Все исправить - Белова Елена Петровна - Страница 75

— Без конкретики. Просто паршивое ощущение «скоро неприятности».

— Может, еще один прорыв?

— Может. Ладно, потом посмотрим. Что-нибудь еще?

— Да. Милорд, тут поступил запрос о распоряжениях насчет даты.

— Какой еще даты?

Глава Службы дознания понимающе улыбнулся:

— Вашего дня рождения, милорд. Весьма полезный праздник. С одной стороны, очень человеческий, с другой — признан Светлыми, с третьей — новая традиция для Уровней. Он у вас через две недели, и на настоящий момент мы имеем тридцать четыре проекта торжеств, посвященных...

— День рождения?

— Милорд, сегодня шестое сентября. Что с вами? Вы не желаете его отмечать? Я думаю, мы сможем объяснить...

Вадим неожиданно рассмеялся, коротко и не слишком весело:

— Мой день рождения... Мы не праздновали его шестнадцать лет. Дензил, я просто про него забыл!

— Лежать! Шевельнешься — прибью на месте.

— Ты страшный человек.

— Ты даже не представляешь насколько!

— Ну, послушай...

— Лежать, тело! Вот погоди, пороюсь в травках твоей мамы, да как подсыплю тебе валерьянки!

— Ты меня с котом спутала?

— С котом? Нет, кот в данном случае комплимент. Он соображает, что такое осторожность. Он соображает, что его дома ждут кошка и котята. Ты про это подумал?

— Про котят?

— Про осторожность. Лёш, мне уже просто даже интересно: кто тебя в следующий раз домой принесет? Когда ты на тренировке сцепился с василиском и вместо мужа домой доставили статую, это было незабываемо, но...

— Ага, незабываемо! Что, статуя выглядела круче меня? — недоверчиво поинтересовалось зеленоглазое наказание. И у него даже хватило совести состроить обиженное выражение. Ну вот как тут продолжать его пилить?

— Статуя молчала и не ехидничала! А смотрелась здорово. — Лина на минутку даже отвлеклась от проработки непутевого мужа, вспоминая, как интересно выглядел нерукотворный обелиск в атакующей позе... м-да.

— Хочешь, я буду тихим? — вдохновилась бывшая статуя. — Как... ну...

— А три дня назад тебя доставил домой Александр, — безжалостно перебила говорящую статую Лина. — И пока некоторые заливали мне про усталость от скучного заседания Координаторов, тихонько попросил меня быть поаккуратней, потому что у одного гиперответственного (читай ненормального) эмпата еще сутки будет трещать голова. Перенапряжение у него, видите ли... он предотвращал вспышку ярости у толпы «антимагов». В одиночку против полутора тысяч человек.

— Ну...

— А сегодня ты заявляешься домой с эльфами. Если совсем точно — то висяком на этих самых эльфах и с милой байкой о том, какое у эльфов отменное медовое вино.

— А ты пробовала?

— Не пытайтесь увести разговор в сторону, подсудимый. Объясните, какое отношение мифическое эльфийское вино имеет к вашей ушибленной спине.

Обладатель спины попытался поверх плеча бросить на супругу свой неотразимый взгляд «кто-в-силах-злиться-на-бесприютногокотеночка», но, поскольку на плече тоже виднелась крупная ссадина, цели не достиг.

— Ты такая милая, когда сердишься...

— Не засчитано, — усмехнулась Лина, потихоньку оттаивая. Кто в силах долго сердиться на него? Во всяком случае, не она.

— Я и не надеялся... — вздохнул Лёш. — Это так, по привычке. Не сердись. Реальной угрозы не было. Просто никто не ожидал такого. Исток весьма бурно среагировал на эльфийскую магию. Пришлось ставить барьер, и он... словом, не выдержал. Поэтому нас слегка приложило о местную флору. Яну попались кустики, а мне, как особо везучему, дуб. Посторониться он не желал, вот мы и «поздоровались». Зато теперь «сердечники» станций будут готовы куда раньше, чем в конце октября. Точней, смогут соединиться раньше, чем достигнут полной мощности.

— О? — Лина прищурилась подсчитывая. Если попросить Пламя ускориться и если обеспечить ему приток энергии, то... — Это хорошо.

— И в связи с этим у меня вопрос, радость моя. — Сильные руки супруга ухватили ее так внезапно, что феникс успела лишь ахнуть и оказалась вжатой в диван. — Что ты скрываешь?

