Большая книга ужасов (сборник) - Гордиенко Галина Анатольевна - Страница 46

Ждать Лапшина в квартире они не решились. Не объясняться же с его родителями! А у Гришкиной бабушки всегда виноват кто угодно, только не любимый внук.

Сергей грустно усмехнулся: Гришка с бабушкой жили на удивление дружно и практически никогда не ссорились. Редкое взаимопонимание объяснялось просто – никто никому не мешал. Они сыгрались: один говорил, другой не слушал. Если же слушал, то никогда не возражал. Просто делал по-своему. Но молча!

Первой подошла Гришина бабушка. Подошла почти через час, когда ребята основательно промерзли.

Она удивленно осмотрела гостей, как-то понуро сидевших на скамье у крыльца. Увидела посиневшее от холода Динкино лицо и встревожилась:

– Ты же замерзла совсем, бегом к нам!

Поднимаясь по лестнице, она продолжала громко возмущаться их глупостью – мерзнуть на улице, когда Гришенька давно дома…

На заявление Сергея, что на звонок им дверь не открыли, Гришина бабушка лишь рукой махнула.

– Подождали бы пару минут! Или Гришеньке в туалет из-за вас не ходить?

Лена прошептала Светлане:

– Откроет он, как же. Наверняка у кого-нибудь из соседей из другого подъезда отсиживается…

Парамоновой так хотелось в это верить! Но ярко-синие глаза Светланы странно вспыхнули, когда она еле слышно выдохнула:

– Посмотрим…

– Ты что?!

Сергей негромко заметил:

– Просто она знает Лапшина чуть лучше.

– Думаете, он там?! – застыла на ступеньках Лена.

– До этого мы пока не дошли, – усмехнулся Сергей.

– Но и в такой легкий выигрыш не верим, – вздохнула Светлана.

К сожалению, она была права. Звонку долго надрываться не пришлось, дверь почти мгновенно распахнул Гришка. Встретил потрясенные взгляды друзей и насмешливо улыбнулся.

– Чего ушли-то? Не могли подождать пять минут?

– И я им то же сказала, Гришенька, – Гришина бабушка втолкнула оцепеневшую от неожиданности Дину в прихожую. – Вот простынут из-за собственной глупости! Ничего, я их сейчас чайком горячим напою, блинчиками угощу…

После чая друзья вернулись в детскую. Гришка, спешно пряча по шкафам грудами валявшиеся по комнате вещи, с невольным восхищением проворчал:

– Ну, сильны! У меня в жизни такого беспорядка не было.

– Не льсти себе, – буркнула Лена.

Дина сунула Тимке остатки блина. Упала на диван и простонала:

– Ох, и объелась!

– Я тоже, – Светлана поставила на стол стакан с недопитым соком. – С чего только Гришкина бабушка взяла, что нужно побольше съесть, когда замерзнешь…

Лена подошла к окну. Распахнула его и, высунувшись чуть ли не по пояс, что-то начала напряженно рассматривать. Потом удовлетворенно фыркнула и подозвала Сергея.

– Смотри, – она указала пальцем на газовую трубу, тянувшуюся под окнами. – Он, видимо, по ней к соседям попал. А потом спокойно домой вернулся, когда мы ушли. В своем же подъезде был.

Между ними втиснулась Светлана. Тоже глянула вниз, но ничего не сказала. Лишь сдвинула по давней привычке брови и прикусила нижнюю губу.

– С ума сойти, – Сергей смерил взглядом тонкую трубу. – Это же опасно, она же двумя этажами ниже…

– Ты это Гришке скажи!

Лена закрыла окно. Гришка убрал груду своего белья на нижнюю полку стенного шкафа и обернулся на стук оконной рамы.

– А-а, купились… – Он широко улыбнулся друзьям. – Это я специально шлепанец на улицу выбросил. Персонально для вас. Чтоб головы поломали.

– З-зачем? – неверяще прошептала Дина.

Гришка горестно вздохнул над совершенно разоренным письменным столом, не представляя, как к нему подступиться. Ведь хотя бы часть вещей нужно спрятать в стол, чтобы мама не ругалась. Или сама не принялась наводить порядок, что еще страшнее.

Гришка подержал в руке коробку с пластилином и со вздохом бросил на стол: все равно сейчас некуда положить. Обернулся к Дине и неспешно пояснил:

– Понимаешь, когда все просто – неинтересно. А так – на выбор: хочешь, верь в телепортацию, хочешь – в здравый смысл. Кому что нравится!

