Экзамен для мужа - Крэн Бетина - Страница 65

— А мне плевать, что они заметят мое бегство! Я не хочу, чтобы меня убили на пороге собственного дома! — возмущался Клэкстон.

— Милорд, они перелезают через стену! Мои люди не могут их удержать…

— Вы обязаны их задержать! Ты обязан их задержать. Возвращайся и смотри, чтобы они не подожгли мой замок! — Клэкстон раздвинул перегородку и влетел в кладовую с двумя вооруженными солдатами. Он держал в руках кожаные мешки с деньгами. — Тут внизу есть где-то потайной ход. Найдите его, и я сделаю вас богатыми.

Два солдата исчезли в проходе. Когда он связал мешки и перебросил их через плечо, на середину комнаты выступил Перил.

— Так-так, Ренфроу, куда это ты собрался? — Его голос был тверже дамасской стали. — Бежишь, оставив своих людей умирать?

Клэкстон, увидев Перила, побледнел.

— Какого черта? Кто тебя выпустил?

— Я, — ответила Элоиза и улыбнулась. — Я — леди Элоиза, жена лорда Перила.

— Монашка! — изумленно выдохнул Клэкстон. Перил взмахнул мечом.

— Возьми свой клинок, чтобы я мог убить тебя в честном бою.

Бросив мешки, Клэкстон в страхе ринулся к кухонной двери, но граф последовал за ним, полный решимости покончить с ним раз и навсегда. Клэкстон вбежал в зал, где дюжина его солдат с трудом обороняла дверь от натиска солдат Перила и Бромли.

— Что ты стоишь как болван? Убей его! — закричал он капитану.

Тот, презрительно взглянув на хозяина, бросился на Перила. Сначала у капитана было преимущество, так как его меч оказался длиннее. Но и тяжелее, поэтому он вскоре начал уставать, выпады и удары замедлились, расстояние между ним и Перилом постепенно сокращалось. Наконец капитан оказался в такой недопустимой близости от Перила, что тот легко отпарировал его удар и вонзил в него свой короткий меч. И в этом не было ничего удивительного, ибо капитан сражался лишь на рыцарских турнирах и ни разу не участвовал в настоящем бою.

Он потрясение посмотрел на Клэкстона, а потом мешком свалился на пол.

Двое солдат поспешили на помощь хозяину, но трусливый граф помчался по лестнице в башню. За ним гнался Перил, а за Перилом двое солдат, но он с силой толкнул их, и они покатились вниз в зал, где уже слышался звон мечей и раздавались крики ярости и боли.

Перил сейчас думал лишь о том, что теперь в комнате наверху два человека, и только один из них останется в живых. Наконец решившись, Клэкстон выхватил меч. Он сделал ложный выпад и довольно засмеялся, когда Перил отбил удар, которого на самом деле не было.

— Это… именно этого я всегда и хотел, — заявил он. — Ты и я. Свести с тобой счеты. Победитель забирает все.

Перил внимательно наблюдал за тем, как противник рассекает мечом воздух.

Наконец, взревев от ненависти, Клэкстон бросился на него. Перил отразил нападение, хотя, отступая, едва не пропустил второй удар. Клэкстон оказался на удивление сильным человеком, но действовал неумело, пренебрегал защитой, открывался, и вскоре на его тунике появилась первая кровь.

Лицо его исказилось от отчаяния, когда он понял, что не в силах противостоять такому опытному противнику, как Уитмор. Момент был напряженным, ибо Перил знал, что человек, который видит в глазах врага свой смертный приговор, способен на непредсказуемые поступки.

Крутанувшись на каблуках, Клэкстон выставил перед собой меч, и граф почувствовал острую боль в руке. Клэкстон тут же отскочил назад и вбок, чтобы ударить его в спину, однако Перил инстинктивно пригнулся, поднял меч и, пока Клэкстон разворачивался для атаки, нанес ему удар в живот.

Раздался глухой стук тела о каменный пол, и в комнате наступила пронзительная тишина. У Перила все поплыло перед глазами, как будто он находился под водой. Он взглянул на свою руку, со странным равнодушием наблюдая, как по ней течет кровь, бросил меч, чтобы зажать рану, и побрел к винтовой лестнице. Грубые камни царапали ему плечи, когда он натыкался на стены, но он все же дошел до конца и, оказавшись в зале, был поражен царившей там тишиной. Казалось, везде лежали мертвые тела. Он даже перешагнул через одно… и еще там была Элоиза, бегущая к нему.

