Игры богов - Крышталев Владимир Анатольевич - Страница 56

Уйти, что ли? Кажется, здесь я никому ничем не обязан. Пусть сами грызутся между собой, пусть хоть все переругаются. Меня это больше не касается.

Да и в самом-то деле. Почему я должен слушать какого-то Антонио? Никогда не любил всяких начальников.

А Марго? Ты меня обманула, Марго. И больше я тебе не помощник.

Решив так, я зашагал к выходу.

– Стойте! – раздалось сзади. У охранников внезапно пробудился ко мне интерес. Я обернулся:

– В чем дело?

Один из них – высокий и худощавый – пояснил:

– Вы не имеете права покинуть это здание без специального распоряжения Совета.

Да? Мои брови насмешливо поползли вверх.

– И по каким же законам вы смеете меня здесь удерживать?

Охранник не смутился:

– По своим.

– Ну если у вас свои законы, то у меня свои. И согласно им я собираюсь уйти.

– Не советую, – охранник предупреждающе поднял жезл.

Остальные автоматически повторили его движение. Ритуал у них такой, что ли? Я пожал плечами:

– Ваше право.

Охранник заступил мне дорогу:

– Мой долг.

Остальные угрожающе надвинулись, замыкая меня в неплотное кольцо.

– Я не собираюсь с вами спорить, – заявил я. – Но предупреждаю, если сейчас вы не освободите дорогу, я буду вынужден применить силу.

Хотя я и не блефовал, со стороны подобное заявление смотрелось самонадеянно. Однако их это даже не позабавило. Очень серьезные ребята.

– Если вы так сделаете, то мы ответим тем же, – спокойно сказал охранник и не собираясь отходить в сторону.

Я прыгнул.

В кувырке я должен был войти точно в просвет, оставшийся между двумя охранниками, и таким образом вырваться из кольца. Но реагировали ребята хорошо: просвет закрылся прежде, чем я смог проскочить. Пришлось перегруппироваться и изменить траекторию движения.

Теперь стало ясно, что без драки не обойтись. Я уже действовал машинально. Сделал подсечку, перехватил руку, уклонился от удара сзади, повел захваченное тело по кругу, снова уклонился от удара. Охранник в моих руках начал терять равновесие, падая в центр кольца, впереди открылся широкий просвет. Вот она, свобода!

В тот же миг невыносимая боль пронзила правую ногу. Настолько сильная, что я не смог удержаться и упал.

И повернулся как раз вовремя, чтобы заметить жезл, прикоснувшийся к ноге.

Оружие?

Охранник подошел ко мне.

– Вы больше не должны пытаться убежать, – сказал он. – Следующий удар будет очень болезненным.

Значит, это мы просто обменивались дружескими похлопываниями?

Я перевернулся на спину, не удержав стона, и попробовал прикоснуться к ноге. Вроде бы боль постепенно ослабевала, но одно легкое прикосновение едва не заставило меня заорать. Черт! Что это за штуковины?

Снова ходить я смог лишь минут через пять. Да и то изрядно прихрамывая. Экспериментировать же мне расхотелось вовсе.

Охранники, выполнив свой долг, перестали обращать на меня внимание. Я был предоставлен самому себе.

Вот только что мне делать со всей этой свободой?

Говорят, самый надежный способ избежать разочарований – не очаровываться. И, наверное, это правильно.

Во всяком случае, мне бы сейчас было гораздо легче. Ведь я все-таки подозревал Марго. Ну, сказал бы что-то вроде: «Этого и следовало ожидать» – и дальше уже выкручивался бы, как мог. Не было бы на душе так отвратительно.

Но я позволил красивой рыжеволосой женщине заворожить меня. И теперь тот факт, что меня насильственно лишили свободы, в моих мыслях отступал на второй план. Я не думал об освобождении. Я думал о Марго.

Она говорила неправду на Совете Она предала Эрика, уверенного в их дружбе. Марго, что тебе нужно? К чему ты стремишься? Ты, должно быть, ни во что не ценишь наши с тобой отношения, раз смогла так прямо дискредитировать себя в моих глазах сегодня. Ведь ты умная женщина. Ты знала, какова будет моя реакция. И если уж на то пошло, то ты знала, что я не отступлю. Что поддержу тебя.