– Здравый смысл… – хмыкнула Светлана. – Хорошо сказано.

Сергей угрюмо рассмеялся.

– Он еще издевается, – возмущенно прошипела Лена и демонстративно засучила рукава свитера. Сжала кулаки и одобрительно осмотрела их.

Гришка растерянно отступил за стол.

Дина хотела придержать разъяренную подругу, но ее с двух сторон подхватили под руки Сергей со Светланой.

– Молчи, – выдохнула Светлана.

– Пусть хоть раз ему вмажет, – прошептал Сергей.

Оба жаждали крови. И обоим не повезло. Потому что на Ленкин злой голос принесло Гришину бабушку. Как всегда не вовремя. Или вовремя, как наверняка считал Лапшин.

Лена не успела даже замахнуться и хотя бы напугать Гришку! К тому же ей пришлось срочно цеплять на физиономию подобие улыбки. Она, правда, больше напоминала волчий оскал, но Гришина бабушка была подслеповата и подобных нюансов не различала.

Лена разочарованно застонала.

Гришка широко ей улыбнулся.

Сергей со Светланой горестно вздохнули.

Дина тихо порадовалась, что и на этот раз обошлось без скандала.

Гришина бабушка засияла всеми морщинками.

– Играете? – И внесла в комнату блюдо с крошечными, изумительно пахнущими горячими пирожками. – Ну, играйте, играйте…

Она потрепала застывшую Лену по пылающей щеке и неспешно вышла из комнаты.

Друзья некоторое время молчали, ожидая, пока старушка отойдет подальше. Потом Сергей хмуро констатировал:

– Сорвалось.

– Ну и везучий ты, – пробормотала Лена и потянулась к пирожку.

– Тоже попробовать, что ли, – Дина опасливо погладила себя по животу.

Светлана отрицательно помотала головой и отошла от стола, подальше от искушения. Гришка же сунул в рот пирожок с грибами и прошамкал:

– Ну что, ставим точку? Я выиграл?

Лена подавилась пирожком и мучительно раскашлялась. Светлана ахнула. Дина почему-то захлопала в ладоши. Сергей нервно захохотал.

– Ага, как же, – наконец выдавила Лена. – Фокусник!

– Ни за что, – согласился Сергей.

Светлана с Диной переглянулись, но промолчали. Гришка почти с сочувствием протянул:

– Ну, смотрите, я вам предлагал…

– Что ты имеешь в виду? – насторожился Сергей.

– Да так…

Гришка вытер жирные руки о собственные джинсы. Подошел к подарку Сергея и улыбнулся. А потом кивком указал на другую картину, висевшую чуть в стороне, в тени, на нее до сих пор не обращали внимания. Слишком всех занимало пари.

– Твой лес, конечно, хорош, но… – посмотрел Гришка на друга, – земной он, понимаешь? Все ясно, и нечего ждать. А вот это… Если у меня все получится…

Лене стало не по себе, она-то уже видела эти страшные джунгли. Конечно, Лапшин все врет, он всегда врет, но…

Гришка суховато сказал Сергею:

– Там пока не был. Понимаешь, не вытанцовывается! Вроде бы все есть, а жизни нет. Вернее, есть, я ее почти чувствую, слышу, но… попасть туда не могу. Больше недели потратил, а все не то.

Лене вдруг показалось, что Гришкина близость к полотну что-то меняла в нем. Будто само присутствие Лапшина рядом подпитывало рисунок, вдыхало в него жизнь. Причем очень недобрую.

На встревоженную Лену внезапно дохнуло влажной духотой. Она услышала мерзкий скрипучий вопль и испуганно вздрогнула. Лена буквально каждой своей клеточкой чувствовала приближающуюся опасность, у нее даже пальцы рук повлажнели от внезапного страха.

Она боялась за Гришку.

И ненавидела его за это.

Гришка приглашающе взмахнул рукой. И ребята медленно пошли к новой картине. Нехотя. Почти заставляя себя.

Им было не по себе. Всем. Даже Сергею, практически на сто процентов уверенному в розыгрыше.

Бедную Дину бросило в дрожь: на этот раз перед ними была не абстракция. Во всяком случае, не полная абстракция. И Дина подумала, что предпочла бы именно ее. Зачем только Гришка изменил себе…