Он протянул ей руки навстречу, почувствовал ее тепло, увидел ее глаза, полные слез, хотел сказать ей… сказать ей…

Через день он очнулся в собственной кровати, в собственной спальне, в собственном доме. Это была первая мысль, когда он увидел знакомый полог и знакомую комнату. Он был жив, и он дома.

Перил хотел приподняться на локте, но почувствовал резкую боль в левой руке, посмотрел на нее и обнаружил повязку. Рот казался ему пустой бочкой из-под рыбы, в tq-лове снова стучали молотки.

— Даже не смей пытаться встать с кровати! Хильдегард сказала, что у тебя чуть не раскололась голова и тебе нельзя вставать еще несколько дней, — сообщила появившаяся с подносом Элоиза.

— И долго я спал?

— Не очень долго, — улыбнулась она, укладывая его на подушки.

— Что случилось? Где Бромли?

— Он в комнате рядом с тобой. Раздраженный и капризный. Хильдегард с ним просто измучилась. — Она села рядом и поставила на колени поднос.

— А что с моими людьми?

— За ними тоже ухаживает Хильдегард. Мало у кого серьезные ранения. К счастью, Клэкстон не слишком заботился о боевой подготовке своего гарнизона. В отличие от тебя. Да и его солдаты не хотели умирать за труса, который сбежал, увидев врага у своих ворот. Они теперь открыты.

— А это что? — спросил Перил, заглядывая в миску.

— Мой знаменитый фламандский суп. Он тебе нравился, помнишь?

— Ты пришла за мной, — проговорил он, сжимая ее руку вместе с ложкой. — Теперь вспомнил… темница… ты пришла за мной. — Удивление в его глазах вдруг исчезло. — Никогда больше так не делай!

— Не буду, — лукаво улыбнулась она. — Если не будешь ты.

Но непокорный блеск в глазах и вздернутый подбородок свидетельствовали о том, что она все равно сделает по-своему.

— Ты упрямая женщина, Элоиза Уитмор!

— Да, когда этого требуют обстоятельства.

Тверда как сталь его Элоиза. С львиным сердцем. Именно такая женщина — упрямая, гордая, властная — нужна мужчине. И что самое удивительное, в груди у него опять появилась боль — она любит его.

— Поцелуй меня, — попросил он, привлекая ее к себе, — и позаботься, чтобы я после этого остался в живых.

Улыбнувшись, она опустила ложку в миску и наклонилась к нему.

Когда Перил обнял ее, она даже не заметила, что суп выплеснулся и залил поднос.

— Я люблю тебя.

— Я знаю. — Она с улыбкой погладила его по щеке.

— Знаешь?

— Ты мне уже говорил.

— Говорил? — Он потер подбородок. — Когда же?

— Когда ты спускался по лестнице в замке Клэкстона, ты обнял меня и сказал: «Я люблю тебя, Элоиза. Я люблю тебя всем сердцем», — с удовлетворением сообщила она.

В комнату осторожно заглянули Майкл, Саймон и Итан, увидели, что он проснулся, и вошли.

— О! Вы, милорд, выглядите уже гораздо лучше! — заявил Майкл.

— А сколько нас, видите? — спросил Итан, подходя к кровати.

— Шестеро, — буркнул Перил.

— Понял? — Итан толкнул Саймона локтем. — Я же тебе говорил, что он в прекрасном настроении.

— Все в порядке, милорд, — доложил Саймон. — Мы нашли вино и многое другое… Шерсть последней стрижки, зерно, овец, скот и трех пропавших жеребят. Все это забрали воры Клэкстона. А самое главное, мы нашли двух пропавших детей. — Заметив недоумение графа, он пояснил: — Сыновей Молли Бейн и Эллиса.

— Да, это правда, — подтвердила Элоиза. — Те мальчики и Грейви видели, как Хедрик и его подельники грузили награбленное, чтобы отправить Клзкстону, поэтому они забрали детей с собой и заставляли их работать в его замке.

Удивленно вскрикнув, граф всплеснул руками и поморщился. Но никакая боль не могла затмить радости на его лице.

— Вы бы видели Молли Бейн, когда ее мальчик побежал к ней, — сказал Майкл, все еще находившийся под впечатлением этой картины. — И жену Эллиса… Наверное, бедная Ардит до сих пор обнимает своего сына и плачет от счастья.