Собрание сочинений [Том 1] - Кастанеда Карлос - Страница 251

Я повернулся лицом к девушкам и хотел сказать им, что уже знаю, где они живут, но промолчал. Я не представлял, как можно описать, что щекочущее чувство заставило меня вспомнить случайное замечание дона Хуана. Однажды по пути к Паблито мы проходили мимо какого-то дома, и, указав на необычное сооружение, он заметил, что это идеальное место для отдыха и расслабления. Я повез их туда.

Дом был довольно велик. Это была такая же постройка из необожженного кирпича с соломенной крышей, как и дом доньи Соледад. Одна длинная комната в передней части дома, крытая кухня - в задней, огромное патио рядом с кухней и загородка для цыплят рядом с патио. Самой важной частью дома была закрытая комната, одна из дверей которой выходила в переднюю, а другая - в патио. Лидия сказала, что ее построили они сами. Я захотел посмотреть ее, но Лидия не позволила, сказав, что сейчас не время. Без Хосефины и Ла Горды она не могла показать мне принадлежащие им части комнаты.

В углу передней комнаты была сооружена кирпичная платформа около восемнадцати дюймов высотой, одним концом примыкающая к стене. Лидия положила на нее несколько толстых соломенных циновок и предложила мне отдохнуть, сказав, что они будут охранять мой сон. Роза зажгла лампу и повесила ее на гвоздь над постелью. Было достаточно света, чтобы писать. Я объяснил им, что записывание снимает с меня напряжение, и спросил, не помешает ли оно им.

- Почему ты спрашиваешь? - удивилась Лидия. - Делай что хочешь!

Самым небрежным тоном я объяснил, что некоторые мои привычки всегда казались странными дону Хуану и дону Хенаро, и уж тем более могли показаться странными им.

- Все мы со странностями, - сухо сказала Лидия.

Я сел на постели под лампой, прислонившись спиной к стене. Они легли рядом, по обе стороны от меня. Роза укрылась одеялом и тут же заснула, едва коснувшись головой циновки. Лидия сказала, что теперь мы можем спокойно поговорить, и попросила меня потушить свет, так как он слепит ей глаза.

Наша беседа в темноте касалась главным образом местонахождения двух других девушек. Лидия сказала, что не представляет себе, где сейчас Ла Горда, но Хосефина, несомненно, все еще разыскивает Нестора в горах, несмотря на темноту. Она пояснила, что Хосефина лучше других может позаботиться о себе ночью в пустынном месте, поэтому Ла Горда и отправила ее с этим поручением.

Я сказал ей, что из всего услышанного раньше я понял, что Ла Горда - их лидер. Лидия ответила, что Ла Горда действительно была за старшего и что сам Нагваль поставил ее во главе. Она добавила, что если бы даже он этого не сделал, то рано или поздно Ла Горда все равно взяла бы верх, потому что она лучше их всех.

Тут мне захотелось зажечь лампу и кое-что записать. Лидия недовольно сказала, что свет усыпляет ее, но я настоял на своем.

- Что делает Ла Горду лучшей? - спросил я.

- У нее больше личной силы, - сказала она. - Она знает все, и, кроме того, Нагваль научил ее управлять людьми.

- Ты завидуешь Ла Горде в том, что она самая лучшая?

- Раньше завидовала, а теперь - нет.

- Почему же ты изменилась?

- В конце концов я приняла свою судьбу, как учил меня Нагваль.

- А какова твоя судьба?

- Моя судьба… Моя судьба - быть бризом. Быть сновидящей. Моя судьба - быть воином.

- А Роза или Хосефина завидуют Ла Горде?

- Да нет, что ты. Все мы приняли свою судьбу. Нагваль сказал, что сила придет к нам только после того, как все мы без взаимных упреков примем свою судьбу. Раньше я часто жаловалась и временами приходила в ужас, потому что Нагваль мне нравился. Я все думала, что я - женщина. Но он объяснил мне, что это не так. Он показал мне, что я - воин. Моя жизнь окончилась, когда я встретила его. То же он сделал и с остальными. Может быть, ты и не такой, как мы, но нам Нагваль дал новую жизнь.

Когда он сказал, что собирается покинуть нас, так как ему надо заниматься другими делами, мы думали, что умрем. А посмотри на нас сейчас. Мы живы, и знаешь, почему? Потому что Нагваль показал нам, что мы - это он сам. Он здесь, с нами. Он всегда будет здесь. Мы - его тело и его дух.

