Длиною в жизнь - Фримен Энджи - Страница 25

— О Боже! — Трейси беспомощно всплеснула руками. — Но если бы я сказала, что мы уже развелись, неужели ты позволил бы мне остаться?

— Нет, не позволил бы, — признал Кевин и снова нервно взъерошил волосы.

Сейчас он выглядел настолько потерянным и усталым, что не походил на себя. Трейси хотелось обнять его и признаться в любви, но интуиция подсказывала, что в данный момент ее порыв будет не слишком уместен.

— Я уже давно чувствовал, что что-то не так. — Кевин прохаживался по комнате и словно разговаривал сам с собой. — А теперь даже не знаю, что обо всем этом думать и что делать. В любом случае, сейчас я слишком устал, а утро вечера мудренее. Я лягу спать в комнате для гостей.

Одним прыжком Трейси вскочила на ноги.

— О, Кевин, пожалуйста, не делай этого!

Когда-то они уже спали врозь, и это стало началом конца.

— Я не хочу больше играть и притворяться, Трейси. Теперь в этом нет необходимости.

Это было так похоже на пощечину, что она вздрогнула.

— Кевин!

Однако он уже вышел из комнаты. Трейси последовала за ним в главную спальню и увидела, что он собирает вещи.

— Кевин, ну пожалуйста!

Он даже не оглянулся.

— Я не могу сейчас все это переварить. Мне надо побыть одному.

Трейси оцепенела от отчаяния, глядя, как он выходит из спальни и направляется в гостевую комнату, расположенную в дальнем конце холла.

16

Кевин бросил свои вещи в кресло и подошел к окну. Спать ему не хотелось, однако сейчас он просто не мог больше выносить присутствия Трейси и ее зеленых глаз, в которых отражалась буря эмоций. Ему отчаянно хотелось разобраться в собственных мыслях и чувствах, чтобы хоть как-то определиться в отношении своей дальнейшей жизни.

Какой жизни? — горько спросил он сам себя. Мое прошлое — черная дыра, а будущее кажется совершенно бессмысленным. От отчаяния он даже скрипнул зубами. Какой же удар Трейси нанесла моей гордости, какую глубокую душевную боль причинила!

Однако она чувствовала себя виноватой по отношению ко мне.

Эта невыносимая мысль возмущала его до глубины души. Кевин резко повернулся и с силой стукнул по стене кулаком. Проклятье! Мне не нужны, ни ее жалость, ни сочувствие.

Так, значит, все это время она играла роль верной и любящей жены! Как же горько осознавать себя безмозглым идиотом, которого легче легкого обвести вокруг пальца!

Это многое, хотя и не все, объясняло. Но почему в самом начале спектакля Трейси колебалась, словно не желала поддаваться моему влиянию? Если бы она действительно была моей женой и любила меня по-прежнему, тогда…

Кевин отошел от стены, присел на край кровати и закрыл лицо руками.

Нет, Трейси меня больше не любит. Она приехала сюда по просьбе Лидии, подстрекаемая чувством вины. О, как невыносимо об этом думать, как невыносимы и воспоминания о недавних любовных ласках! А ведь я любил ее и надеялся на взаимность…

Но оказалось, что все ложь. Ложь, ложь, ложь!!!

Позднее, когда Кевин уже лежал в постели, ему вдруг вспомнилась Глория Гейнор. Поскольку он уже был разведен, то, в каких бы они ни были отношениях, его нельзя считать неверным мужем. Эта неожиданная мысль принесла огромное облегчение, но вместе с тем снова пробудила гнев. Он ни в чем не виноват и, выходит, напрасно себя терзал.

Кевину вспомнилось выражение лица Глории, когда он заявил, что не хочет продолжать с ней отношения. А ведь уже после этого она прислала ему письмо, на которое он так и не ответил. Да, эта милая женщина не заслужила подобного обращения, и он поступил слишком жестоко, причинив ей боль.

Кевин встал на рассвете, решив устроить себе длительную пробежку по пляжу. Он бегал так долго, словно его подгонял сам дьявол. Все в жизни перепуталось, и я окончательно утратил контроль над ситуацией, пришел к выводу Кевин. Надо срочно решить, что делать дальше, иначе я просто сойду с ума.

Вернувшись в дом, он принял душ и оделся. Трейси хлопотала в кухне и выглядела так, словно не спала всю ночь. Завидев Кевина, она бросилась к кофейнику, но он остановил ее протестующим жестом.

