Миг бесконечности. Том 2 - Батракова Наталья Николаевна - Страница 95

— Я знаю, — коротко ответил «полуолигарх».

Спустившись, Потюня нажал кнопку лифта и оглянулся:

— Так, может, все-таки что-то передать?

Мужчина молча загасил в жестяной баночке сигарету, закрыл форточку и пошел вниз по ступенькам.

Пропуская его, Веня чуть посторонился и, чувствуя некую обиду за Катю, с явным вызовом произнес:

— На вашем месте я бы поторопился. Она в Германию уезжает. К бывшему однокурснику. Можете опоздать.

— …Желаю счастья, — без всяких эмоций бросил тот после небольшой паузы.

Захлопнулась дверь, щелкнул замок.

— Ну и козел! — буркнул под нос Веня, шагнув в лифт. — Ладышев… Елы-палы!!! — вдруг осенило его. — Так ведь это и есть сын того самого профессора! Бедная Катька!.. И я дурак!.. — в сердцах хлопнул он себя по лбу.

— Катя… Катя, я даже не знаю… — Оля перевела изумленный взгляд с монитора на лежавшую на кушетке пациентку.

— Что там? — напряглась та. — Говори как есть, не томи.

— Подожди, еще раз проверю… Катя, кажется, ты беременна, — наконец смогла выговорить она.

— То есть? — Катя посмотрела на нее недоуменно.

— Мы беременны! — гораздо более уверенно повторила доктор, снова глянув на экран. — Мы определенно беременны! Смотри, — повернула она монитор. — Пятая неделя, скоро сердечко начнет биться.

Лишь сейчас до Кати стало что-то доходить. Недоверчиво захлопав ресницами, она попыталась всмотреться в черно-белые перемещающиеся тени.

— Где?

— Да вот же! — Ольга коснулась пальцем шевелящегося темного пятна. — Вот, смотри.

— Вижу… И что это?

— Как что? Эмбрион.

— А ты не ошибаешься? — Катя подозрительно свела брови.

— Иногда очень хочется ошибиться, но не в этот раз! Да и аппарат не соврет! — рассмеялась женщина в голубом халате. — Ты только представь: у нас сегодня просто наплыв беременных, здесь по записи — четыре! Думала, что на тебе отвлекусь. И вот — на тебе! Еще одна беременная! Мы беременны!

— Это как?

— А вот так! Скажу по секрету, что у меня срок на три недели больше! — заговорщицки подмигнула она. — Но об этом почти никто не знает! Представляю, как твой муж обрадуется! Это ведь настоящее чудо: столько лет лечились от бесплодия, пережили ЭКО, готовились ко второй попытке, пропустили сроки, и — здравствуйте! Беременность! Разве это не чудо?

— Оль, я говорила тебе в прошлый раз… — Катя замялась. — В общем, я уже три месяца не живу с Виталиком.

— То есть? — пришел черед удивиться доктору. — Вы не помирились?

— Нет. И если это беременность, то… от другого мужчины.

— Вот как… — приподняла бровь Ольга. — Ну, тогда я оказалась права. У вас с ним классическая несовместимость.

— Но ведь мы же делали тест?

— Ни один тест не дает стопроцентной гарантии. Несовместимость — малообъяснимая и непонятная штука. В таких случаях достаточно одного сексуального контакта с другим партнером… — продолжая что-то замерять и записывать, объясняла она. — Только как же теперь? — повернула она голову к кушетке. — Вроде как нежелательная беременность получается.

— Желательная, — после недолгой паузы твердо произнесла Катя. — Это награда. А еще раз можно посмотреть?

— Насмотришься еще, — понимая ее состояние, улыбнулась Ольга. — Я тебе сейчас фотографию распечатаю. Одевайся.

Через несколько минут Проскурина держала в руках тонкий листок все с тем же непонятным пятном, которое и было самым настоящим чудом.

— А ему расскажешь? — осторожно поинтересовалась доктор.

— Кому?

— Отцу ребенка. Можно и фотографию показать. Он не женат?

Словно не услышав вопроса, Катя с улыбкой продолжила рассматривать снимок.

— Что ты спросила?.. — прижала она его к груди. — А… Нет, не женат. Но я не стану ничего ему рассказывать. Мы расстались… Он уехал.

— Это плохо… Послушайся моего совета: если у вас, кроме секса, были романтические отношения, то обязательно покажи.

— Зачем?

— Ну, иногда на мужиков это очень даже действует.

