Дороги. Часть вторая. - Йэнна Кристиана - Страница 128

— Они у вас... дрессированные прямо. Как вам это удалось?

— Да как-то само собой получилось. Приучили так, — ответила Ильгет, улыбаясь, — а они уже большие, Анри вон уже пятнадцать, это взрослый парень. На Квирине такие, сама знаешь...

— Да, на Квирине он уже закончил бы школу, выбрал профессию, — согласилась Айледа, — а кем он собирается стать, кстати?

— Военным, — сказал Арнис. Ильгет бросила на него короткий взгляд.

— Тоже неплохо, — кивнула Айледа. Приласкала Ритику, которая по обыкновению терлась около хозяев и то одному, то другому клала голову на колени, — и собачка у вас прямо квиринская.

— А она и есть квиринская. Точнее, дочь квиринской собаки, которую мы привезли оттуда, — пояснила Ильгет, — эта порода есть и на Ярне, да и почти везде.

— Вот как... Красивая... Редкий окрас.

— Да, очень редкий. Мы хотим получить от нее щенков такого же окраса, но пока не представляем, как...

— Благородное животное, — проговорила Айледа. Благородное создание взглянуло на нее и гордо отправилось в свою корзинку и, повозившись, свернулось там пушистым светло-коричневым клубком.

— Давайте пересядем в кресла, — предложила Ильгет. Они перешли к мягкому уголку, под розоватый свет вечерней лампы. Дара по обыкновению забралась на диван рядом с матерью. Эльм тоже остался со взрослыми, а остальные разошлись по комнатам.

— Айледа, — спросил Арнис, — а почему ты решила посещать эту... ШКС?

Ильгет улыбнулась.

— Айли, это у него профессиональное... сейчас он у тебя интервью возьмет.

— Да ну, что тут особенного. Я, Арнис, давно уже интересуюсь такими вещами. Еще до того, как на Квирине побывала. Только я занималась с учителем, он берет людей индивидуально, не всех... А сейчас вот так получилось, что я должна здесь пожить, и он мне сам порекомендовал эту ШКС. Хотя с Палном я не во всем согласна.

Арнис пожал широкими плечами, улыбнулся.

— Ну для меня-то это все... вы понимаете... я вообще скептик. Ну, думаю, что-то такое должно существовать, какой-то Высший Разум, но... ясновидение, всякие эти астральные штучки-дрючки — я в это не верю. Целители эти... шарлатаны. Ну вот Иль сходила на прием — и что? Ничего ведь умного он ей не сказал.

— Ну положим, кое-что сказал умное, — возразила Ильгет. Айли покачала головой.

— Понимаешь, Арнис... Да, очень много шарлатанов. А еще вернее сказать, даже не шарлатанов, а людей, которые занимаются самообманом. То есть они кое-что, чуть-чуть совсем могут. А считают, что они могут очень многое, исцелять там и прочее. На самом деле доступ к Тонкому Миру возможен... для очень многих. Вот только без учителя, без опытного руководства там страшно очень. Многие поэтому рассудок теряют, если пытаются сами. Но с учителем можно. И ясновидение реально, и целительство. Есть те, кто могут... Не веришь?

— Я верю, — быстро сказала Ильгет, — и потом, сагоны ведь тоже...

Айледа метнула на нее быстрый понимающий взгляд.

— Ты не можешь этого не понимать, Иль. Я думаю, что ты очень близко к тонкому миру, так всегда бывает... у тех, кто общался с сагоном. Не случайно ты потом пришла в эту ШКС.

— Не случайно, но... у меня никаких способностей-то нет. Я не вижу снов, как Лейра, не получаю информации, как Элила. Руками лечить не умею. Вообще тупость полная, — улыбнулась Ильгет.

Айледа внимательно посмотрела на нее.

— Знаешь, Иль... А ведь ты и не пытаешься. Ты могла бы, все могла бы. Но я же вижу — ты не медитируешь.

Арнис протянул руку и осторожно похлопал пальцем по спине Ильгет. Не забывайся... Не надо переигрывать.

— Да, Айли, — согласилась Ильгет, — я не медитирую. Потому что я боюсь. Я ведь говорила тебе, мне встречалось уже что-то очень страшное. Но в то же время, меня тянет ко всему этому, очень хочется узнать ближе... этот мир... Но страшно.

Интересно, подумала Ильгет, может, она видит, что я и молюсь в это время? Ну и способности, однако, у человека.

— И правильно делаешь, — сказала Айледа, — знаешь... я думаю, я поговорю о тебе с моим учителем. Палн же не руководит нами. Как хотите, так и... хорошо еще, пожалуй, что в школе мало кто всерьез-то занимается. Все так... как этот Дидар.