— Я позавтракаю в офисе.

— Но почему не сейчас?

— Я не голоден, — солгал Кевин, желая поскорее выбраться из дому.

— Пожалуйста, Кевин…

У Трейси был очень несчастный голос, но Кевин твердо решил не обращать на это внимания.

— Увидимся позже, — бросил он, выходя за дверь.

— Миссис Дейл, — обратился он к секретарше, оказавшись у себя в офисе, — вы помните Глорию Гейнор, которая приходила ко мне несколько недель назад? Она оставила свою визитную карточку?

— Да, сэр, пожалуйста, вот она. Вы хотите, чтобы я ей позвонила?

Кевин взял протянутую визитку.

— Нет, благодарю вас, я сам.

Войдя в кабинет, он сел в кресло и быстро набрал номер офиса Глории в Мельбурне.

— Меня зовут Кевин Харрис и я хотел бы поговорил с мисс Гейнор… Если, конечно, она сейчас в Австралии, — добавил он, подумав, что Глория может оказаться в любой точке земного шара.

— Да, — приветливо отозвался женский голос, — как раз вчера она вернулась. Минутку, пожалуйста.

— Кевин! Я так рада, что ты позвонил! — услышал он голос Глории. — Как поживаешь?

— Ну, если не считать того, что я по-прежнему ничего не помню, можно сказать — прекрасно.

— Неужели ни малейшего прогресса? — искренне огорчилась Глория.

— Боюсь, что нет. Но я начал понемногу восстанавливать события и дошел до… Короче, мне необходимо переговорить с тобой. Как насчет того, чтобы сегодня вечером пообедать?

— Да, разумеется. Где ты находишься?

— У себя в офисе, но я могу выехать в Мельбурн уже в полдень. Если ты скажешь, где тебя можно будет застать вечером, я позвоню из отеля.

— Я буду дома ждать твоего звонка. — И Глория продиктовала номер домашнего телефона.

Повесив трубку, Кевин приказал секретарше отменить все дела, намеченные на вторую половину дня, а также забронировать номер в отеле Мельбурна. После ланча он зашел домой взять кое-какие вещи, которые могли ему понадобиться во время однодневной поездки.

— Кое-что случилось, — сказал он, предупреждая вопрос Трейси, — я уезжаю в Мельбурн. Вернусь завтра утром.

— Кевин, не прячься от меня, давай лучше поговорим откровенно! — взмолилась Трейси.

— Сейчас мне некогда, — пробурчал он, продолжая упаковывать сумку.

— Я знаю, что ты на меня сердишься, и очень сожалею об этом.

Кевина внезапно охватил гнев.

— Да, сержусь! Ты не говорила мне всей правды! Именно поэтому я запутался еще больше и у меня накопилось чувство вины высотой с Джомолунгму! Ведь я же возомнил себя неверным и недостойным тебя мужем! Еще бы мне не сердиться!

Трейси смотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Но почему ты говоришь о чувстве вины? И почему решил, что был мне плохим мужем?

— Мне казалось, что я тебе изменял.

Она всплеснула руками.

— Ты хочешь сказать, что у тебя была другая женщина?

— Да. Однако, если верить ее словам, мы не виделись уже полгода.

— А недавно ты ее встретил? — догадалась Трейси.

— Да. Вскоре после твоего приезда она пришла ко мне в офис. У меня не было причин не верить тому, что она рассказала.

— Ты познакомился с ней в Боуэне? Я ее знаю?

— Нет, ты ее не знаешь.

— И ты по-прежнему ее хочешь? — с нескрываемым ужасом в голосе спросила она.

— Теперь я ее даже не знаю, в смысле — не помню! Я абсолютно ничего не помню о наших с ней отношениях, однако был уверен в том, что изменил тебе, и поражался собственной низости. Я пытался восстановить целостную картину собственной жизни, а теперь вдруг обнаружил, что сложил осколки неправильно…

Трейси казалось, что она сходит с ума. Теперь все ее мысли были о женщине, про которую говорил Кевин. Она никогда ее не видела, не знала имени и даже не догадывалась, кто бы это могла быть. Никогда еще Кевин не давал ей поводов для ревности, но сейчас страх потерять его достиг апогея — Трейси просто места себе не находила. Где теперь находится эта женщина? Если она хочет заполучить Кевина, то почему до сих пор этого не сделала?