Мужчина из мечты - Снегова Юлия - Страница 70

— Тоже мне наследный принц! — Антон заводился все больше. — Да если бы ты нам мешал, зачем бы я тут тебя разыскивал. Подыхал бы себе на этой помойке, и все!

Толик попробовал прийти ему на помощь:

— Марик, послушай! Почему бы тебе на самом деле не поехать в Цюрих? Там же и климат лучше, и жилье у тебя будет. И семья у тебя там.

— Мне никто не нужен, те люди, которые сейчас меня окружают, — это и есть моя семья. По своей воле я никуда отсюда не уеду.

Антон отозвал Толика и Нину в сторону.

— Ну, я не знаю, что делать? — заговорил он шепотом. — Придется вызывать полицию и «скорую помощь», у меня есть справка, что он лечился от шизофрении. Будем отправлять его насильно. Конечно, это очень неприятно, но я другого выхода не вижу.

Нине стало жалко Марка. Конечно, он законченный псих, но надевать на него смирительную рубашку и грузить, словно вещь, в самолет, это уже слишком. Она решила попытаться уговорить его. Она понимала, что логические доводы на него не действуют. У него есть своя безумная логика, а значит, и убедить его можно только таким же безумным способом.

— Марк! Я должна сказать тебе очень важную вещь! Этот город отравлен, тут скоро все умрут или потеряют свою волю и превратятся в зомби. Надо сматываться отсюда как можно скорее. Антон просто хочет тебе помочь, он один из немногих, кто знает тайну.

— А кто отравил город? — Впервые за весь разговор на лице Марка появилась заинтересованность.

— Гуманоиды, — ляпнула Нина первое, что пришло ей в голову. — Откуда-то из соседней галактики, я точно не знаю названия. Они хотят захватить Эйлат, он им нужен как стратегическая точка. — Нина говорила, а сама думала, неужели он поверит в эту чушь?

Но, видимо, у Марка появились какие-то опасения. Он вопросительно взглянул на брата и Толика. Те одновременно, словно китайские болванчики, закивали головами.

— Ну, хорошо, — нехотя согласился Марк, — если это так, то рисковать мне не хочется. Пожалуй, я поеду с тобой. Мне ничего брать с собой не надо. Вот здесь все мое имущество. — И он достал и заднего кармана шортов знакомый Нине бумажник, еще более потрепанный, чем раньше.

— Вы куда сейчас? — спросила Нина у Толика.

— В Тель-Авив. Там все посольства. У Марка же толком документов никаких нет. Он не то российский гражданин, не то швейцарский, и в Израиле он пытался зацепиться.

— Да, нам предстоит целая волокита, — добавил Антон, — даже не знаю, как я с этим справлюсь. Может быть, вы поедете с нами? — Он просительно посмотрел на Нину. — У вас так хорошо получается с ним разговаривать. Не думайте, я вам заплачу за услугу и потраченное время.

— Да нет, хватит, — Нина ни минуты не колебалась, прежде чем отказаться от этого предложения, — хватит с меня чужих проблем. У меня своих полно накопилось. Так я никогда отсюда не выберусь.

— Ну что ж… Ваше право, настаивать не буду. Приятно было познакомиться. Я не хочу оставаться в этом городе больше ни минуты. Такой климат не для меня. Толик, будь добр, возьми такси, поедем на автостанцию, а оттуда сразу в Тель-Авив. Всего вам хорошего, — сказал он Нине.

Нина взглянула на Марка. Ей хотелось запомнить его получше. Теперь, когда она знала, что расстается с ним и скорее всего никогда его больше не увидит, у нее пропало всякое недоброе чувство к Марку. Все-таки их безумный, безудержный роман навсегда останется в ее душе ярким, солнечным воспоминанием. Нина знала, что когда-нибудь, в серый дождливый день, когда ей будет одиноко, тоскливо или просто скучно, она обязательно вспомнит этого юношу, который подарил ей незабываемые мгновения.

— Пока, Марик. Спасибо тебе за все!

У Марка что-то изменилось в лице. Кажется, он почувствовал то же самое, что и Нина. Он сделался испуганным и каким-то несчастным.

— Вот и все, малышка! Пора по домам. Прости, что доставил тебе много хлопот.

— Да ладно, было даже интересно.

