Игры богов - Крышталев Владимир Анатольевич - Страница 67

– Вот если бы не ружья, стал бы ты меня слушать? Сомневаюсь.

– Может, и стал бы…

– Ой ли? Не будь у моих молодцев оружия – и ты бросился бы раздавать тумаки направо и налево.

– Михель…

Я произнес его имя очень тихо, но телохранитель сразу же с готовностью замолчал.

– Ты знаешь, какие отношения связывали меня и Марго?

Он ответил не сразу. Потер указательным пальцем правой руки переносицу, задумчиво взял со стола бокал, посмотрел сквозь него на свет.

– Ну, я могу предположить.

– Валяй.

– Брось, Алексей. Тебе так необходимо заострять на этом внимание?

– Да.

Михель пожал плечами:

– У тебя ведь были женщины и до этого. Или ты вдруг нашел свою Единственную? В его словах сквозила насмешка.

– Те женщины не умирали на моих руках, – мой тон, кажется, утратил всякие оттенки эмоций. – Чтобы тебе стало понятнее… У меня было также много друзей. Знаешь, когда постоянно путешествуешь, так и получается. Поживешь немного на одном месте, обзаведешься хорошими приятелями, а потом уезжаешь, прощаясь навсегда. Аналогия ясна?

Главный телохранитель оказался достаточно умен, чтобы не отвечать на риторические вопросы.

– Но когда-то, много лет назад, один из таких приятелей, получив пулю в живот, провалялся ночь в бреду. У нас не было даже самого элементарного – ваты. Мы рвали на полосы свои рубашки и перевязывали его, пытаясь остановить кровотечение. Он просил пить, но в наших флягах не осталось ни капли. Я всю ночь не отходил от него. А утром его не стало. Знаешь, что я тогда сделал?

– Ты бросился мстить врагам, – сказал Михель, однако я так и не понял, была ли в этот раз насмешка в его словах.

– Верно. Я схватил автомат и ринулся из подвала. И тут же сам получил две пули. А потом в наш дом попал снаряд, и меня завалило.

– Глупо. Помочь своему другу ты все равно не смог бы.

– В такие минуты об этом как-то не думаешь. Но дело в другом. По твоей логике я должен был бы безразлично дождаться его последнего вздоха, а затем, когда выдастся свободное время, спокойно закопать труп в соседнем огороде. Все равно у меня на других планетах оставались друзья. Так?

Я понимал, что начальник охраны вновь выигрывает. Он втянул меня в разговор, заставил спорить, рассуждать – а значит, оттеснить эмоции на второй план. Он угощал меня прекрасным вином. Он внимательно выслушивал все, что я говорю.

Старательно и методично Михель глушил мою слепую ярость. Не скажу, что я был благодарен ему за это. Мне по-прежнему хотелось его убить. Но теперь он словно связал меня невидимыми путами. Путами беседы.

– Я веду к тому, – продолжал я, – что ни о каком сотрудничестве между нами не может быть и речи. Ты зря теряешь время.

Телохранитель вздохнул:

– Ты снова спешишь с выводами, Алексей. Я ведь больше не предлагаю тебе сотрудничества. Мне оно не нужно.

Он сделал паузу, вынуждая меня почти, против собственной воли спросить;

– Тогда что? Зачем мы тебе?

– Хотя бы для того, чтобы решить некоторые организационные вопросы. Я не такой злодей, каким ты меня себе представляешь. Я хочу вас просто отпустить. Но в Компании есть секреты, о которых посторонним знать не положено.

– И как же ты собираешься гарантировать наше молчание? – поинтересовался я.

Михель допил остатки вина, поставил бокал на стол, где уже стояли мой и Наташин, откупорил бутылку и снова налил всем едва ли не до краев.

– Очень просто, Алексей. Однако об этом позже. Сейчас позвольте узнать кое-что у вас. Он повернулся к Наташе:

– Кто вы такая?

– Надо же! – хмыкнул я. – А мне уже начало казаться, что ты знаешь абсолютно все.

На мою фразу никто не обратил внимания. Телохранитель и темноволосая девушка смотрели друг другу в глаза. Неотрывно. Словно в гляделки играли.

Возможно, между ними происходила какая-то борьба, недоступная моему восприятию. Я знал – теперь знал, – что и Наташа, и Михель обладают какими-то особыми способностями, и мне даже с моим недавно приобретенным мысленным зрением до них было далеко. Может, они пытались прочитать мысли друг друга. А может, и нет. Могло быть и так, что Михель просто ожидал ответа, а Наташа размышляла, как лучше сказать.

