Требуются детективы - Незнанский Фридрих Евсеевич - Страница 60

Женщина молча взяла Нику за руку и повела в помещение.

— Спасибо! Огромное спасибо! Вы так помогли! — Он еще хотел сказать «Родина вас не забудет!», но вовремя опомнился.

«Так, если Турецкий уже в воздухе, значит, нужно связываться через пилота», — вспомнил Денис.

— Александр Борисович, — позвал Турецкого пилот.

— Что, Грязнов? — Турецкий быстро встал и направился в кабину пилотов.

— Да. Только связь не очень хорошая.

— Да. Слушаю, — как можно громче сказал он.

— Александр Борисович, — раздался голос Грязнова, слегка искаженный помехами на проводе, — ничего не получается!

— Чего не получается? Говори громче!

— Вернуться не получается. Тут Филипп Агеев постарался.

— Он что, тоже там?

— Да. Он и Ника. Стражники, охранявшие меня, выведены из строя…

— Ладно. Тебя плохо слышно. Эту эпопею ты мне потом расскажешь. Я уже скоро буду. Ждем ОМОН. Следи за замком. — Он отключил связь, покачал головой и добавил: — Не замок, а проходной двор какой-то!

— Все! Пошли к замку! — сказал Денис Агееву.

Уже практически рассвело, хоть в небе и были еще заметны тускло светившие звездочки. То тут, то там по низинам стелился молочно-белый туман.

— А как ты узнал, что я в замке? — спросил Денис.

— Таксист показал.

— А! Это ужаснейшее создание!

— Премилый человек. Мы с ним так душевно поговорили. Ты, кстати, почему бедному таксисту денег не заплатил? Он мне на тебя жаловался.

— Ну да, конечно! С его наценками я должен был еще и всю одежду с себя снять. Я ему семьдесят баксов отстегнул, между прочим!

— Ух ты! — присвистнул Филипп. — А знаешь, кстати, как его все величают? Мистер Невроз. Это мне твоя знакомая рассказала, блондинка, с которой ты летел.

— А! — Денис достал из кармана бумажку и молча кинул ее под ноги.

— Нет, ну замечательный же мужик этот таксист, — продолжал Филипп. — Про тайный ход рассказал, просто умница!

— А девчонку ты зачем с собой потащил?

— Я не потащил! Она сама прицепилась. Хочу, говорит, к маме, и все тут. Она, в сущности, хорошая девочка. С папашей не повезло, конечно. Но родителей не выбирают. Жалко ее, — вздохнул Филипп.

Денис с любопытством покосился на своего сердобольного приятеля. Впереди возвышался замок. Казалось, не они приближаются к нему, а замок к ним.

— А жуткий замок, правда? — сказал Филипп.

— Подожди. Что это такое? — прислушался Денис. — Слышишь?

Действительно, раздавался какой-то странный гул.

Вдруг из-за крепостной стены прямо над замком поднялся вертолет.

— Ах ты, черт! — крикнул Денис и опрометью бросился обратно в деревню.

Филипп побежал за ним. Вертолет, сделав один круг над замком, поднялся в небо.

— Надо предупредить Турецкого, — кричал Денис, подбегая к магазину.

— Хозяйка тебя сейчас, наверно, убьет! Третий раз к ней вламываешься, спать не даешь, — предположил Филипп.

— К черту! Завтра выспится!

Он забарабанил по двери.

— Это опять вы? — спросил усталый голос.

— Да. Пожалуйста! Срочно нужен телефон! Это в последний раз! Больше я вас не побеспокою, обещаю!..

— Александр Борисович! — раздался в трубке взволнованный голос Грязнова.

— Да! Что случилось?

— Только что с территории замка поднялся вертолет. Видимо, они обнаружили мое и Никино исчезновение.

— Так. Все ясно. Спокойно, Грязнов. Ты свое дело сделал, молодец!

— А как же…

— Я уже звонил твоему дяде. Все в порядке. Подключен весь калининградский ОМОН. Я пересаживаюсь в их вертолет.

Ночные тени уже совершенно рассеялись. Небо сияло утренним светом. Высота наполняла силой и энергией. Вертолет Истомина был обнаружен достаточно быстро.

— Он направляется в сторону Польши, — констатировал пилот.