Или как раз это и главное? А все остальное не имеет значения? Победителей не судят, потому ты и вознамерилась победить любой ценой? Но чем тебе мешал Эрик?

Неожиданно дверь открылась, и меня снова позвали. На этот раз сам Антонио.

– Проходите, Алексей, – мягко сказал он и вернулся на свое место возле Отца.

Марго была необычайно бледна. Эрик, впрочем, тоже. Я устроился на том же стуле, где сидел в первый раз, и с любопытством оглядел собравшихся. Какой сюрприз они приготовили мне теперь?

Антонио откашлялся.

– Итак, – заговорил он, – я объявляю решение Совета. Маргарет, вы обвиняетесь в преступлении против Совета, в действиях, направленных против его целостности и угрожающих самому его существованию. Вы больше недостойны высоких полномочий члена Совета. Алексей, вы обвиняетесь в даче ложных показаний. Как ученик Маргарет вы тоже подвергаетесь действию законов Компании.

Мне понравилось это «тоже». То есть и со мной, и с Марго сделают что-то, что само собой разумеется. Любопытно.

– Эрик, ваши действия Совет счел оправданными и соответствующими сложившимся обстоятельствам. Обвинение против вас снимается.

Великолепно! По самые уши!

Значит, когда тебе в шею попадает иголка с ядом, ты не прав. А тот, кто разбрасывается такими иголками, всего лишь поступает в соответствии со сложившимися обстоятельствами.

Вот такая логика.

Марго, поздравляю. По-моему, ты проиграла. Да и я с тобой заодно.

Впрочем, я проиграл еще раньше. Вчера после ужина, когда не смог сдержаться? Или на Менигуэне? А может, уже на Сайгусе моя судьба была решена?

Антонио продолжал зачитывать решение, как вдруг его перебил Отец.

– Тебе следовало бы составить план, – сказал старик хрипло.

– Да, Отец, – согласился Антонио.

– Смотри же, в следующий раз не подведи меня.

Я попытался понять, о чем они говорят, но мне это не удалось. Может, о плане заседания?

Впрочем, какое это имеет значение?..

Старик снова погрузился в раздумья, а Антонио известил нас, что мы с Марго направляемся на Скалу. И будем там находиться, пока Совет не сочтет нужным пересмотреть свое решение.

– Во имя Господа! – добавил он.

Все присутствующие дружно склонили головы, сопровождая движение жестом – явно ритуальным.

Это фактически было первое проявление религиозности, которое я видел в Компании. Значит, Марго все-таки говорила правду. По крайней мере в данном вопросе.

Интересно. Какие все набожные! Больше чем уверен, что верят они в Бога примерно так же, как Марго. Но вот кланяются же! Традиция.

Правда, смотрелось все очень серьезно. Никакого намека на то, что это бутафория. Я тоже чуть не кивнул вслед за всеми. Неудивительно, если рядовые сотрудники Компании действительно искренне верят.

Совет закончился. Зашумели отодвигаемые стулья, элита Компании потихоньку начала просачиваться в дверь. Вошел уже знакомый мне высокий и худощавый охранник.

– Мне поручено препроводить вас на Скалу, – сказал он мне.

– Ага, – согласился я, – своему адвокату я позвоню по дороге.

– Забудьте об адвокатах. Здесь действуют свои законы – законы справедливости.

Разумеется. Я уже об этом догадался.

– Не пытайтесь бежать, – продолжал охранник бесстрастно. – Помните, во второй раз будет больнее.

– А убить эта штука может? Он и глазом не моргнул.

– Конечно.

– И что будет, если вы не доставите меня живым?

– Доставим мертвым. Очаровательно.

Я не видел никакого реального способа выбраться отсюда. Многовато охранников на пути. И все с этими проклятыми жезлами.

Оценивать шансы на побег я начал с того момента, когда мы с Марго вошли в здание. Исходя, конечно, из того, что хотя бы половина охранников будет активно чинить мне в этом славном деле препятствия. И тогда подсчеты были удручающими, а теперь еще выяснилось насчет жезлов… В общем, дела неважные.

Ох, не подвело меня предчувствие! Вот только послушался бы я его!

Что ж. Придется сдаваться на милость сильного и надеяться дожить до светлого будущего.