Память сердца - Уэстли Флоренс - Страница 13

Красивое лицо лейтенанта разгладилось. Совсем успокоившись, он вышел вслед за шефом из комнаты, направился в кухню, не заметив холодного блеска в глазах Джона. В бетонном здании пожарной части тихо как на кладбище. За окнами моросил бесконечный дождь, превращая выщербленные улицы в непроходимые грязные ручьи. Для дежурных пожарников такой дождь — благословение, и они безмятежно спали на втором этаже. Для торговцев на Мэйн-стрит такая погода — сущее наказание.

Было уже за полночь, а Джон все еще трудился, склонясь над своим столом. Он шесть часов подряд разбирался с бумагами в бывшем кабинете Майка. Огромный стол был завален папками личных дел и прочими документами.

Насколько можно судить, нигде не заметно постороннего вмешательства, хотя у Майка была весьма своеобразная система хранения документов.

Но главное, мог ли Майк в свое время вызывать истребителя грызунов? Джону показалось это маловероятным. Однако Монк, доложивший о загадочном истребителе, производил впечатление внимательного добросовестного офицера, который не забывает данные ему распоряжения. В таком случае, кому и зачем прикидываться истребителем грызунов, чтобы попасть в служебное помещение? Зачем рисковать, а потом уйти с пустыми руками, не взяв ничего, насколько это пока известно Джону.

Возникло слишком много недоуменных вопросов, и это настораживало Стэнли.

У пожарников, как и у людей других профессий, есть свои слабости, свои просчеты и, к сожалению, свои пагубные привычки. Иногда люди не могут удержаться от соблазна добыть деньги путем неблаговидных махинаций: подделав доклад пожарной инспекции, жизненно важный и для бизнесмена, и для строителя, и для частного владельца дома, которые пожалели денег на установку необходимых технических противопожарных средств. К Джону с подобными "выгодными" предложениями подкатывались раза два.

С каким-то тревожным чувством Джон внимательно просмотрел последнее личное дело, аккуратно положил его поверх стопки таких же стандартных папок и выключил свет.

Койка у него узкая, матрас слежался твердыми комками. Усталый Джон не замечал никаких неудобств. В изнеможении он лег и сразу заснул, словно в бездну провалился.

Ровно в четыре, как по сигналу будильника, он вскочил весь в поту, тяжело дыша. Ему опять привиделся кошмарный сон. На этот раз о Бетси. Она лежала в прохладной траве на берегу реки. Раскрытые глаза полны нежности, улыбка затаила мольбу о любви…

Он долго потом не мог заснуть. Но как только сон смежил ему глаза, он вновь оказался во власти сладкого наваждения.

— Бетси, проснись. Кто-то ходит внизу в твоей рабочей комнате.

Открыв глаза, она увидела склоненную над ее постелью Пруди, которая трясла свою приемную мать за плечо.

— Откуда ты знаешь? — спросила Бетси, тут же вскочив и отбросив простыню.

— Я встала, чтобы пойти в ванную, и услышала шум, подумала, это Рози Ли снова ходит во сне. Я пошла за ней, но когда поднималась по лестнице, услышала странные звуки, донесшиеся из твоей комнаты. И еще увидела полоску света под дверью. Знаешь, как от карманного фонарика?

Пруди остановилась, чтобы перевести дыхание, а Бетси схватила старый отцовский кольт 45-го калибра, который всегда лежал в тумбочке. Жестом она приказала девушке оставаться на месте.

— Набирай по телефону 911 — Службу спасения, — шепнула Бетси, указывая стволом револьвера па аппарат.

Пруди, взметнув белокурыми волосами, залитыми лунным светом, быстро выполнила распоряжение матери.

— Господи! Бетси, — прошептала она с ужасом. — Телефон отключен.

— Нажми кнопку.

— Уже нажимала. Ни звука.

Придумай же что-нибудь, Бетси! Скорее! У тебя дом полон детей. В револьвере нет патронов. И телефон обрезан. Что делать.

Бетси огляделась в отчаянии. Знакомые очертания мебели, тени на старых стенах. Ничего не изменилось. Но кто поможет? Почему-то она подумала о Джоне — мистика какая-то, но разгадывать душевные тайны сейчас не время.

