Окаменевшие волки - Хромаджич Ахмет - Страница 12

В лесу случился пожар.

Причина этого несчастья, как это часто бывает в лесу, так и осталась неизвестной.

Может быть, виною всему пастухи, которые разложили костёр и ушли, позабыв его потушить, может быть, случайный путник. А может быть, что-то другое. Несомненно было одно — по какой-то причине лес загорелся, и это вызвало в лесу невероятную панику.

Может быть, в этом больше всего виновато было жаркое лето.

И немилосердное солнце, иссушившее землю, и безоблачное небо, и знойные ветры.

Пересохли источники, некогда полноводные ручьи узкой струйкой пробирались по каменистому руслу, а большая река так обмелела, что еле покрывала дно.

Почуяв засуху, всполошилось лесное зверьё.

Без воды нет жизни.

Без воды нет веселья.

Без воды не слышно песен.

Как это уже случалось не раз, в горах началась погоня за водой. Чуть приметными и вовсе не заметными тропинками, хожеными и нехожеными стёжками, пробираясь в высокой траве, сквозь кустарник, через каменные осыпи, через косогоры и долины, нескончаемой чередой тянулись на водопой диковинные вереницы зверей и зверушек. У воды шла отчаянная война с круглосуточными осадами, с кровопролитными битвами и жертвами: воды было так мало, что добраться до неё и утолить жажду мог только самый сильный. Однако победители ежеминутно сменяли друг друга: едва один успевал прорваться к воде, как появлялись новые жаждущие и прогоняли завоевателя.

Жажда мучила всех.

Трава высохла.

Высохли листья.

В накалённом воздухе не было ни капельки влаги.

Ни днём ни ночью в лесу и в полях не умолкал умоляющий стон:

— Воды! Воды!

А солнце палило и жгло.

Жара с каждым днём становилась всё более нестерпимой.

Дышать было нечем.

Но самое страшное было впереди.

В этот безводный год, когда за всё лето не выпало ни одного дождя, на лес обрушилась ужасная беда.

В лесу начался пожар.

Пламя жадно захватывало всё новые пространства.

Пламя волнами катилось по земле.

Пламя взмывало к небу, как бы норовя и его спалить дотла.

Пламя бесстрашно взбиралось на самые верхушки мачтовых елей и сосен, оно перекидывалось через поляны и луга. Красной змеёй, не ведающей преград, пробиралось сквозь чащу высокой травы. Вслед за огнём шёл дым — густой, удушливый дым, плотной завесой заволакивая окрестность, небо и солнце.

Объятый ужасом, лесной народ в панике бежал, спасаясь от огня.

Бежали большие и малые звери, крылатые и бескрылые, а вместе с ними убегали жители подземелья, выгнанные из норок огнём. Огонь и дым проникали в каждую щель. Столетние лесные исполины превращались в уголь и пепел, и камень трескался от жары.

С деревьев и кустов, внезапно охваченных пламенем, срывались птицы. Несчастные метались над лесом, напоминая живые факелы. Воздух оглашали предсмертные крики гибнущих птиц. Целые стаи горящих птиц фейерверком вырывались из зарослей, но огненный полёт их был недолог.

Бескрылым обитателям леса приходилось и того хуже — ведь они не имели возможности взмыть в небеса, недоступные красным языкам клокочущего пламени.

Бескрылые спасались бегством.

Бескрылые носились по лесу в поисках спасения.

Но безжалостное огненное чудовище настигало их на бегу, оно преграждало им путь, и звери в ужасе кидались обратно, тщетно надеясь вырваться из окружения.

Это удавалось далеко не всем.

Безжалостное кольцо огня смыкалось вокруг беглецов.

Звери сбивались гурьбой на полянах и в мелколесье, в местах, будто бы недоступных огню. В местах, где, казалось бы, они могли считать себя в безопасности. Но таких безопасных мест было мало в лесу. Подобно войску, берущему неприятеля в неумолимые тиски, двигался страшный огонь, испепеляя и уничтожая всё на своём пути.