– Галактическая полиция? – нарушая затянувшуюся паузу, снова спросил телохранитель. – Отдел спецопераций?

Наташа отрицательно покачала головой, улыбнувшись.

– Не попал, – заметил я.

И снова меня проигнорировали. Михель задумчиво, словно выражая мысли вслух, произнес:

– Мне докладывали что-то насчет храма. Какие-то молнии. Какой-то ангел с ореолом вокруг головы. Какой-то громоподобный голос. Что там было на самом деле? Мои ребята не обнаружили никакой аппаратуры. Сколько вас участвовало в освобождении Алексея?

Так… Интересно… А мне показалось, что Клод на этот раз обошелся без ореола.

– Вам доложили правильно, – сказала Наташа. – И молнии, и голос… Все на самом деле.

– Вот только ангела с Богом перепутали, – вставил я. – Знаешь, у ангелов ведь крылышки за спиной.

Наверное, главный телохранитель решил, что мы шутим. Он расслабился, откинувшись на спинку кресла, и с усмешкой поинтересовался:

– А у богов крылышек нет?

Я взглянул на Наташу и пожал плечами:

– По крайней мере у моих знакомых нет. Лицо Михеля вновь стало серьезным.

– Мне нужны факты. Юмор давайте отложим на потом. Кто вам помогал? Меня это начало забавлять.

– Бог, – ответил я со всей возможной убедительностью. – Кроме него, больше никто.

– Алексей прав, – подтвердила Наташа.

– Вы хотите меня убедить, что сегодня в храме сверкнула молния и из ниоткуда явился Бог?

– Михель, ты же глава здешней церкви, – хмыкнул я. – Это ты нас должен убеждать в том, что такое возможно.

А Наташа невинно поинтересовалась:

– Разве твои люди говорили другое?

По-моему, начальник охраны начал выходить из себя. Он поставил недопитый бокал на стол и наклонился в кресле по направлению к нам:

– Послушайте, за кого вы меня принимаете?! Я позволю вам уйти лишь в том случае, если между нами будет достигнуто взаимопонимание…

– Значит, о подобном варианте развития событий нужно забыть, – прокомментировал я. – Фактам ты не веришь, а сочинять что-нибудь похожее на правду у меня нет желания. Наташа, – я повернулся к ней, – спасибо. Я понял, что ты имела в виду. Но, кажется, мы уже все выяснили. Не стоит же злоупотреблять гостеприимством.

– Как скажешь, – дернула плечами она. Я начал подниматься.

– Сядь! – неожиданно резко сказал Михель.

И в тот же момент на мое сознание обрушилась исполинская сила, полностью лишив меня контроля над моим телом. Ноги, перестав повиноваться, подогнулись, я снова рухнул в кресло. Благо оно оказалось достаточно мягким.

Глаза телохранителя сузились, от показного добродушия не осталось и следа.

– Разговор не окончен, – произнес он, четко разделяя слова.

Давление на меня ничуть не ослабевало. Скорее наоборот. Через несколько мгновений я почувствовал, что начинаю задыхаться.

Ну вот. Не хватало еще умереть от нехватки кислорода, находясь на планете!

– Алексей, – встревожено позвала Наташа. Увы, ответить ей я был не в силах. С моими мышцами творилось что-то невообразимое. По животу пробежала волна спазмов. Грудь уже болела, тщетно пытаясь втянуть хоть немного воздуха. Окружающий мир для меня стал каким-то нереальным, будто готовился вот-вот низринуться в небытие.

Мысленно я пожелал всем долгой жизни.

И тут же все прошло.

Свежайший и такой вкусный воздух ворвался в мои легкие. Еще несколько секунд я наслаждался вновь обретенным удовольствием – способностью дышать, – а потом наконец обратил внимание на изменения в обстановке.

Наташа, раньше спокойно сидевшая в своем кресле, теперь стояла посреди комнаты и не сводила глаз с Михеля. Вид у нее был до смешного серьезный и воинственный, и взъерошенные волосы лишь дополняли картину.

Телохранитель же вовсе не казался опасным. Его широко распахнутые глаза абсолютно ничего не выражали, сфокусировавшись на какой-то одному лишь Михелю известной точке. Сам он застыл в ирреальной неподвижности, словно высеченная из камня статуя, отродясь не бывавшая живой.