— Не паникуй! — пригрозила она перепуганной девушке, все еще цепляющейся за телефонную трубку.

— А ты куда? — отозвалась Пруди полным безотчетного страха шепотом, от которого Бетси передернуло.

— Тише! — прервала она трусиху почти беззвучно и направилась к двери. — Я сейчас же вернусь. Схожу на разведку, и все.

Бетси двигалась легко, как тень. Босые ноги бесшумно заскользили по ступенькам лестницы. В самом низу она остановилась, прислушиваясь, но не уловила ничего, кроме привычных скрипов и шорохов старого дома.

В холле было темно, однако Бетси знала здесь каждый дюйм как свои пять пальцев. Сжав в руках тяжелый револьвер, она приближалась шаг за шагом к своему кабинету.

Некогда там находился дамский салон, устроенный так далеко от столовой и курительной для мужчин, как позволяли каноны архитектуры девятнадцатого века.

Бетси почти достигла цели, когда дверь неожиданно распахнулась и огромная темная фигура обрушилась на нее…

Испуганная Бетси затаила дыхание. Она упала навзничь, больно ударившись о стену головой. В полубессознательном состоянии, вне себя от ярости молодая женщина попыталась встать на ноги. И тут же услышала тяжелый удар грузного тела о перила лестницы. Незнакомец грубо выругался. Секунду спустя парадная дверь открылась, и незваный ночной гость промчался по крыльцу и ступенькам во двор.

К тому времени, когда Бетси пришла в себя, шатаясь, вернулась в холл и подошла к раскрытой настежь двери, никого уже не было видно.

На мокром крыльце босые ноги сразу замерзли, и она перебегала с места на место, надеясь увидеть легковую машину, или грузовик, или человеческую фигуру. Ничего. Единственное, что она видела, — была кромешная тьма. Единственное, что слышала, — мерный шелест дождя.

— Бетси? Ты не ушиблась?

Вздрогнув от неожиданности, она обернулась, прижав руку к горлу.

— Боже мой, Пруди! Я же сказала, чтобы ты оставалась наверху.

— Я услышала шум и испугалась, что с тобой что-нибудь случилось.

Торопливо переступая по мокрым доскам крыльца, Бетси непослушными губами опять улыбнулась хрупкой девушке, которая, подобно мадонне, застыла в распахнутой двери.

— Моя хорошая, спасибо за заботу, но ты должна сначала думать о своих близнецах. А что, если бы этот тип бросился не на меня, а на тебя?

— Так он напал на тебя? Ты не ранена? Что же произошло?

Вопросы Пруди сыпались один за другим. Бетси увела ее в дом, крепко заперев двери. Все было тихо. Преимущество старинных массивных стен, подумала Бетси, включив светильник у самой лестницы.

— Отбой! Все по кроватям. Никого нет…

Бетси замерла, прислушиваясь.

— Ты что-нибудь слышала?

Пруди кивнула. Ее глаза обратились к окну.

— Такой звук, как будто машина.

— Да. Мне кажется, она у ворот.

Каждую ночь старый Шон запирал ворота, прежде чем отправиться в домик близ реки.

Бетси так и тянуло вскочить в свою залитую дождем открытую машину и помчаться следом за таинственным негодяем. Но это означало бы оставить детей на попечение одной Бриджет.

— Ты думаешь, в дом проник не один человек, а больше? — прошептала Пруди.

— Надеюсь, нет. Потому что если их было бы больше, то остальные еще скрываются здесь.

У Бетси заболела голова, ее мутило от пережитого страха и боли.

— Кто бы там ни был, это касается только меня, — твердо заявила она, подталкивая Пруди к ступенькам лестницы. — Сейчас мне необходимо, чтобы ты и твои близнецы легли в постель.

— Но, Бетси…

— Хватит с меня бесполезных возражений, Пру. Я уверена, что завтра шерифу захочется выслушать нас обеих, и будет хуже, если ты не сможешь связать пару слов.

— Не спорю. Однако, Бетси… Ведь мы забыли про телефон. Ты же никому не можешь позвонить!

— Да, но Шон может. И как только он придет завтракать, пошлю его назад в домик сделать важные звонки. У него отдельная линия, и я не думаю, что тот подлец или идиот догадался обрезать и ее.