Цена прощения - Хилтон Марджери - Страница 22

За завтраком Рэчел вела себя необычайно жизнерадостно. Ничто не напоминало о вчерашнем инциденте. Затем все вышли в сад, где она принялась натягивать старую сетку, чтобы играть в крокет.

— Кто-нибудь знает, как играть? — властно спросила Рэчел.

Оказалось, никто. Стюарт предположил:

— Надо загнать мяч в воротца?

— Да нет же.

Рэчел молотком забивала крепления в газон, не обращая внимания на то, что безнадежно уродует шелковистую зелень лужайки. Вдруг молоток соскочил и чуть не попал по пальцу. Рэчел грязно выругалась.

— Леон, ты что, так и будешь стоять, как истукан? Иди помоги, — огрызнулась она.

Леон молча повиновался, а Стюарт, ухмыльнувшись, заметил:

— Ты что, специально надела эту алую юбку — прямо как червовая дама.

— Да какая разница — червовая, не червовая, главное, чтоб не дешевая девка, — сострила Рэчел, отмеряя расстояние, чтобы вбить второй колышек. — Для тебя же стараюсь. Будешь играть с нами.

— Конечно, а ты будешь вместо фламинго у меня под мышкой.

— Свинья!

— Я знаю, что ты меня обожаешь, сладенькая моя.

Герда чувствовала себя очень неуютно. Игра началась. Все творили, что хотели, совершенно не соблюдая правил, прямо как в пресловутой стране чудес. Небо темнело, и когда на траве остались следы от первых тяжелых капель, во двор въехала белая спортивная машина.

Дверца открылась, и показалась брюнетка в футболке вишневого цвета и кремовых облегающих джинсах. Она неспешно пересекла лужайку.

— Привет всем, — небрежно бросила новая гостья, и небо разразилось проливным дождем.

— Ну вот, привезла с собой дождь, — проворчал Стюарт. Все поспешили под крышу. — Ты знаешь Герду? Герда — Диана.

Отряхивая волосы, смуглая девушка, пренебрежительно кивнула в сторону Герды.

— Джордан здесь?

— Нет. — Стюарт со злорадством изобразил удивление и заискивающе, издевательским тоном спросил: — А что, вы договорились встретиться?

— Да, представь себе. Что, он все еще не может отвязаться от того идиотского контракта или что?

Стюарт осклабился:

— Самое трудное — отвязаться от нас. И на этот раз у него получилось.

— В самом деле? — Диана свысока, скептически осматривала Герду. — Что, новенькую нашли? — Она взяла коктейль и откинулась на кресле, всем своим видом показывая, что она здесь как дома.

Диана не была, что называется, красавицей. Достаточно нестандартная внешность: слишком полные губы, слишком глубоко посаженные глаза. Но несомненно, таких женщин мужчины не пропускают. В каждом движении — скрытая чувственность. Сочное, пышущее жизненной энергией молодое тело. Зовущие, томные и в то же время высокомерно-холодные глаза.

Они уже почти закончили обедать, когда неожиданно в комнату вошел Джордан. Увидев за столом Диану, он заметно удивился. Задержался взглядом на Герде, прежде чем обратился к любовнице:

— Не ожидал тебя увидеть.

Она кокетливо улыбнулась:

— Ты что, не знал? Я — сюрприз, который приготовил тебе Стюарт.

Искорка гнева блеснула в глазах.

— Да? Я тронут. Действительно, сюрприз удался. Но сегодня у нас не получится никуда сходить, милая.

— Ладно, прощаю. — Улыбка превратилась в недовольную усмешку. — У нас еще много времени впереди. Не завтра, так послезавтра. Ты обедал, дорогой?

— Да, но от кофе не откажусь.

Диана встала, чтобы налить ему кофе. Джордан не спускал с нее глаз. Подойдя к его креслу, она уселась на подлокотник и, раскачивая в воздухе ногами, наклонилась к нему и принялась что-то нашептывать, демонстративно прижимаясь к мужчине. Казалось, они забыли, что не одни в комнате — многозначительные взгляды и улыбки, горячее дыхание влажных губ, одним словом, страстные любовники.

Герда старалась не смотреть. Так вот какая у него девушка! Богатенькая, изнеженная, сексапильная. Конечно, глупо было ожидать, что Джордан в свои тридцать с лишним будет вести аскетический образ жизни. Но, глядя, как он игриво болтает с Дианой, как в его глазах все больше разгорается желание, Герда, помимо воли, испытывала горькую досаду. И ненавидела себя за это.

