Достойный любви - Смит Карен Роуз - Страница 15

— Видишь, что ты со мной сделала?

Ее рука, лаская, касалась самых чувствительных мест его тела. Нат глухо застонал:

— Сара, если ты не хочешь извержения вулкана…

— Хочу! И еще как!

— Но сначала я должен сделать тебя счастливой.

Она шепнула:

— У нас впереди целая ночь…

Руки их переплелись, губы слились в поцелуе — и обоих охватила дрожь. Слегка отстранившись, он целовал ее подбородок, шею… Когда его жаркое дыхание обожгло ее сосок, она напряглась. Обхватив губами нежную розовую выпуклость, он стал ласкать ее языком. Застонав, Сара еще крепче прильнула к нему. Но вот Нат прохрипел:

— Милая, я больше не могу…

— Не надо сдерживаться, — выдохнула она.

Нат легко подхватил ее, приподнял — и глубоко вошел в ее тело. Ему казалось, что температура у него подскочила градусов на десять, сердце бешено заколотилось. В глазах у него потемнело, и он содрогнулся, громко застонав от невыразимого наслаждения.

Отдышавшись и с трудом открывая глаза, он пробормотал:

— Сара, я не хотел, чтобы все получилось так… Ведь ты не…

Тонкие пальчики прижались к его губам. Она прильнула к его рту горячим поцелуем, и он снова задрожал. Приподнявшись на локтях, она прижималась к нему, игриво проводя ладонями по его груди, целуя соски. И тело его тотчас отозвалось.

— Послушай, женщина, ты знаешь мое тело лучше, чем я сам!

— Ты преувеличиваешь. Все еще только впереди…

— Хочешь сказать, у нас будут такие ночи?

Глядя ему прямо в глаза, она тихо сказала:

— Надеюсь, очень и очень много…

От сознания своей власти над ним Сара теряла голову. Она снова откинулась на подушки. Губы Ната нашли ее сосок, и волны наслаждения побежали по всему ее телу. Нат неторопливо ласкал ее грудь, пока где-то глубоко внутри у нее не забушевало пламя.

Кожа Ната блестела от пота. Сара крепко обнимала его. Тело ее напряглось, дыхание участилось. Тогда Нат лучезарно улыбнулся:

— Не сдерживайся, милая! Ну же!

— Я хочу с тобой… Вместе…

Спина его выгнулась, и он вошел в нее еще глубже, и вот они стали единым существом…

Сара вскрикнула, и Нат с беспокойством спросил:

— Тебе больно?

— Мне хорошо, Нат! Ах как мне хорошо!

Этот сладкий вскрик раззадорил его еще сильнее. С каждым движением они приближались к вершинам блаженства. Могучие руки его сомкнулись вокруг ее тела, ему хотелось вот так и держать ее в объятиях целую вечность…

Он глухо застонал, и Сара словно взмыла к звездам. Каждый нерв ее тела звенел как струна. Она извивалась в объятиях Ната, ловя ртом воздух. Да, она в раю — и этот рай у них один на двоих…

Теплое дыхание Сары согревало шею Ната. Он открыл глаза, убрал с ее щеки непослушную прядку. Ощущение мира и покоя, неведомое прежде, поразило его. И тут снова услышал он подленький внутренний голос, но тотчас приказал ему умолкнуть.

Нат проснулся первым. Сара, свернувшись калачиком у него под боком, спокойно дышала во сне. Он невольно улыбнулся. Как изумительно все было! Первое сближение всегда неповторимо и незабываемо. Как она щедра в любви! Она дала ему много больше, чем он ей, — и надо восстановить справедливость. Интересно, что будет, если?..

Какая нежная у нее кожа, какая ароматная! Он снова задрожал. Немного же, однако, ему надо!

Сара, должно быть, что-то почувствовала — она зашевелилась и прильнула к нему. Нежно обвив ее руками, Нат положил ладонь на ее грудь. Кожа, словно тончайший бархат… От его прикосновения розовый сосок напрягся, Сара часто задышала. Выходит, она и не думала спать!

