Демон - Горъ Василий - Страница 55

Увы, оказалось, добраться до кровати и лечь спать мне в ту ночь не грозило: не успел я стянуть с себя китель, как меня вызвал дежурный и попросил спуститься в фойе. Я недовольно покосился на забирающуюся в джакузи Иришку, кое-как привел себя в порядок и вернулся к лифту. И нажал на сенсор первого этажа…

В фойе меня ждали. Капитан и пятерка целящихся в меня из табельного оружия патрульных. Начальник патруля, почему-то забывший представиться, не дожидаясь полного открытия дверей лифта, приказал поднять руки вверх, сдать оружие и двигаться за ним.

Сопротивляться я не стал: в отличие от обычных драк в гарнизонных забегаловках сопротивление патрулю считалось серьезным преступлением. И наказывалось по всей строгости Устава. Особой вины я за собой не видел, запись драки в памяти БК-ашки являлась превосходным доказательством моей невиновности, поэтому я, отдав офицеру свой табельный «Кросс», спокойно забрался в патрульный катер. Не забыв связаться с Иришкой по персональному каналу мыслесвязи и сообщить о своем аресте.

Катали меня долго. Минут двадцать. Что меня здорово удивило — за это время катер, построенный на одной платформе с «Каплей», мог пролететь километров триста. А космодром в длину был значительно короче. И наверняка имел на своей территории хотя бы одну гауптвахту.

«Интересно, что тут за губа? — вспоминая роскошный интерьер „Альдебарана“, про себя усмехнулся я. — Может, удастся помыться хоть там?»

Ага. Щазз! Камера, в которую меня втолкнули, ничем не отличалась от тех, в которых мне пришлось сиживать во время обучения в Академии, Такие же четыре стены, узкий и короткий топчан, рассчитанный непонятно на кого. Появляющийся из пола в двенадцать ночи и пропадающий в шесть утра. Примитивные «удобства», выдвигающиеся из противоположной от входа стены после прикосновения к сенсору.

Распахнув передо мной дверь, капитан ехидно расхохотался и, с трудом дотерпев до момента, когда я окажусь в камере, забрал все имеющиеся у меня личные вещи. А потом, выйдя в коридор, злобно пообещал:

— Тебе тут понравится, лейтенантик!

Пожав плечами, я осмотрелся по сторонам и опустился на край топчана, благо комм показывал двадцать минут первого и садиться на пол не было необходимости. Буйствовать смысла не было, и я, подумав, решил дождаться утра и появления дежурного, Или ребят с Харитоновым. Однако у местных оказались другие планы. И ожидаемое ими «веселье» началось гораздо раньше.

Сначала в камеру ввалилось человек восемь офицеров планетарной пехоты, как две капли похожих на тех, которые остались лежать перед клубом. Наткнувшись на крайне нелюбезный прием, господа быстренько потеряли сознание, И захламили и без того небольшое помещение. Поэтому я, выбросив их в коридор, аккуратно защелкнул входную дверь. Увы, оценить мой гуманизм они оказались не в состоянии — где-то через час решили вернуться. Более подготовленными.

Поглядев на тяжелую броню для подавления уличных беспорядков и электрошокеры, я слегка разозлился и переломал им верхние конечности. И очень культурно попросил дать мне возможность выспаться. Как оказалось — зря: не прошло и пары минут, как какой-то ненормальный майор, сдвинув в сторону заслонку на входной двери, начал поливать камеру выстрелами из штурмового стрелкового комплекса, заряженного пластиковыми пулями. Расстреляв все патроны и убедившись, что не попал ни разу, он, дико матерясь, закрыл заслонку и куда-то убежал. Как оказалось, за брандспойтом. И ведром с хлоркой. Залив камеру водой, он через окошко забросил внутрь содержимое ведра и, захлопнув заслонку, злорадно захихикал:

— Подышишь полчасика и станешь чуть помедленнее!

— Ну-ну! — Жечь свои легкие я не собирался, поэтому выбил ногой дверь, вырубил обалдевшего придурка и, выломав пару решеток, мешавших нормально передвигаться, сквозь стену вломился в караулку. Как оказалось, желающих вернуть мне мои личные вещи в ней не было. Как, собственно, и «К&В», ради которого я туда заявился. Окончательно выйдя из себя, я устроил добросовестные поиски.

