Милый пленник - Максвелл Кэти - Страница 11

— Конечно, найдется, — ответил мистер Феррингтон, снова наполняя бокал лорда Димхерста.

— Милли, мы можем поехать к твоей сестре в любой другой день и поесть вареной баранины, которую ее повар выдает за изысканное блюдо. Напиши ей записку. Напиши, что мы не сможем приехать потому, что у меня случился приступ изжоги.

— И у тебя непременно будет изжога, если ты поешь карри, — сказала его жена.

Лорд Димхерст сделал еще несколько глотков шампанского, а потом сказал:

— Уверяю тебя, оно того стоит.

Поджав губы, леди Димхерст задумалась. Посмотрев на Кэролайн, она перевела взгляд на мистера Феррингтона, а потом снова посмотрела на Кэролайн.

— Хорошо, — сказала она, — сегодня мы, пожалуй, не поедем к Бернис.

— Слава богу, — облегченно вздохнув, сказал лорд Димхерст и осушил свой бокал.

— Чудесно, — сказал мистер Феррингтон. — Каллео даст вам перо и бумагу, а потом проследит за тем, чтобы вашу записку немедленно доставили по нужному адресу. Возможно, вы хотите освежиться перед ужином? — спросил он, обращаясь к чете Димхерстов.

— Да, я бы не отказалась, — сказала леди Димхерст.

— А мне это совершенно ни к чему, — сказал лорд Димхерст. — Я бы выпил еще один бокал шампанского.

— Димхерст, — произнесла его жена, — пойдем со мной, поможешь мне написать записку.

С большой неохотой лорд Димхерст поставил пустой бокал на поднос. Посмотрев на Джеймса, он, словно великомученик, воздел к небу глаза.

— По крайней мере, я смогу проследить за тем, чтобы она не рылась в ваших ящиках и шкафах, — сказал он.

— Димхерст, я никогда не занимаюсь подобными делами.

— Я пошутил, дорогая, — ответил лорд Димхерст и, подобно дрессированной комнатной собачке, послушно пошел вслед за женой.

Кэролайн почувствовала, что от волнения у нее подкашиваются ноги. Сев на диван, она сказала:

— Не понимаю, как такое могло прийти вам в голову? Зачем вы сказали леди Димхерст, что мы с вами родственники?

— Вы хотели, чтобы я ей сказал, что мы с вами совершенно чужие люди?

— Нет, только не это! — испуганно воскликнула Кэролайн. Она прекрасно понимала, что может сделать леди Димхерст, если узнает об этом.

Джеймс сел рядом ней и снова наполнил бокал, который она держала в руке.

— Выше нос, кузина, — сказал он.

«Какая чудовищная фамильярность!» — подумала Кэролайн, невольно вздрогнув.

— Я сделал это исключительно ради вас, — улыбнувшись, сказал Феррингтон. — Если леди Димхерст расскажет кому-нибудь о том, что она видела вас в моем доме, то тем самым признается в том, что исполняла роль вашей компаньонки, — сказал он и, засмеявшись, поднес ко рту бокал. — Я так привык к самостоятельной жизни, что уже совсем забыл, каково это, когда тебя все время сопровождают.

— Но вы ее обманули, — сказала Кэролайн. Вся эта история действовала ей на нервы.

— Да. Похоже, ваша теория подтверждается.

— Какая теория?

— О том, что все мужчины — лгуны и обманщики. Помните, вы рассказывали мне об этом? — напомнил он ей. Помолчав немного, он добавил: — Однако в свою защиту могу сказать, что я не спрашивал себя о том, что желает услышать леди Димхерст. По ее лицу было видно, что она хотела бы узнать правду. Она была очень разочарована, когда поняла, что у нас с вами не тайное свидание, а обычный семейный ужин.

— Какое еще свидание! Я приехала к вам по делу, мистер Феррингтон…

— Джеймс.

— Что?

— Если мы собираемся продолжать этот маскарад, выдавая себя за родственников, то вам лучше называть меня по имени, — сказал он и, понизив голос, добавил: — Мне не терпится услышать, как ваши губы будут произносить мое имя.

Кэролайн застонала от досады.

— Прекратите флиртовать со мной. Если леди Димхерст узнает правду, моя репутация будет окончательно погублена, и мне до конца дней придется жить со свекровью, — сказала она и, представив себе эту ужасную картину, снова поднесла к губам бокал и сделала несколько глотков. — Леди Димхерст жить не может без сплетен. Она не успокоится до тех пор, пока досконально не изучит мою и вашу родословную, начиная со времен Вильгельма Завоевателя. Мне кажется, что мою родословную она уже знает, а вот выяснением вашей непременно займется в ближайшее время.

