Самое запутанное дело инспектора Френча - Крофтс Фриман Виллс - Страница 39

Френч снова выругался. Да, нет сомнений, он опоздал. Миссис Икс вспугнули, и та упорхнула. А если так, то как она учуяла, что ее подстерегает опасность?

Френч остановился посреди разворошенной комнаты и задумался. Что же теперь предпринять? Прежде всего, убедиться, что миссис Вейн действительно та женщина, которую он ищет. Потом он должен выяснить, действительно ли она сбежала и если да, то почему и, по возможности, куда. Если ее исчезновение означает побег, то он должен разузнать, как или от кого она получила предупреждение об опасности. И, наконец, надо добраться до места, где она скрывается, и арестовать ее.

Но и мужа тоже необходимо найти. Если это та самая миссис Икс, обладательница краденых алмазов и, вполне возможно, убийца старого Гетинга, то мистер Вейн тоже должен быть в этом замешан. Почти наверняка он состоит в этом преступном сговоре.

Итак, сначала необходимо выяснить все возможное о таинственных обитателях Крю-лодж. Во-первых, тщательно осмотреть особняк. По обстановке дома почти всегда можно судить о характере хозяев и их взаимоотношениях. Во-вторых, найти и опросить прислугу. Соседи, местные мастеровые и торговцы также могли подсказать что-нибудь важное. И, наконец, могут пригодиться и жилищные агенты.

Было почти одиннадцать, но Френч решил, что его неукоснительный долг – начать обыск дома прямо сейчас, даже если работа займет всю ночь. Он призвал Пая и Франкленда, опытных в такой работе, а Колдуэлла поставил на стражу.

Изучение дома сопровождалось его подробнейшим описанием. Трое полицейских тщательно осмотрели комнату за комнатой, каждый предмет мебели, каждую книгу, каждую бумажку, каждую вещь из гардероба. Обыск продолжался час за часом, несмотря на растущие голод и усталость, и только к половине седьмого утра был завершен. При разгоравшемся свете дня трое из Скотленд-Ярда по одному незаметно вышли на улицу, потом вместе дошли до ближайшей станции метро и отправились по домам. С первой же попавшейся по дороге телефонной станции Френч позвонил в главное управление полиции Лондона и договорился, чтобы оттуда прислали человека сменить Колдуэлла, оставленного на посту.

Дома Френч позавтракал, закурил традиционную трубку и записал в блокнот важные наблюдения, сделанные им при обыске. Ничего, прямо указывавшего бы на местонахождение каждого из четы Вейнов, им найти не удалось, но кое-что из найденного позволяло строить определенные догадки.

Прежде всего не вызывало сомнения, что отъезд хозяйки был внезапным. Об этом свидетельствовали оставленные в беспорядке спальни мадам и ее горничной, а также книга, которую положили раскрытыми страницами вниз, чтобы вскоре вернуться к чтению и не искать нужную страницу. Кроме того, в камине остались угли и в кухонной печи тоже, из чашки па подносе пили чай, а на кухне как будто собирались приступить к приготовлению обеда: на плите стояли разные кастрюльки, а на столе лежали овощи и другие продукты, явно предназначенные для варки и жарки. На кухне и в погребе нашлось немало съестных припасов, а в столовом буфете – вино и виски. С другой стороны, не было заметно ничего, что указывало бы па спешный отъезд владельца особняка.

День отъезда, как полагал Френч, он мог бы примерно определить по внешнему виду продуктов. Молоко в большой чашке и двух кувшинах скисло, но не свернулось. Сырое мясо в погребе было свежим, хлеб – довольно засохшим и черствым. Листья салата на полке в посудомойке завяли. А несколько хризантем, поставленных в воду в гостиной, имели еще вполне красивый вид. По всему, подумал Френч, выходит, что побег состоялся дня четыре назад.

Это подтверждалось еще одной уликой. В почтовом ящике на двери в прихожую инспектор обнаружил письмо, адресованное миссис Вейн. Штемпель указывал, что его отправили из Лондона третьего января. Значит, его доставили вечером третьего или утром четвертого. Но сегодня было восьмое. Значит, леди уехала как минимум четыре дня назад.

Само письмо его порядком заинтриговало. Это был перечень проданных и купленных акций разных компаний. Сумма многочисленных сделок достигала в целом нескольких тысяч фунтов. Сделки не были датированы, и не прилагалось ни сопроводительной записки, ни имени отправителя. Было ясно, что кто-то занимался сложными финансовыми операциями, но кто именно, определить было невозможно.