Нина подошла, чтобы обнять его на прощание. Антон деликатно отвернулся. Марк обхватил ее руками и прижался лицом к ее волосам. Почему-то от него пахло морем, а не водкой и грязью, как ожидала Нина. Ей стало очень грустно.

— Ну все. — Она освободилась из его объятий первой, чтобы не заплакать. — Желаю удачи! Слушайся брата, пока!

За их спинами послышался шум подъехавшей машины. Это Толик наконец поймал такси. Антон взял Марка под руку и быстро повел к машине. Похоже, он боялся, что его ненормальный брат сбежит в последний момент.

— Толик, можно я остановлюсь у вас в Иерусалиме? — спросила Нина.

— Конечно!

Все уже сели в машину. Марк смотрел на нее сквозь стекло так, словно умолял о помощи, словно надеялся, что она в последний момент вызволит его. Для Нины эта сцена была невыносимой. Уж скорей бы все кончилось.

— Спасибо вам! — крикнул ей Антон на прощание, и машина уехала.

«Ну вот и все, — грустно думала Нина, — все разъехались кто куда. Джон в Англию, Марк в Швейцарию. По крайней мере, теперь я знаю, что с ним все в порядке, о нем есть кому позаботиться. Пора и мне уезжать. Больше в этом городе меня ничего не держит».

Она обвела напоследок глазами море, пальмы, дорогие отели, пляж, палатки, где жили нищие алкоголики. В общем-то она оказалась здесь совершенно случайно, можно считать ее необыкновенное приключение подарком судьбы. А теперь ей предстоял путь назад.

Глава 15

В Иерусалим Нина приехала поздно вечером и прямо с автостанции позвонила Лизе. Та уже ждала ее, Толик предупредил жену, что Нина должна приехать. Улыбающаяся Лиза встретила Нину на пороге квартиры.

— С ума сойти! Как ты загорела! Тебя и не узнать. В Москве все умрут от зависти.

— Это я сейчас умру от усталости. Представляешь, в автобусе сломался кондиционер, я думала, что задохнусь. Одна женщина даже в обморок упала.

— Но ты у нас девушка крепкая, тебя духотой не возьмешь. В душ пойдешь? Давай скорей, и будем ужинать.

Нине было приятно вновь оказаться в их роскошной ванной комнате. Правда, теперь ее восприятие как-то притупилось. То, что раньше приводило в восторг, теперь воспринималось как должное. Ее уже не удивить какими-нибудь кремами или обедом в ресторане. Все это, конечно, делает жизнь более приятной, но по сути ничего не меняет в ней.

Нина вышла из ванной. Девочки уже спали. Стараясь не шуметь, она прошла на кухню. Лиза приготовила ей свежевыжатый апельсиновый сок со льдом. С наслаждением Нина залпом выпила два стакана и ожила. Теперь она чувствовала себя гораздо лучше и была готова к общению.

— Давай рассказывай! — Лизе не терпелось услышать о ее эйлатских приключениях.

— Да что рассказывать? Жара, море, которое надоедает через день, так что предпочитаешь залезть в душ, а не тащиться на пляж, — кокетничала Нина.

— Неужели так и нечего рассказать? Я тут безвылазно сижу дома, кроме своей квартиры и нашего спального района, ничего не вижу. Целый день одно и то же — дети, стирка, магазин, готовка… надоело ужасно… Я в Израиле уже три года, а в Эйлате не была ни разу. Толик все говорит, — то жарко, то дорого. А ты только приехала, и уже везде побывала. Конечно, мне интересно все. Рассказывай — что с тобой там было?

— Да все это не так уж радужно, как ты себе представляешь.

— Это ты о Марке? — Лиза сразу стала серьезной.

— Ну да.

— Да, Антон был очень встревожен его состоянием. А что, он действительно так плох, как говорит его брат?

— Если не хуже. Ты понимаешь, это так странно, вроде он совершенно нормальный, говорит, что-то делает. А потом его нормальность незаметно дает сбой, и он начинает нести такой бред, что просто дурно делается. И ладно бы он только говорил, он же и ведет себя в соответствии со своими безумными идеями. Он тогда становится просто опасным для окружающих. Я тебе в прошлый приезд ничего не хотела говорить, а сейчас, пожалуй, скажу.

И Нина рассказала Лизе о том, как Марк соблазнил арабскую девушку, как чуть не спалил лагерь бедуинов. Лиза слушала ее, в ужасе округлив глаза.