад вчера так чудесно преобразился?

— Да, — не скрывая удовольствия, ответила Каролина. — Вам понравилась новая планировка?

— Мисс Трент, в ней ясно чувствуется рука человека с редким эстетическим чувством, истинным знанием садового дела и женской фантазией.

Блейк стоял с таким видом, словно был готов одним пинком отшвырнуть дворецкого до самого Лондона.

— Перривик, мисс Трент не кандидат для причисления к лику святых.

— Жаль, — заметил Перривик. — Не могу сказать, что я когда-либо сомневался в непогрешимости суждений церкви, но когда я думаю о некоторых личностях, которых она причислила к лику святых, мне кажется, что и…

Смех Каролины наполнил комнату.

— Перривик, мне кажется, я уже люблю вас. Где вы были всю мою прежнюю жизнь?

Он торжественно улыбнулся.

— Служил мистеру Рейвенскрофту, а до этого — его дяде.

— Надеюсь, его дядя был более жизнерадостным.

— О, мистер Рейвенскрофт не всегда был таким хмурым. Знаете, когда он был юношей…

— Перривик, — взревел Блейк, — еще слово — и ты будешь уволен без рекомендаций!

— Мистер Рейвенскрофт! — с упреком воскликнула Каролина. — Неужели вы можете уво…

— О, не беспокойтесь, мисс Трент, — прервал ее Перривик, — он грозится выгнать меня чуть не каждый день.