- Вы все четверо чувствуете одинаково?

- Нас не четверо. Мы - одно. Это наша судьба. Мы должны поддерживать друг друга. И ты такой же, как мы. Все мы - одно и то же. И донья Соледад такая же, хотя она и идет в другом направлении.

- А Паблито, Нестор и Бениньо? Как с ними?

- Мы не знаем. Мы не любим их. Особенно Паблито. Он трус. Он не принял свою судьбу и хочет увильнуть от нее. Он даже хочет отказаться от своих шансов стать магом и жить обычной жизнью. Это было бы великолепно для Соледад. Но Нагваль приказал нам помогать и ему. Хотя мы уже устали ему помогать. Может быть, совсем скоро Ла Горда отшвырнет его с пути навсегда.

- Неужели она способна это сделать?

- Способна ли она? Конечно да. Она получила от Нагваля больше остальных. Может быть, даже больше тебя.

- Как ты думаешь, почему Нагваль никогда не говорил мне, что вы - его ученицы?

- Потому что ты - пустой.

- Это он сказал, что я - пустой?

- Каждый знает, что ты - пустой. Это написано на твоем теле.

- Написано что?

- У тебя в середине есть дыра.

- В середине моего тела? Где?

Она очень мягко коснулась правой стороны моего живота и пальцем очертила круг, словно обозначая границы какой-то невидимой дыры диаметром пять-шесть дюймов.

- А ты сама пустая, Лидия?

- Ты шутишь? Я - полная. Разве ты не видишь этого?

Ее ответы принимали неожиданный оборот. Мне не хотелось раздражать ее своим невежеством, поэтому я утвердительно кивнул.

- Как ты думаешь, почему у меня в середине есть дыра, которая делает меня пустым? - спросил я, считая этот вопрос самым невинным.

Не отвечая, она повернулась ко мне спиной и пожаловалась, что свет лампы режет ей глаза. Я настаивал на ответе. Она вызывающе посмотрела на меня.

- Я не хочу больше разговаривать с тобой. Ты тупой.

Даже Паблито не такой тупой, а он хуже всех.

Я не хотел опять попасть в тупик, делая вид, что знаю, о чем идет речь. Поэтому я опять спросил, что вызвало мою пустоту. Я упрашивал ее сказать, горячо уверяя, что дон Хуан никогда не давал мне разъяснений на эту тему. Он постоянно говорил мне, что я пустой, и я понимал его, как понял бы это любой западный человек. Я считал, что он подразумевает отсутствие у меня воли, решительности, целеустремленности и даже ума. Он никогда не упоминал о дыре в моем теле.

- С правой стороны у тебя дыра, - сказала она как само собой разумеющееся. - Дыра, которую сделала женщина.

- Ты знаешь, кто эта женщина?

- Только ты можешь сказать это. Нагваль говорил, что мужчины часто не знают, кто опустошил их. Женщины удачливее, они точно знают, кто сделал это с ними.

- Твои сестры тоже пустые, как я?

- Не говори глупостей. Как они могут быть пустыми?

- Донья Соледад сказала, что она пустая. Выглядит ли она подобно мне?

- Нет. Дыра в ее животе огромна. Она по обе стороны. Это значит, ее опустошили мужчина и женщина.

- Что произошло между доньей Соледад и этими мужчиной и женщиной?

- Она отдала им свою полноту.

Я заколебался, прежде чем задать следующий вопрос. Мне хотелось взвесить все последствия ее заявления.

- Ла Горда была еще хуже, чем донья Соледад. - продолжала Лидия. - Ее опустошили две женщины. Дыра в ее животе была похожа на пещеру. Но она закрыла ее Она опять полная.

- Расскажи мне про этих двух женщин.

- Я не могу тебе больше ничего сказать, - властно ответила она. - Только Ла Горда может рассказать тебе об этом. Дождись ее прихода.

- Но почему только Ла Горда?

- Потому что она знает все.

- И она - единственная, кто знает все?

- Свидетель знает столько же, может быть, даже больше, но он является самим Хенаро, и с ним очень трудно ладить. Мы не любим его.

- Почему вы его не любите?

- Эти три трутня ужасны. Они такие же ненормальные, как Хенаро. Они постоянно воюют с нами, потому что мстят нам за свой страх перед Нагвалем. Во всяком случае, так говорит Ла Горда.