Второй пол - де Бовуар Симона - Страница 189

От рядовой проститутки до знаменитой гетеры — дистанция огромного размера, у этой лестницы множество ступенек. Основное различие между ними состоит в том, что проститутка выступает на торгах как представительница некоей общей категории себе подобных и в силу существующей в этой среде конкуренции обречена оставаться на жалком жизненном уровне, тогда как гетера делает ставку на свою особенность: если ей удается добиться успеха, она может рассчитывать на высокое положение. Красота, обаяние, сексапильность необходимы для достижения этой цели, но и их недостаточно: нужно, чтобы ее оценило общественное мнение. Ее стоимость выявляется через желание мужчины, но она получает признание лишь тогда, когда мужчина открыто, перед всем миром назовет эту стоимость, провозгласит ее цену. В веке минувшем это были дом или дворец, экипаж, жемчуга — свидетельства власти «кокотки» над своим покровителем, которые возводили ее в ранг дамы полусвета; она удерживалась в своем высоком положении до тех пор, пока мужчины продолжали разоряться ради нее. Социальные и экономические перемены привели к исчезновению такого типа женщин, как Бланш д'Антини. Нет больше «полусвета», среды, в которой могла бы самоутверждаться подобная репутация. Амбициозность и честолюбие находят другие пути для самоутверждения. Признание завоевывается новыми способами. Последнее воплощение гетеры — это кинозвезда, Имея в качестве опоры мужа — таково строгое требование Голливуда — или солидного, серьезного друга, она появляется на экране и далее роднится со своими героинями — фринией, Империей, Золотой Каской. Она предлагает мужчинам Женщину их мечты, а они за это отдают ей состояние и создают славу.

Грань между проституцией и искусством всегда была хрупка, поскольку красота и сладострастие как–то двусмысленно соединя-

1 Вполне очевидно, что лицемерными заявлениями и просто отрицанием данного явления ситуации не изменишь. Чтобы проституция исчезла, необходимы два условия: каждая женщина должна иметь возможность рассчитывать на приличную работу; общественные нравы не должны быть препятствием свободе любви. Только уничтожив условия, при которых возникает проституция, можно уничтожить саму проституцию.

кэтся; на самом деле не красота пробуждает желание; эта платоновская теория любви предлагает похоти свои лицемерные оправдания. Фриния, обнажающая грудь перед ареопагом, якобы предоставляет возможность созерцания чистой идеи. Показ неприкрытого тела становится зрелищем, явлением искусства; американские «бурлески» сделали из раздевания драму. «Обнаженное тело невинно, целомудренно», — заявляют старые господа и под видом коллекционирования «художественно выполненных ню» собирают порнографические фото. В борделе момент, когда клиенты делают выбор, — это настоящий парад; этот парад может принимать более сложные формы — «живые картинки», «артистичные позы». Проститутка, желающая выделиться, повысить свою стоимость, не ограничивается пассивным показом своего тела; она стремится обнаружить особые таланты. Греческие «флейтистки» пленяли мужчин своей музыкой и танцами. Женщины из племени, обитающем в Улед–Наиле, исполняют танец живота, испанки танцуют и поют в Барио–Шино, и для тех и для других это способ предложить себя в изысканной манере особому ценителю. Нана, как известно, выходит на сцену с определенной целью, ей нужны «покровители». Некоторые мюзик–холлы, как некогда кафешантаны, кабаре, представляют собой попросту бордели. Любое ремесло, любой вид деятельности, связанный с обнажением женского тела, может быть использован в «галантных» целях. Нет сомнения, есть танцовщицы мюзик–холла, есть платные партнерши для танцев в кабаре, обнаженные танцовщицы, партнерши для проведения времени за столиком, сексапильные красотки, манекенщицы, певицы, актрисы, которые не смешивают эротическую часть своей жизни с ремеслом; и чем большего мастерства, технического совершенства, выдумки требует их ремесло, тем в большей степени оно становится самоцелью; однако нередко женщина, «предлагающая себя» публике, впадает в соблазн использовать свой шарм и с помощью интимной коммерции заработать себе на жизнь. И только куртизанка обзаводится ремеслом, которое служит ей ширмой. И редкая из них ведет себя как Леа, героиня Колетт, которая на обращение друга «моя актриса» отвечает: «Актриса? Подумать только, мои любовники становятся бестактны». Торговая, рыночная стоимость каждой из них зависит от репутации, точнее, от имени, а сделать «имя» можно на сцене или на экране, потом оно становится источником дохода.