— Э-э... — Руки держали бережно, но сильно. Ну спасибо тебе, Пламя, за такого мужа! Скучно с ним никогда не будет, это точно. — В каком смысле?

Обладатель ушибленной спины повел себя странно. Подмигнув замершей супруге, он склонился над ее животом (!) и понизил голос:

— Эй, как там на борту? Тебе тоже кажется, что наша мамочка секретничает?

— Лёш!

— Мм?

— Пусти меня, эмпат несчастный!

— А секрет?

— Открою я тебе секрет, пусти. Все равно собиралась. Только скажи: ты уверен, что ушиб только спину?

— Что?! Так. Ну, если на слова мне уже не верят, придется доказывать.

— Лёш, ты что? Пусти! Эмпат несчастный! Я верю... хотя... твои аргументы... определенно заслуживают рассмотрения...

К обсуждению секретов они вернулись только минут через сорок.

— Понимаешь, недавно я была в пещере Пламени...

Муравейник. Улей. Или нет, термитник. Тот же кажущийся хаос, в котором непрерывно и целеустремленно движутся крошечные фигурки, перетаскивая, размечая, воздвигая...

— Как видите, здание практически завершено, — с энтузиазмом повествовал начальник стройки, явно не напуганный вторжением «высоких гостей». — Если задержитесь, то сможете понаблюдать за установкой «сердечника». А набирать силу он будет уже в гнезде. Оно специально так устроено, чтобы оставался запас. Тем самым расчетные сроки работ можно пересмотреть в сторону уменьшения.

Вадим кивнул. Выглядит заманчиво.

— На сколько?

— Ненамного, милорд. На четыре дня. Но...

— Делайте. За каждый выигранный день — премия. Но не в ущерб качеству, вы понимаете?

— Сознаем свою ответственность, милорд! — Начальник стройки был рекомендован Стражем Иваном, который сам при жизни был отменным работягой и специалистов просто чуял. Что ж, он не ошибся — все его протеже, хоть и разных национальностей, работали с немецкой точностью, американской деловитостью и русским энтузиазмом. — Все просчитано и выверено до миллиметра!

— Хорошо. Пожалуй, я и правда понаблюдаю.

Вообще-то времени у него не было. В очереди на посещение еще как минимум три станции, а потом встреча с энерговампирами. Что-то пиарщики совсем рехнулись на будущем дне рождения, надо бы им намекнуть, что нечего превращать это во всепланетный праздник... И хорошо бы заскочить к Лёшке, поговорить. Тянет.

Побыстрей бы.

— Вот, любуйтесь, доставили «сердечник». Потрясающая конструкция, милорд...

— Да-да, — рассеянно отозвался Вадим, не понимая, куда делась радость от сэкономленных дней и почему так хочется всех послать подальше отсюда. Подальше... подальше... стоп! — Дайте сигнал к эвакуации. Срочно.

— Что?

— Сигнал к эвакуации для персонала! Живо! Дьявол! — Он торопливо потянулся вперед, разворачивая магию, готовя купол...

Ослепительная вспышка залила площадку белым светом. Хлестнула горячим. А потом пришел грохот...

«Экстренное сообщение. Несколько минут назад произошел взрыв на объекте «Станция-6». Причины взрыва неизвестны. Количество жертв уточняется...»

«Мы прерываем нашу передачу, чтобы передать... Не может быть! Уважаемые зрители, то, что вы видите, еще несколько минут назад было строительной площадкой «Стан- ции-6». Только что здесь прогремел мощный взрыв, который, очевидно...»

«Экстренное сообщение! На место взрыва незадолго до аварии прибыла комиссия во главе с Вадимом Соловьевым! Что это: случайность или злонамеренное покушение?»

«Что теперь будет с системой защиты? Что будет с нашим миром?»

«Что произошло на станции?»

Усилия, приложенные к укреплению межрасовой дружбы, сработали на полную. Слетевшиеся в мгновения ока Стражи, маги всех мастей, демоны и прочий люд ни разу не поцапались. Две саламандры быстро и умело укротили пламя, многие из присутствующих сразу бросились на помощь пострадавшим. Человек пятнадцать столпились у фиолетовой кляксы купола-барьера, который краешком виднелся из-под завала...