Случалось, что, настигнутые пожаром, в кучу сбивались лютые враги. Потому что медведи и волки, лисы и зайцы, рыси и белки, косули и кабаны, слабые и сильные — все одинаково боялись огня. Можно вообразить, какая невероятная компания собиралась порой на полянах, окружённых пламенем пожара.

Звери с боем отвоёвывали себе клочок свободного пространства, клочок земли.

Непрерывный стон и рёв стоял в те дни над горами.

За всю свою историю не помнили горы ничего подобного.

Никогда на крошечном клочке земли не теснилось столько насмерть испуганных зверей. Поняв, что спасения нет, обезумевшая разномастная звериная толпа кидалась напролом сквозь завесу пепла и дыма, на прорыв огненного кольца. Многие находили тут конец. А случалось, и все.

Пламя поглощало свои жертвы, исторгая торжествующий рёв.

Пламя всё ширилось, пламя могла остановить только вода.

Лес переживал полтине трагические дни.

И, конечно, все, кто в нём обитал.

К счастью, нашему Серебрянко, в отличие от многих сотен его соплеменников, в отличие от многих сотен других жителей леса, удалось уйти от огня целым и невредимым.

Как? Да он и сам этого не знал.

Ведь его спасение в те дни почти целиком за висело от быстроты его ног, и Серебрянко бежал, он бежал наугад, бежал из последних сил, одержимый одним желанием — как можно дальше уйти от огня.

Когда беспощадное пламя преграждало дорогу беглецу, Серебрянко бросался назад и, убедившись, что путь свободен, снова мчался, пока его несли ноги.

Стоило Серебрянко хоть раз угодить в огненный обруч, и его судьба была бы решена. Но ему повезло. Недаром ведь нашего Серебрянко называли счастливчиком. Он продержался до той минуты, когда пожар потушил непримиримый враг огня — вода.

Внезапно над горами сгустились свинцовые тучи и хлынул спасительный ливень.

Сверкали молнии. Громыхал гром.

Дождь хлестал как из ведра, словно бы поклявшись не прекращаться до тех пор, пока пожар не захлебнётся водой. Дождь шёл несколько дней и ночей подряд, и с необозримых чёрных лесных пожарищ вместо огня к небу потянулись столбы дыма.

Долго боролись огонь и вода.

Но вода оказалась сильнее.

Вода одержала победу, в знак страшного напоминания о недавнем пожаре оставив чёрные пепелища, подобные чёрным ранам.

Пожар, уничтоживший целые лесные массивы, до неузнаваемости изуродовал местность. Однако сейчас, когда наконец миновала смертельная угроза, звери не обращали на это внимания. Ведь уцелевшего леса было вполне достаточно для того, чтобы все жители от мала до велика могли в нём свободно расселиться. И найти себе пропитание и удобное жильё.

Не успел затихнуть ливень, как лес оживился, и звери позабыли про недавний пожар, как до сих пор забывали они многочисленные невзгоды, которые пришлось им пережить.

Серебрянко тоже быстро позабыл пожар.

Хотя многие его любимые лужайки и были уничтожены огнём, он находил другие, где была не менее сочная трава и приятное общество. Окрестности заброшенной крепости пожар почти не тронул. Серебрянко отыскал своё старое жильё в зарослях дикого винограда и всё чаще наведывался туда.

Когда он в первый раз после пожара решил навестить своё жилище, его приветливо встретила старинная его приятельница — сова. И Серебрянко охватило знакомое чувство радости и покоя, которое всегда испытывал он, возвращаясь в родные места. Какое счастье, что огонь пощадил и крепость, и лес, примыкавший к ней, и весь этот цветущий уголок. И Серебрянко понял, что ему надоело скитаться по лесам. Нигде не жилось ему так привольно, как здесь. И он обосновался в своём старом жилье. По соседству с ним обитали друзья его детства — он видел их, затаившихся на деревьях, в траве, в крепостных стенах. Они по-прежнему охраняли покой Серебрянко. Они по-прежнему не смыкали глаз, карауля его сон.

— Тревога! Тревога! — в случае опасности кричала сова, громко хлопая крыльями.

— Тревога! — подхватывали её крик сотни других голосов.