Не каждая Золушка мечтает только о волшебном принце: муж или любовник, она подозревает, может превратиться и в ее тирана; поэтому она предпочитает мечтать о собственном смеющемся изображении на афишах больших кинотеатров. Но все–таки чаще всего благодаря «протекциям» мужчин она достигает этой цели; именно мужчины — муж, любовник, вздыхатель — обеспечивают ее триумф, предлагая ей свое состояние или имя, свою известность. Потребность нравитьсяокружающим, нравиться толпе, массе очень роднит звезду с гетерой. В обществе они играют сходные роли: гетерами я называю всех женщин, которые не только свое тело, но и свою личность в целом рассматривают как капитал, годный для эксплуатации. Их жизненная позиция не имеет ничего общего с жизненной позицией творческого человека, созидателя, который, выходя за грань возможного в своем творчестве, превосходит самого себя, выходит за пределы изначальных данных и, становясь другим, зовет к свободе, открывая ей будущее; гетера не снимает покрывала с мира, не прокладывает дорог в трансцендентное 1; она, напротив, использует это стремление к трансцендентному для извлечения личной выгоды. Гетера, предлагая себя восхищенным поклонникам, не отрицает пассивную женственность, которой предписано пребывать во власти мужчин, но наделяет ее волшебной силой, что позволяет держать мужчин в ловушке самим своим присутствием, кормиться этим, если хотите, пожирать их и затягивать вместе с собой в имманентность.

Этот путь позволяет женщине обрести некоторую независимость. Одаривая собою многих мужчин, она не принадлежит никому в отдельности; накопленные деньги, приобретенная известность, которой она пользуется как ходовым товаром, обеспечивают ей экономическую самостоятельность. Самыми свободными женщинами Древней Греции были не матроны, не рядовые проститутки: ими были гетеры. Куртизанки эпохи Возрождения, японские гейши несравненно свободнее всех своих современниц. Во Франции самой свободной женщиной, свободной по–мужски, можно считать Нинон де Ланкло. Парадоксально, но факт: те женщины, которые максимально используют свое женское начало, свою женскую природу, достигают положения, сходного с положением мужчины; отталкиваясь от своего пола, который отдает их во власть мужчин как объект, они становятся субъектом. Они не только зарабатывают себе на жизнь, как мужчины, но и жизнь их проходит исключительно в мужском окружении; исповедуя свободу нравов, вольные в своих намерениях, придерживаясь широких взглядов, они могут подняться — таков пример Нинон де Ланкло — до редчайшей свободы разума. Самые изысканные, выдающиеся из них нередко окружены артистами, писателями, которые скучают в обществе «порядочных женщин». В гетере находят самое пленительное воплощение мужские мифы: она более, чем какая–либо другая женщина, воплощает в себе плоть и дух, она — идол, вдохновительница, муза; художники и скульпторы ее выбирают своей моделью; поэты мечтают о ней; интеллектуал обнаружит в ней все сокровища истинно женской «интуиции»; в отличие от матроны, матери семейства, у нее легкий, свободный ум, потому что она не погрязла в лицемерии. Особенно одаренные ге

1Гетере тоже случается быть артисткой, художницей, стремление нравиться побуждает ее выдумывать, творить, создавать. Она может совмещать эти две функции или, пройдя стадию любовных связей, перейти в разряд актрис, певиц, танцовщиц и т. д., мы расскажем об этом дальше.

теры не удовлетворяются ролью Эгерии, они испытывают потребность в своей самоценности автономно, независимо от той цены, которую ставит на них выбор Другого; свои пассивные добродетели они хотели бы перевести в актив. Они являют себя миру как суверенные субъекты, они пишут стихи, прозу, занимаются живописью, сочиняют музыку. Именно так Империя стала самой знаменитой из итальянских куртизанок. Возможен и такой вариант, когда женщина использует мужчину как инструмент и при его посредстве начинает исполнять сугубо мужские функции: так через своих могущественных любовников правили миром «великие фаворитки»!.