— Надеюсь, вы хороший пилот, знаете свое дело? — поинтересовался Турецкий, предвкушая целые воздушные баталии.

— Один из лучших, — не без гордости ответил тот.

— Великолепно.

Три вертолета полетели в сторону Польши. Турецкий видел едущие внизу по трассе милицейские машины. Движение здесь уже было перекрыто.

— Вот они, — кивнул пилот, утопив рычаг и набирая еще большую скорость.

— Погони на вертолетах — занимательная вещь, — ответил Турецкий, хватаясь за поручень.

— Частный вертолет, борт 10-227! Приказываю вам немедленно развернуться и проследовать с нами к посадочной площадке, — предупреждающим голосом говорил пилот в рацию. — Повторяю! Частный вертолет, борт 10-227! Приказываю вам немедленно развернуться и проследовать к посадочной площадке.

Вертолет явно не желал выполнять этот приказ. Он вдруг резко ушел влево и вниз. Вертолет Турецкого совершил тот же маневр.

— Они бы хоть предупреждали! — съязвил Турецкий, крепко сжимая поручни своего кресла.

— Вертолет 10-227! Если вы не последуете приказу, нам придется применить…

Турецкий с интересом посмотрел на молодого пилота.

— …операцию «Перехват».

— «Вынуждены будем открыть огонь» — говорят обычно в таких случаях. Что, тоже еще ни разу не приходилось на вертолетах за бандитами гоняться?

— Приходилось гнаться за машинами. За вертолетами еще нет, — ответил пилот. — Седьмой, берите в тиски.

— Вас понял, — раздалось в рации.

Начинался настоящий спектакль в воздухе! Два служебных вертолета прижали с двух сторон вертолет Истомина. Вдруг последний резко опустился вниз, тогда один из милицейских вертолетов завис над ним, все ниже и ниже придавливая к земле.

— А там опытный пилот, — сказал Турецкий.

— Ничего особенного. Он совершил недопустимую ошибку, уйдя вниз. Теперь так и будет лететь. Наши взяли его в оборот, — пренебрежительно ответил сидящий за штурвалом парнишка. — Борт 10-227! Прекратите сопротивление! Приказываю вам снизить скорость! В случае неповиновения мы вынуждены будем открыть огонь! — Пилот, улыбнувшись, взглянул на Турецкого.

— Можно? — Турецкий взял рацию: — Господин Истомин, не дурите. В вашем положении бессмысленно что-либо предпринимать! Советую вам посадить вертолет. Пилоты не шутят! По инструкции им действительно в случае вашего неповиновения придется открывать огонь. Неужели вы хотите пролить кровь?

Вертолет Истомина начал снижаться.

— Он идет на посадку, — сообщил пилот. — Всем милицейским машинам: вертолет борт 10-227 идет на посадку. Будьте готовы к захвату преступников.

Как только вертолет опустился на трассу, ребята из ОМОНа были уже тут как тут. Дальше все происходило очень быстро: «Лицом на пол! Руки за голову!» Обыск, наручники, в машину. Истомин издавал какое-то злое утробное рычание. Осадчий молчал.

— Ну вот и все! — Турецкий облегченно откинулся в кресле.

Вертолет летел высоко в небе, под ним проплывали темные верхушки сосен; по трассе, как маленькие жучки, двигались милицейские машинки.

27

— Как ты не понимаешь, Денис, твоя прослушка не может быть доказательством! Японимаю, что тебе очень хочется реабилитироваться после убийства Кочкина, но пока не будет убедительных доказательств, я не смогу предъявить ему обвинение.

Александр Борисович Турецкий уже битый час беседовал в своем кабинете с Денисом. Но ни к чему определенному они прийти так и не смогли…

— И что же теперь, выпускать Осадчего? Да?

— Конечно, — пожал плечами Турецкий.

— После погони на вертолетах? После того, что мы о нем знаем?

— Не знаем, Денис… Знание предполагает доказательства. А доказательств у нас как раз и нет. Понимаешь? Мы задержали Осадчего за компанию с Истоминым по подозрению в соучастии в похищении девочки. Но Осадчий в этом не виноват. И поэтому через двенадцать часов мне придется его выпустить. Если, конечно, не появятся какие-то новые данные.

— Тогда давайте подумаем еще.

— Разумеется, мы будем думать, — сказал Турецкий, — тем более, что это очень полезно.