США — диктатор НАТО - Караганов Сергей Александрович - Страница 33

На рост ядерной угрозы со стороны США СССР вынужден был отреагировать усилением своего стратегического потенциала, оснащением советских МБР и БРПЛ разделяющимися головными частями, вновь нарушив планы Вашингтона по обретению превосходства в стратегической области. Ответное увеличение Советским Союзом своего стратегического потенциала укрепило ситуацию советско-американского стратегического паритета. Этот паритет был зафиксирован в Договоре ОСВ-2, подписанном в июне 1979 года в Вене, но так и не ратифицированном США.

Со второй половины 70-х годов Советский Союз начал модернизацию своих ракет средней дальности, являвшихся с конца 50-х годов важным компонентом баланса ядерных вооружений Варшавского Договора и НАТО в Европе. Развертывание Советским Союзом менее уязвимых ракет средней дальности СС-20 в Европе способствовало паритету в балансе ядерных средств средней дальности Варшавского Договора и НАТО. Оно нанесло удар по расчетам американских стратегов подвести военно-техническую базу под концепцию «первого обезоруживающего удара в Европе». Оно лишило НАТО надежд на ядерное превосходство. В своих мемуарах государственный секретарь в администрации Картера Сайрус Вэнс признавал, что модернизация советских ракет средней дальности именно потому и вызвала недовольство в Вашингтоне, что лишала НАТО перевеса, имевшегося, как предполагалось, у Запада в Европе. Вэнс писал, что Вашингтон беспокоило то, что «развертывание ракет СС-20 может привести к эрозии тех преимуществ в ядерных силах европейского театра военных действий, на которые НАТО полагалась с 50-х годов…».

Но Соединенные Штаты не оставляли надежды на получение односторонних преимуществ. Продолжалось наращивание стратегического потенциала США.

«Доктрина Шлесинджера» была, как признавал тот же Хайленд, принимавший активное участие в ее разработке, лишь «временной мерой. Ее конечный смысл (т. е. обретение США превосходства, способности ведения различного рода «ограниченных» ядерных войн в расчете на победу. — Авт.) должен был быть подтвержден дальнейшими шагами, которые включили бы перестройку обычных вооруженных сил, наращивание ядерного потенциала в Западной Европе, продолжение модернизации стратегических сил, включавшей развертывание бомбардировщика В-1, подводных лодок «Трайдент», ракет «MX», разработку крылатых ракет».

С середины 70-х годов Вашингтон усилил поддержку программ расширения и обновления ядерных сил Великобритании, Франции. Администрация Картера пообещала Лондону продать баллистические ракеты подводных лодок «Трайдент», что должно резко увеличить британский стратегический потенциал. В 1975 году, как стало известно уже значительно позже, Киссинджер, бывший тогда государственным секретарем, выпустил секретное распоряжение, в соответствии с которым США, несмотря на временами весьма прохладные отношения с Парижем, брали йа себя обязательство содействовать «модернизации» стратегических сил Франции, в рамках которой число боеголовок на французских баллистических ракетах подводных лодок должно многократно возрасти и достичь 600 к началу 90-х годов.

Размещение американских ракет первого удара на территории Западной Европы явилось одним из важнейших путей, по которому США в конце 70-х годов пытались обойти ограничения Договора ОСВ-2, получить односторонние преимущества в области баланса стратегических вооружений.

Таким образом, принимая решение о развертывании своих ракет средней дальности на территориях стран Западной Европы, Вашингтон стремился добиться сразу нескольких целей.

Во-первых, как указывалось, получить односторонние военные преимущества как в Европе, так и на уровне стратегического баланса. 572 новые ракеты, которые должны были явиться весомым довеском к ядерному потенциалу США, казались Пентагону особенно ценными, поскольку развертывание нового массированного тура гонки стратегических вооружений после подписания Договора ОСВ-2 представлялось ему затруднительным.