— Зачем? — еще больше удивилась Катя. — Это мой ребенок. И потом, это уже ничего не изменит. А если он узнает, даже наоборот, усугубит, — скользнула тень по ее лицу. — А ты не пошутила? — снова закралось сомнение.

— Катя, я доктор. Разве такими вещами шутят? Я так понимаю…

— Ты правильно понимаешь. Я буду рожать, — предугадала следующий вопрос Проскурина.

— Ну что ж… Я рада, — улыбнулась Ольга. — В таком случае завтра… хотя знаешь… нет, прямо сегодня ляжешь на сохранение ко мне в больницу. Ранний токсикоз, матка в тонусе. Очень опасное время. К тому же поздняя долгожданная беременность. Лучше не рисковать. Тебя с работы отпустят?

— Отпустят, — кивнула Катя и добавила: — Я теперь безработная. Вчера уволилась.

— А как же?.. — снова появилась неуверенность в голосе Ольги.

— Это неважно. Без работы не останусь, — успокоила она. — Не это сейчас главное.

— Ой, Катя!.. А справишься одна?

— Еще как справлюсь! — убежденно заявила та. — Отец сердце подлечит, восстановится — возьму в няньки. Он давно мечтал о внуках. А я пойду работать.

— Ну, если так… Тогда я прямо сейчас направление выпишу и позвоню коллеге в отделение. Предупрежу. А завтра утром увидимся! — перешла она в соседний кабинет. — С одной стороны, я за тебя рада, с другой — жаль, что тебя не будет на моей свадьбе.

— А когда свадьба? — застегивая джинсы, уточнила Катя.

— Через неделю.

— Надо же… Я тоже была приглашена на свадьбу на следующей неделе, — вспомнила она.

— А к кому, если не секрет?

— Да так, хорошие люди. Правда, я с ними так и не успела познакомиться. Это друзья… Короче, теперь уже неважно, чьи. Все остальное в сравнении с этим, — с улыбкой кивнула она на фотографию, — не имеет никакого значения.

— Это верно. К тому же, как сказал Саша, холостяков среди его друзей больше нет, — поведала Ольга. — Один объявил, что женится, и второй вот-вот объявит.

— Да не нужен мне теперь никто, кроме моего ребеночка, — приложив ладони к животу, прислушалась к собственным ощущениям Катя. — Оля, ты не представляешь, какая я счастливая!

— Еще как представляю! — точно так же приложила ладонь к животу Ольга. — Не поверишь: вторая беременность, а ощущения — будто в первый раз. Как на крыльях летаю! А ты его любила? Ну, этого… Отца ребенка.

— Очень, — на секунду задумавшись, ответила Катя. — И сейчас люблю. Даже больше. За него, — опустила она взгляд на живот.

— Тогда вдвойне за тебя рада. Ребенок от любимого мужчины — это…

— Это продолжение мига бесконечности любви, — подсказала Катя.

— Точно! — с ходу согласилась Ольга. — Ну что? Ты на машине? — уточнила она. — Тогда тихонько, не торопясь, домой. Собираешь вещи в больницу, вызываешь такси и… В добрый путь! — протянула она направление. — Тебя там уже будут ждать.

— В добрый, — кивнула Катя. — Спасибо тебе.

— Не меня надо благодарить, — замотала та головой и показала взглядом наверх: — А того, кто услышал твои молитвы, простил тебе твои грехи, если они были.

— Были… Но больше их нет, — подумав о чем-то своем, ответила Катя и направилась к выходу: — А ведь у меня сегодня день рождения! — обернулась она.

— Правда? Поздравляю! Жаль, подарка нет…

— Так ты меня уже поздравила самым дорогим подарком на свете!

— Ну тогда береги его!

Покинув медицинский центр, Катя остановилась на крыльце, еще раз раскрыла направление.

«Беременность 5 недель. Угроза выкидыша», — прочитала она диагноз, спрятала листок в сумку и опасливо глянула на ступеньки, поблескивающие в лучах опустившегося к горизонту зимнего солнца.

«Самый красивый диагноз в мире: беременность, — осторожно спускаясь вниз, с нежностью подумала она. — Я уже люблю тебя, малыш, — подойдя к машине, она снова провела ладонью вдоль живота и закрыла глаза: — Я все отдам ради тебя, на все готова. Отныне и навсегда мы с тобой вместе, — словно дала она клятву и вдруг… — Так вот почему во сне я слышала колокольный звон! Как благословение», — подумала она, улыбнулась и прошептала: — Спасибо!