— Да уж, алкаш этот — просто шут гороховый.

— Это такой... с длинным носом? — спросил Арнис, — явно подвыпивший?

— Не ошибешься, он у нас один такой, — вздохнула Ильгет, — сокровище...

— Ох, — сказал Арнис, — куда я попал... Я уже жалею, что связался, Иль, с этой твоей конторой. Ясновидящие какие-то... медитации. Целители. Еще и алкоголики.

— Не веришь? — Айледа устремила на него твердый карий взгляд. Арнис пожал плечами.

— Пока мне никто не доказал ничего...

Айледа устремила взгляд на журнальный столик, где красовалась фенечка — свеча в декоративном горшочке. Придвинула свечу к себе поближе.

Все притихли, замерли, глядя на гостью. Айледа сосредоточилась. Прикрыла глаза. Протянула вперед ладони.

Внезапно на самом кончике черного фитилька возникло оранжевое тление... еще миг — и свеча вспыхнула ровным и ярким пламенем. Ильгет ощутила, как вздрогнула Дара, прижавшись к ней. Еще детям потом объясняй... Эльм тоже смотрел на свечу абсолютно круглыми глазами.

— Ну дела, — Арнис разрядил потрясенное молчание, — да... такого я еще не видел!

— Ну что? — улыбнулась Ильгет, — может, сделаешь материал?

Арнис подумал.

— Знаешь, я сам-то убедился, конечно... Но публика. Понимаешь, у нас издание не то. Во всяких там «Пламенах Духа» и «Новой Эре» такое постоянно печатают. А в нашем... редактор не возьмет. Скажет, ты что, белены объелся? И с Палном-то интервью еле удалось протащить... слушай, а это идея! Давай, Айли, я вставлю в этот материал еще и такой эпизод. Как с одной из учениц ШКС, а?

— Только если ты не будешь называть имени, — сказала Айледа, — я совершенно не стремлюсь к известности.

— Да? — Ильгет жестом показала собаке, чтобы та не вздумала спрыгивать со стола, потом еще погрозила кулаком. Ритика обреченно застыла, — простите?

— Из школы вас беспокоят. Это Гиерра, я классный руководитель вашей дочери, — заквакала трубка.

— Простите, вы имеете в виду, конечно, Дару?

— Да. Она болеет уже вторую неделю, и...

— Не поняла, — Ильгет почувствовала, что тело обливается внезапным холодом, — Дара здорова. Она должна быть в школе!

(Господи, что случилось? Дара моя... что с ней? Что с ней?! Вот оно, началось...)

— Ее нет в школе, — пояснила Гиерра, — и она вообще очень часто пропускает занятия, а потом объясняет, что болела, и что врача не вызывали.

(Но ведь сегодня она ночевала дома... да и вообще она всегда дома. Тьфу ты...) Ильгет постепенно успокаивалась. Кажется, все не так страшно.

— Я.. не знаю, в чем дело, — сказала Ильгет, — но Дара ходит в школу. Так она нам говорит. И... у нас ведь пятеро детей, они идут все вместе. Они доходят вместе с Дарой до самой школы... Спасибо, что вы позвонили, я разберусь, хорошо?

Она повесила трубку, выслушав еще серию раздраженных сентенций учительницы. Вернулась к полустриженной Ритике. Здесь тебе не Квирин, здесь стричь собаку приходится тоже вручную, ножницами, а сушить архаичным феном. Ладно еще, Ильгет с ранней молодости держала только пуделей и разбиралась в уходе за шерстью.

Она начала обрабатывать заднюю ногу и размышлять над новостями.

Ничего себе дела! Что это с Дарой? И куда она ходит вместо школы... И почему, черт побери, почему она начала обманывать?

Такого у нас не было. Никогда. Если у детей были проблемы — мы всегда об этом знали. Да и сейчас знаем. И помогаем. Вот и Эника у нас уже в семье — как родная. И о разборках Анри с этими бандитами мы все знаем. Но что с Дарой? Почему она скрывает что-то от нас? Что она вообще может скрывать?

Ильгет вдруг представила, ЧТО может скрывать ребенок, и ей стало нехорошо...

Может быть, девочка стыдится чего-то... Трудно представить иные мотивы. Ильгет вдруг вспомнила, как по вечерам Дара всегда норовит сесть рядом с ней, прижаться, тонкие ручонки обхватывают мамину талию. Потом хватает руку Ильгет и целует — просто от избытка чувств. Да ведь ни с кем из детей нет и не было таких нежных, доверительных отношений, как с Дарой. И она... она врет?