И обнаружил его в кармане пытавшегося сбежать от меня капитана. Поэтому я с большим удовольствием сломал нечистому на руки уроду обе руки и, позаимствовав ключ-карту от катера, убыл обратно в гостиницу…

Как ни странно, моих ребят в ней не оказалось — если верить дежурному, они убыли из своих комнат минут через двадцать пять после моего ареста. И до сих пор не возвращались…

Пришлось связываться с Иришкой по комму.

Увидев мое лицо и узнав, что я уже в фойе гостиницы, она завопила от радости и пообещала сейчас же вернуться.

… — Ты что такой грязный? — первой выскочив из катера, чуть не выбившего входные двери, завопила она.

— Да так, выход искал! — отшутился я. — Может, пойдем спать? А то устал я что-то!

— Ну вот, а рассказ о твоих приключениях? Что мы, зря тебя искали? — хмыкнул Семенов, выбравшийся из машины следом за ней. — Ладно, вали мыться: на тебя смотреть страшно…

— С утра расскажу… — пообещал я и, не сумев отпихнуть прижимающуюся к моему на редкость грязному кителю Орлову, ввалился в лифт. — Спасибо, что искали…

— За что? Мы за тебя пасть порвем кому угодно! ты только его покажи… — заорал Гельмут. И попытался сказать что-то еще, но закрывшиеся двери лифта прервали его тираду…

Глава 35

ИГОРЬ СЕМЕНОВ

Свободных столиков в «Старой крепости» не оказалось. Удивленно оглядев ряды дорогущих спортивных флаеров и лимузинов, Гельмут, как самый голодный, влез в консоль координатора и, изучив сайт ближайших подобных заведений, отрицательно замотал головой:

— Я хочу попробовать еду, приготовленную настоящими поварами! А та дрянь, которую стряпают киберповара, мне уже давно надоела…

— Это же жуткий анахронизм! — поморщился Яков. — Еда готовится долго, в процессе приготовления возможны ошибки, а вкус двух разных порций одной и той же дряни может быть совершенно разным…

— Ну да! Только скажи, пожалуйста, отчего на стоянке заведения, в котором готовят эту твою «дрянь», почти нет свободных мест? — усмехнулся Семенов. — Да плевать на места: стояли бы тут какие-нибудь драндулеты, я бы свалил отсюда первым. Но ты оглянись по сторонам! Я сильно сомневаюсь в том, что хозяева таких машин решили поесть там, где не умеют готовить. В общем, Гельмут, не слушай Гашека! Вешай срочный запрос — я готов ждать. Часа два— три… А пока место не освободится, согласен полетать и посмотреть местные достопримечательности…

— У меня появилась идейка… — усмехнулся Вольф и, сдвинув в сторону дверь такси, выскочил на крышу «Старой крепости».

— Куда это ты? — мысленно поинтересовался Игорь.

— Да вот, решил немного поднапрячь наших сопровождающих… — ответил ему Краузе. — Не может быть, чтобы в ресторане не было хотя бы парочки за-резервированных для кого-нибудь столов. А «четверка» при желании может быть очень убедительна. Как считаешь?

Посмотрев на машину сопровождения, зависшую метрах в двадцати от их такси, Семенов расхохотался:

— А что, попробовать стоит. Хотя, скорее всего, это дохлый номер.

— Не дохлый… — обрадованно сообщил автор идеи минуты через полторы. — Говорят, что столик вот-вот будет. И даже два…

— Два? — переспросил его Гельмут. — А два зачем?

— Парни говорят, что без их присмотра в такое злачное заведение нас отпускать стремно… — хохотнул Вольф. — И что они с удовольствием выпьют там по чашечке кофе…

— Передай им, что с нас причитается… — усмехнулся Шварц и первым выбрался из салона такси…

…Наблюдать за процессом приготовления заказанных блюд оказалось чертовски интересно. Небольшой голоэкран, появлявшийся перед каждым из посетителей, позволял видеть весь процесс священнодействия, а сенсоры управления мобильной голокамерой давали возможность регулировать угол зрения, степень приближения и другие параметры снимаемого головидео. Не менее интересной оказалась И возможность обонять запахи, царящие в святая святых ресторана — кухне. Ароматический блок каждого посадочного места передавал все их оттенки, и большинство клиентов «Старой башни» пользовались его услугами все время ожидания заказа. Кстати, стоимость копии файла с записью процесса приготовления составляла десять процентов от цены самого блюда!