Жаждет ли она его прикосновений так же, как он — ее? Рука его медленно скользнула по ее животу. Тело женщины подалось вперед, навстречу его касаниям. Очаровательная проказница и впрямь не спала. Нат хотел пробудить в ней жгучее желание — подобное тому, которое уже бушевало в нем…

Сара даже не разобрала, когда проснулась. Она видела сон: Нат целует ее, ласкает… Ее ладони скользят по темным волосам на его груди. Она чувствует, как он целует ее сосок, и в ответ в самых потаенных уголках ее тела занимается чувственное пламя… Она ощущала его возбужденную плоть, но этого было мало, мало…

Пальцы его поигрывают ее соском. Сара старалась лежать тихо, как мышка, но когда его рука скользнула вниз, она едва не застонала. Пальцы его дразнили ее, распаляли — она закусила губу, сдерживая рвущийся наружу крик, но тут они проникли внутрь… Сара прильнула к нему, ища утоления своему безумному желанию. Она сладко вскрикнула и изогнулась дугой в его объятиях.

Он подождал, покуда она успокоится, поцеловал нежное ушко, теплые веки.

— Ты не спишь?

— Однако, Нат Маккендрик, умеете же вы разбудить женщину…

— Тебе понравилось?

— Это было как подарок. Мне никто еще ничего подобного не дарил. Спасибо тебе.

Впервые в объятиях Ната она поняла: книги говорят правду, любовь — это не только физиология. Сегодня пробуждение станет самым дорогим воспоминанием в ее жизни…

Сара задумчиво водила кончиком пальца по его груди.

— Ты, кажется, говорил, что утром мы пойдем осматривать город?

Нат широко улыбнулся.

— Ну это когда было… Тогда я еще не знал, что увижу нечто куда более интересное.

— Ты что, смеешь сравнивать меня с местными достопримечательностями? — притворно возмутилась она.

Его руки нежно обвили ее тело, сомкнувшись на упругих ягодицах.

— Дорогая моя, ты несравненно лучше их!

— Стало быть, я так ничего и не увижу?

— Сейчас ты увидишь кое-что получше, — шутливо шепнул он.

Пальцы ее нежно сомкнулись вокруг его возбужденной плоти, поглаживая, слегка щекоча…

— Ты хоть понимаешь, что творишь? — хрипло спросил он.

— Разве ты не это имел в виду?..

Войдя в здание больницы, Нат вызвал лифт. Да, думал он, выходные удались на славу — такого он даже вообразить себе не мог. Они с Сарой стали близки настолько, что он… испугался. Странное это было ощущение — словно стоишь на краю пропасти. Нет, Сара ничего от него не требовала. И все же… Западня? Ловушка? Его тянуло к ней, словно магнитом. Вот и теперь… Выдалась свободная минутка — и он мчится к ней, словно на крыльях…

Как провела она утро? Ей пришлось поехать в клинику — срочно вызвали, сказали, без нее не справляются. А ведь он знал, что она пока не собирается выходить на работу, — ей так хорошо дома, с Дэнни… Но эта женщина чертовски независима. Да чего там — дьявольски упряма!

Однако Сары в кабинете не оказалось. Ассистентка сказала ему, что она в детском дневном стационаре. Какая жалость, что детишек младше трех лет туда не берут! Иначе можно было бы устроить так, чтобы она не разлучалась с Дэнни. Опасаясь, что еда из китайского ресторанчика, которую он прихватил по пути, остынет, Нат заторопился.

Сару он увидел сразу. Окруженная ребятишками, она сидела в кресле, держа на руках Дэнни. По заинтересованным личикам детей Нат понял — она рассказывает им сказку.

Он зачарованно слушал про маленькую девочку, про ее путешествие по сказочной стране, где цветы умеют летать, а звери — говорить. Когда сказка окончилась, одна из малышек кинулась Саре на шею и самозабвенно расцеловала рассказчицу.

Сердце у Ната сжалось. Захочет ли Сара иметь еще детей? Но если она родит ему ребенка, это свяжет его по ругам и ногам. Он уже хорошо представлял себе, что такое семья в ее понимании. Это муж, работающий с девяти до пяти, получающий приличную зарплату, и жена, которая может на него положиться. Словом, прежде всего стабильность… Может ли он дать ей все это? И хочет ли?

Не слишком ли эгоистично его стремление к свободе? Не слишком ли ревниво он оберегает свою независимость? И вот теперь, увидев Сару, окруженную детьми, он все понял. Он просто боится. Но его же никто ни к чему не принуждает. Он волен выбрать одно из двух…

Тут Сара заметила его и помахала ему рукой. Когда дети разошлись, она кинулась к нему.