— Англия — страна маленькая. А вдруг мы с вами действительно являемся родственниками? — улыбнулся Джеймс, а потом, медленно опустив глаза, снова посмотрел на ее грудь.

Взяв его за подбородок, Кэролайн заставила его поднять голову. Взглянув Джеймсу в глаза, она сказала:

— Я здесь, мистер Феррингтон. Дело приобретает очень серьезный оборот. Если леди Димхерст узнает о том, что мы с вами не родственники…

Кэролайн не хотела описывать ужасные последствия, которые будет иметь вся эта история.

Взяв у нее из рук бокал, Джеймс поставил его на стол. А потом медленно, наслаждаясь тем, что делает, начал снимать перчатку с ее руки. Кэролайн сжала пальцы в кулак. Подняв голову, он посмотрел ей прямо в глаза.

— Нельзя всю жизнь бояться. Если леди Димхерст что-нибудь скажет, тогда мы придумаем еще какую-нибудь историю для того, чтобы сбить ее с толку. Советую вам остаться и вести себя как можно увереннее. Должен признаться, у меня есть связи в определенных кругах и я смогу замять любой скандал.

— Вы предлагаете мне довериться вам? — спросила Кэролайн, разжимая пальцы. Он снял с ее руки перчатку. — И это после того, как вы на моих глазах открыто флиртовали с леди Димхерст?

Джеймс засмеялся (его смех был очень искренним и теплым) и начал снимать перчатку с другой руки Кэролайн. У него были длинные, заостренные на концах, сильные и ловкие пальцы.

— Если я и позволил себе пофлиртовать с ней немного, то только для того, чтобы защитить вас.

— Защитить меня?

— Все очень просто. Если вы дорожите мнением этой женщины, если она так много для вас значит, то для меня она тоже представляет определенный интерес.

Кэролайн всматривалась в его лицо. У него был прямой нос, волевой подбородок, чувственные губы и густые бакенбарды. Похоже, этот человек ни в чем себе не отказывал, ничего не боялся и жил, открыто наслаждаясь бытием.

Ее сердце сжалось от неясной тревоги. Она сидела так близко от него, что явственно ощущала запах его пены для бритья. Чувства, бурлившие в ее душе, были горячими, раскаленными, как железо, которое только что вытащили из огня…

— Леди Пирсон, мистер Феррингтон, чем это вы занимаетесь?

Кэролайн едва не подпрыгнула от испуга, услышав голос леди Димхерст, которая снова появилась в приемной. Кэролайн хотела выдернуть кисть из пальцев мистера Феррингтона, но он крепко сжал ее.

— Я гадаю Кэролайн по руке, — спокойно сказал он.

Кэролайн, воздев глаза к небу, молилась о спасении.

— О, в самом деле? — спросила леди Димхерст, заметно оживившись. — Вы знаете хиромантию?

— Это одна из загадок Востока, — подняв руки ладонями вверх, сказал Джеймс.

— Погадайте мне, — потребовала леди Димхерст и, повернувшись к Кэролайн, сказала: — Я всегда хотела, чтобы мне кто-нибудь погадал.

— С удовольствием, — ответил Джеймс. — Кэролайн, пожалуйста, уступите место леди Димхерст.

Кэролайн встала с дивана. Один из постоянно находившихся в комнате лакеев поднес ей бокал шампанского. Джеймс сказал, что нужно перехитрить леди Димхерст. Но сумеет ли она сделать это? Леди Димхерст действительно была грозой всего благотворительного общества. Никто не осмеливался ей перечить. Даже преподобный отец Тилтон никогда с ней не спорил, а несчастная мисс Элмхарт, получив сообщение о том, что леди Димхерст собирается навестить ее пансион, начинала трястись от страха.

Да, почти никто не осмеливался перечить этой уважаемой великосветской даме. Кэролайн относилась к числу тех немногих смельчаков, которые выражали свое несогласие с ее мнением. Кэролайн и леди Димхерст имели совершенно противоположные мнения по поводу того, какие предметы должны изучать воспитанницы пансиона мисс Элмхарт. Кэролайн отдавала предпочтение такой учебной программе, в которой есть точные науки. Леди Димхерст считала, что эти заумные предметы совершенно не нужны юным леди. Она составила свою программу, в которой были только вышивание, рисование акварельными красками и танцы. Самым трудным для тех, кто занимался по этой программе, было спряжение французских глаголов.