Когда позовет судьба - Элизабет Сьюзан - Страница 16

Женщина самодовольно приподняла брови:

— Мы располагаем одеждой самых модных покроев, на любой вкус и цвет. Может быть, вам нравится вот это, светло-серое?

Кристин представила, как она идет по тротуару, одетая на манер Мэри Поппинс.

— А у вас нет чего-нибудь, что не стягивало бы шею?

— Поняла, вам нужно вечернее платье, которое было бы не грех надеть и на бал. У нас есть несколько готовых бальных платьев, а также набор выкроек. — Продавщица погладила золотистый кусок бархата. — Если правильно подобрать нижнее платье, этот материал будет прямо-таки сверкать на вас.

— Как, еще и нижнее платье? — ужаснулась Кристин.

— Конечно!.. Как видите, мы в состоянии удовлетворить любой запрос.

— А в чем же я, по вашему мнению, нуждаюсь? — с затаенной надеждой спросила Кристин.

— Ну-у… Многое зависит от того, насколько щедр ваш супруг.

— Супруг?.. Ах нет, со мной не супруг. — Кристин начала входить в роль. — Это мой брат. Его зовут Джек.

— Ваш брат, кажется, предоставил вам самой решать, что вы выберете? — со сладкой улыбкой спросила продавщица.

— О да, именно так. И он никогда не жалеет на меня денег. А мне нужно — все.

— Как это — все? — спросила женщина, недоуменно пожав плечами.

— Ну, в полном смысле слова: все. — Кристин мило улыбнулась.

Женщина ухватилась пальцами за свой узкий воротничок в фестончиках:

— Чудесно! Будем знакомы — меня зовут Хайдегард Стэнли. — Она решительно протянула руку.

— Кристин Форд, — тряся ее руку, представилась Кристин. — Мы с братом золотоискатели. И вот, проездом, оказались здесь у вас.

— О-о, сестра золотоискателя достойна того, чтобы хорошо выглядеть! — Впервые за время беседы женщина пристально оглядела наряд Кристин. — Юбка у вас коротковата.

— Ах, это и не юбка! У меня все украли в дороге.

— Пройдемте со мной. Начнем с самого начала, то есть с лифа.

Кристин, робея, прошла за Хайдегард в просторную примерочную в конце зала. Продавщица, предложив ей раздеться, вышла, и Кристин торопливо выполнила ее указание, оставив на себе лишь трусики и бюстгальтер.

— Господи, что у вас произошло с корсетом?! Вы его обрезали? — удивилась Хайдегард, вваливаясь в примерочную с большим белым платьем, перекинутым через руку.

Кристин испуганно прикрыла грудь и живот.

— Это… Это последний крик моды, — нашлась она.

— Ни за что не поверю, что выставлять живот наружу станет когда-нибудь модным! — заявила продавщица. — А это что? — Она щелкнула резинкой трусиков.

Кристин, покраснев до корней волос, заметила:

— Я для того и пришла сюда, чтобы подобающим образом одеться. Но снизу ведь можно оставить это?

— Ни в коем случае! — фыркнула Хайдегард.

Стараясь не конфузиться в присутствии суровой матроны, Кристин разделась донага. Хайдегард, ни секунды не медля, помогла ей надеть белый мягкий лифчик и завязала его розовую ленту на шее.

— А теперь панталоны. — Хайдегард извлекла на свет короткие белые панталончики, сшитые из того же легкого материала, что и лифчик. Кристин натянула их и нахмурилась:

— Они же не зашиты посредине!

— Простите? — с видом оскорбленной невинности отозвалась женщина. — Они сшиты безупречно, милая леди.

— Но их же забыли сшить в промежности!

Хайдегард сложила губы бантиком:

— Милочка моя, это на случай надобности.

— Ах, ну да… — окончательно сконфузилась Кристин. "Они ведь еще не изобрели резинку для трусов", — догадалась она. Было странно ощущать себя в белье и тем не менее чувствовать движение воздуха между бедер. Она завязала бантиком ленту от панталон на поясе. Продавщица объявила:

— А теперь чулки.

Кристин заранее стало плохо. Чулки?! В такой жаркий душный день!

— Осторожненько надевайте, а я подыщу вам розовые подвязки.