Во-вторых, речь шла о надеждах на значительное повышение потенциала первого обезоруживающего удара. Ракеты «Першинг-2» с их самой высокой точностью среди существующих баллистических ракет и с крайне коротким — 8–10 минут — временем подлета к цели являются оружием, предназначенным для обезоруживающего удара. Крылатые ракеты вопреки утверждениям о том, что они из-за своей относительно небольшой скорости якобы являются оружием ответного удара, также предназначены именно для нанесения первого удара. Об этом говорят их высокая точность, помноженная на мощность ядерного боеприпаса, способность скрытого подлета к целям. В докладе Комитета начальников штабов США о военном положении США в 1984 финансовом году фактически признается, что эти ракеты предназначены именно для нанесения обезоруживающего удара. В нем заявляется, что «чрезвычайно точные… крылатые ракеты способны к уничтожению наиболее укрепленных советских целей». К последним, по пентагоновской терминологии, в первую очередь относятся шахты МБР, командные пункты.

Особенно опасными, подрывающими стратегическую стабильность ракеты «Першинг-2» и крылатые ракеты становятся на фоне массированного наращивания контрсилового потенциала стратегических систем, развернутого администрацией Рейгана. Ракеты, размещаемые в Европе, призваны были стать неотъемлемой частью потенциала первого, обезоруживающего удара, его «острием».

В-третьих, Вашингтон делал ставку на то, чтобы путем размещения на территории ряда стран систем первого удара, обеспечить втягивание Западной Европы в любую ядерную авантюру, которую США могут начать против Советского Союза, даже вне Европы, увеличить зависимость союзников от политики США, особенно в кризисных ситуациях. Речь шла о том, чтобы сделать Западную Европу «ядерным заложником» этой политики. Как отмечалось в Заявлении советского руководства от 28 сентября 1983 года, «с вашингтонского мостика операция по установке в Европе этих американских ядерных ракет смотрится как предельно простая и максимально выгодная для США — выгодная за счет Европы. Европейские союзники США рассматриваются в качестве заложников». Когда, начав понимать это, канцлер ФРГ Шмидт и другие западноевропейские руководители попытались осенью 1979 года убедить американцев в том, что было бы лучше разместить предполагаемые ракеты на подводных лодках или надводных кораблях, а не на земле, администрация Картера не согласилась на такое решение. Западногерманским руководителям было заявлено, что эти ракеты не могут быть размещены на воде по техническим причинам. Это был обман. Через три года Вашингтон начал массовое развертывание крылатых ракет морского базирования. Как отмечал бывший директор лондонского Международного института стратегических исследований Кристоф Бертрам, если бы в основе решения НАТО действительно лежало стремление избежать угрозы «превентивного уничтожения» ядерных средств блока в Европе, то новые ракеты были бы размещены на море.

В-четвертых, как уже говорилось, делалась ставка на то, чтобы размещением новых крылатых ракет внедрить в европейскую политику дополнительный фактор напряженности, недоверия. «Частокол из ракет», который стремился воздвигнуть Вашингтон, призван был углубить военный раскол Европы, цементировать блоковую структуру, навязанную Вашингтоном, уменьшить свободу внешнеполитического маневра западноевропейских стран. Ракеты стали ключевым элементом в политике Вашингтона конца 70-х годов, направленной на подрыв европейской разрядки, на противодействие настроениям в пользу ее развития.

В-пятых, свою роль сыграло, по-видимому, и стремление правящих кругов США закрепить зависимость Западной Европы от ядерных «гарантий» США на будущее, в частности, предотвратить возможные невыгодные для Вашингтона последствия наращивания стратегических сил Франции и Великобритании, за которое он же сам ратует, стремясь увеличить угрозу СССР.

У Пентагона существовали и более простые причины желать размещения новых ракет в Европе: нужно было найти применение созданной военными монополиями США новой системе оружия. К середине 70-х годов и «Першинги-2» и крылатые ракеты вышли уже из конструкторских бюро фирм, работающих на военное ведомство. Контракт на разработку «новой ракеты для театра военных действий» был заключен Вашингтоном с компанией «Мартин — Мариэтта» еще в 1969 году. К 1975 году эта ракета уже получила название «Першинг-2» и была выделена в самостоятельную программу в бюджете армии США. (А теперь, кстати говоря, та же компания стремится продать Пентагону модернизированную дальше «Першинг-2» в качестве уже стратегической малогабаритной ракеты «Миджитмэн»!) Первые контракты на разработку крылатой ракеты были заключены с корпорацией «Дженерал Дайнэмикс» в 1972 году.