То, что чета Вейнов была по меньшей мере хорошо обеспеченной, явствовало из убранства особняка. Вся мебель и все аксессуары были добротными и дорогостоящими. Гостиную, хоть и небольшую, украшал ковер, который Френч оценил не меньше чем в сто двадцать фунтов. Туалеты мадам были из дорогих шелков, и хотя в доме не оставили настояших драгоценностей, но украшения и безделушки обошлись владельцам в кругленькую сумму. К тому же в курительной в полупустом портсигаре лежали знаменитые «Corona Coronas».[3] Правда, гараж и автомобиль отсутствовали, но последний могли держать где-нибудь по соседству. Складывалось впечатление, что Вейны жили примерно на две-три тысячи фунтов в год. Уточнить это было очень просто: среди бумаг нашлось и название банка миссис Вейн.

Еще одно обстоятельство показалось инспектору любопытным. Было похоже, что и у хозяина, и у хозяйки дома отсутствовал вкус к литературе. В шкафу курительной стоял ряд классических книг в красивых переплетах, но по их нетронутости легко можно было догадаться: они лишь часть обстановки. В курительной Френч не увидел ни одной книги, которую бы по-настоящему читали. В гостиной лежали романы более легкого содержания, несколько – па французском и испанском – в излишне ярких и броских обложках. И среди этой дешевой литературы столь же неуместно выглядел новенький Краткий Оксфордский словарь, как пророк Илия на пиру своего противника Ваала.

В изящном письменном столике мадам лежало несколько старых счетов, но кроме названий фирм, Френч ничего из них не узнал. Еще в гостиной стояла прекрасно выполненная фотография кабинетного формата. На пей была изображена женщина, точь-в-точь похожая па миссис Рут. Фотографию сыщик сунул в карман куртки.

Покончив с записями, Френч вытряхнул пепел из трубки и отправился на Сент-Джонз-Вуд-роуд, где узнал от констебля Эслера, присланного на смену Колдуэллу, что за ночь никто возле дома не появлялся. Потом инспектор стал обходить прилежащие дома и магазины. Везде он говорил, что ищет миссис Вейн, а се дом закрыт, и спрашивал, не может ли кто ему помочь.

Зная, что в крупном городе соседи могут годами жить бок о бок и даже ни разу не встретиться, Френч на многое не надеялся, и в первых двух домах ему действительно не повезло. Зато в третьем доме его ждала удача. Служанка, открывшая ему, кое-что знала о чете Вейнов. Но она посмотрела на чужого человека подозрительно и на его простые вопросы отвечала с неохотой. Френч умерил свой разведывательный пыл и заговорил доверительно и мягко:

– Я хотел повидать миссис Вейн по вопросу о владении полем возле Кентерберийского графства, где она жила раньше. Я представляю агентство «Хилл и Луишем», поверенных из «Линкольнз Инн», и нам бы хотелось иметь некоторые сведения о границах владений ее отца. Это не очень срочно, но я бы за возможность с ней связаться заплатил пять шиллингов. Так что если вы поможете мне, то вы их честно заработаете.

Девушку это привлекло. Она оглянулась на прихожую, потом вышла на крыльцо и, прикрыв за собой дверь, скороговоркой сказала:

– Многого я не знаю, но что знаю, расскажу.

Из ее слов выходило, что в прошлую пятницу, то есть пять дней назад, миссис Вейн получила телеграмму о том, что ее муж попал в Нью-Йорке в аварию и находится при смерти. Ее просили срочно приехать. Она поспешно собралась и уехала в Ливерпульский порт. О мистере Вейне девушка ничего не знала и, похоже, не считала его сколь-нибудь важной персоной. В особняке он почти не бывал, но даже и тогда его редко видели.

Френч поинтересовался, откуда у девушки такие подробные сведения о соседях, и она объяснила, что они познакомились с горничной миссис Вейн благодаря случаю: ее подопечный мальчик запустил самолетик за стену Крю-лодж и тамошняя горничная с осуждающим видом передала ей игрушку. Этот случай их неожиданно сдружил, а потому обмен занятной информацией о своих нанимателях шел постоянно. Вечером в ту пятницу горничная миссис Вейн посигналила своей подружке особым способом, чтобы та подошла к стене, и быстро ей сообщила: хозяйку вызывают в Америку, а их с кухаркой рассчитывают; дом миссис Вейн запрет сама. «Она ужасно торопится па поезд, и нам надо поскорее собраться», – с этими словами горничная на бегу пожелала своей подружке всего доброго и умчалась.