Леон предложил ей сигарету. Она закурила и мысленно дала себе слово не обращать на парочку никакого внимания. Но тоскливая мысль не давала покоя. Мысль, что, сложись все иначе, Джордану не потребовалось бы общество Дианы все эти три года.

Дождь все не кончался. Где-то после трех Джордан встал и направился к выходу, сославшись на то, что у него много работы.

Диана не скрывала неудовольствия и готова была закатить истерику. Джордан смерил ее равнодушно-надменным взглядом хозяина:

— Пора бы знать, милая, что если я заранее отменил на сегодня все развлечения, значит, это неспроста. Ты думаешь, я специально игнорирую тебя?

— Тогда зачем ты меня позвал? — обиженно воскликнула Диана, бросаясь за ним.

— Я тебя не звал. — Он погладил ее по щеке. Герда узнала этот жест, и по телу пробежала дрожь. — Но я не вижу никакой проблемы. Развлекайся. Будь как дома.

Считая дальнейшие дискуссии бессмысленными, он бесцеремонно повернулся к девушке спиной и тем же тоном обратился ко всем сидящим, не глядя ни на кого в отдельности:

— Кто-нибудь, скажите миссис Б., чтобы принесла мне чего-нибудь освежающего где-нибудь около семи.

Леон сразу отозвался. Джордан кивнул и спокойно вышел.

Промаявшись до полдника, Диана убралась восвояси. Никто не удерживал ее, и Герда подумала, что, может быть, и она тоже может встать и уйти. Лишь бы не сидеть с Рэчел и Стюартом, она вызвалась помочь Леону убрать и помыть посуду и скрылась на кухне. Дождь лил как из ведра. Герда, как загипнотизированная, следила за струйками, которые, с упорной настойчивостью обгоняя друг друга, сбегали по оконному стеклу. Казалось, каждая из этих капель в чем-то провинилась перед дождем, и за это он неистово шлепал ее о стекло. А она, проклятая и растерзанная им, сливалась в общий бесконечный поток, который, в свою очередь срывая зло на людях, наводил уныние.

Да, Стюарт правильно заметил: наша милая добрая Англия словно специально, чтобы порадовать нас, припасает на выходные дни вот такую погодку.

Герда подумала, что вряд ли когда-нибудь она так бездарно проводила выходные. Более-менее утешало то, что день почти прошел, а завтра утром повседневная рутина снова расставит все на свои места.

Набрав спиртного, сигарет, соленых орешков и невероятное количество чипсов, компания уселась смотреть какой-то фильм. В комнате погасили свет. В темноте Герда почувствовала себя еще неуютнее. В конце концов, не выдержав, она встала и незаметно вышла на террасу.

Дождь прекратился. Дышалось легко, и с каждым вздохом душу наполняла живительная свежесть. Герда медленно шла к саду. Она решила, что пройдет только туда и обратно и вернется в дом, поскольку было довольно прохладно. Через несколько минут она повернула назад, но, дойдя до бетонной дорожки, ведущей к дому, поняла, что ни за что не хочет уходить отсюда.

Герда остановилась возле скамейки и, опершись о спинку, глубоко задумалась. Почему ей так тревожно? Неужели из-за Джордана? Да. Несмотря на то, что он где-то там, в доме, за кирпичными стенами, Герда каждой клеточкой своего тела ощущала его присутствие. Вдруг она поняла, что, сама того не замечая, продолжает думать о Диане. Ужасные мысли, полные неприязни, дикой, непонятно чем вызванной ненависти и зависти, к которым примешивалось странное чувство жалости. Да, Герде были неприятны нахальство и самоуверенность Дианы, усугубленные необъяснимой враждебностью к окружающим. Но как она завидовала этой самоуверенной девушке! Ведь та что-то значит в жизни Джордана. Может, Джордан по-своему любит ее, любит со всей присущей ему нежной страстностью. Но полюбившая Джордана изначально обрекает себя на муку, потому что рано или поздно он обязательно заставит ее страдать. Герда это знала и искренне жалела Диану.

Хотя, может быть, Диана и не такая дурочка, чтобы позволить себе влюбиться. Может, у нее достаточно ума и воли, чтобы не поддаться соблазну, за который придется расплачиваться сердечными переживаниями. И ее вполне устраивает чисто внешняя сторона их отношений, так как Джордан умел быть щедрым, и не только материально.