Кристин подчинилась — стала надевать старомодные, достающие до середины бедер чулки; светло-розовые, с вышитыми по наружной стороне бутонами роз, они оказались шелковисто-гладкими.

Вернулась Хайдегард с целой горой вещей:

— Вот вам подвязки.

Когда Кристин разобралась с подвязками, продавщица уже держала перед ней новое приспособление: в нем можно было распознать корсет, но нижняя его часть была значительно расширена.

— Уф! По-моему, сегодня он ни к чему!

— Как это "ни к чему"? — Женщина обернула корсет вокруг туловища Кристин так, что дюжина металлических крючков оказалась спереди. — У вас слишком узкий таз, чтобы позволить себе ходить без корсета. А кроме того, надо поднять грудь — тогда она будет выглядеть пышнее.

Хайдегард стала зашнуровывать корсет, и Кристин вспомнила знаменитую сцену сборов на бал в "Унесенных ветром".

— Как, не слишком туго? — Хайдегард дернула за шнурок, и Кристин почувствовала, как воздух выходит из ее легких. — Выдохните до конца, как только можете.

"Ни за что!" — сказала про себя Кристин и, наоборот, постаралась как можно глубже вдохнуть. Женщина поколдовала еще немного и встала перед своей жертвой.

— Ну вот! Теперь с бельем все в порядке, — удовлетворенно изрекла она.

Настал черед какой-то детали, напоминавшей лифчик, но надевавшейся поверх корсета. Далее последовало нижнее платье. Следующим был турнюр.

— Я выбрала для вас темно-фиолетовый наряд. — Хайдегард удалилась на минуту и внесла прелестное бархатное платье с короткими рукавами-буф и глубоким вырезом. После того как Кристин надела еще одно, гармонирующее с этим нарядом, нижнее платье, продавщица помогла ей через голову натянуть темно-фиолетовое чудо и застегнула его на спине. Кристин показалось, что она теперь может стоять на земле, не касаясь ее, — на краях своих юбок. В заключение она надела пару фиолетовых атласных туфелек.

Хайдегард отступила на шаг и победно улыбнулась:

— Прелестно!

Кристин взглянула в большое овальное зеркало. Это и в самом деле было прелестно — до того момента, как придется сделать первый шаг. В совокупности наряд весил, наверное, килограммов двадцать. А единственное достижение, которое отметила и она сама, — то, что корсет волнующе для мужского взгляда приподнимал грудь.

— Что ж, беру. Спасибо, — сказала она.

— Отлично, — пропела женщина. — Теперь снимем все это и примерим следующий наряд.

— Следующий?! Мы столько времени впихивали меня в этот, и вы еще говорите о следующем? Нет, спасибо, обойдусь этим.

— Мисс Форд, вы что же, собираетесь в разгар дня разгуливать в вечернем платье?

— А почему бы и нет? — Кристин была сейчас готова на все, лишь бы не подвергаться еще раз изощреннейшей пытке одевания.

— Во-первых, пыль, которая тут же набьется в бархат. А во-вторых… — Женщина запнулась и закончила шепотом: — У вас же открыта грудь!

Кристин непонимающе моргала:

— Ну и что? Ведь жарко. И хорошо, что открыта!

— Это платье уместно только вечером, в обстановке бала или званого ужина, мисс Форд. Я приглядела для вас три очаровательных прогулочных платья. Полагаю, они придутся вам впору.

Хайдегард удалилась, и Кристин овладело жуткое ощущение, что ей придется провести в этой лавке за переодеваниями всю оставшуюся жизнь.

10

Кристин шла, без конца передергивая плечами: то ей казалось, что развязывается один из многочисленных шнурков, то в подмышку врезался корсет… Даже облегченный прогулочный наряд не давал ощущения свободы и естественности, каково же будет в том шикарном бальном одеянии?

После двухчасовых мучений она сбежала от неугомонной Хайдегард Стэнли, договорившись, что та пришлет вещи, включая шляпки, перчатки, туфли и белье, в гостиницу. Пока Кристин находилась в руках продавщицы, Джек снял два номера в гостинице, распорядился накормить лошадей, побродил по городу и выпил вина в баре. Сейчас он невозмутимо шагал рядом, как всегда не обращая на нее внимания.

— Куда мы идем? — поинтересовалась Кристин.

— Пора перекусить.