Выжить вопреки (СИ) - Садов Михаил Валерьевич - Страница 26

   - Все, пошли! - отдал я приказ, когда решил, что пора действовать.

   Я послал вниз энергетический пучок, который произвел взрыв. Упырей разбросало в стороны, и мы прыгнули. Сразу после приземления мы вступили в бой, разворачиваясь спинами к минотаврам.

   Мой глинштейн опустился на первого упыря и разрубил его на две половинки. А потом я просто стоял и рубил всех, кто ко мне приближался. Рядом ракшасы творили настоящие чудеса своими саблями. Твари падали от их ударов одни за другими. Но я понимал, что их надолго не хватит и надеялся, что Ющен сможет быстро перестроить свое подразделение.

   И он меня не подвел. Вскоре появились наги, и началась резня. Мой отряд отступил назад, освобождая место. Потом нам приходилось еще несколько раз вступать в бой, но спустя какое-то время подразделение оттеснило упырей к проходам, Ющен организовал там заслоны. Поддержка моего отряда больше была не нужна и, оставив лучников, я ушел.

   Вскоре мне сообщили, что передовые отряды вышли к проходам на следующий уровень. Но полностью уверенным, что этаж зачищен, можно было только через несколько часов. Погибло не так много народу, как я опасался, но все сильно устали и моему войску требовался отдых. И, тем не менее, теперь можно было вздохнуть с облегчением. Самый сложный отрезок пути наверх был пройден.

Глава 8

 Конец шпионским играм.

   Я сидел прямо на полу в одном из многочисленных коридоров. Рядом располагались командиры подразделений и Думблер, который теперь руководил моим личным отрядом. Сам же этот отряд располагался чуть дальше по коридору.

   Все остальное мое войско точно так же, кроме передовых патрулей, расположилось на протяжении всего этажа и отдыхало. И только бывшие эльфы были заняты помощью раненым. Нам крупно повезло, что некоторые из них были обучены магии. Санетиес рассказал мне, что из-за Великой Смерти многие их умения были утеряны, а новые поколения вообще не смогут обладать магическим даром и никогда больше не научатся. Единственное, что у них осталось неизменным - это возможность залечивать себе раны и понимать язык животных. Вот только, на то, чтобы залечивать раны другим, у них уходило слишком много сил.

   Где-то дальше по коридору можно было услышать песню:

   - Что это за песня? - спросил я Санетиеса.

   - Она называется "Песнь отчаяния". Тот, кто ее придумал, не блистал умением красиво сочинять песни, но она как-то сама прижилась, - ответил бывший эльф.

   Я понимающе кивнул и продолжил слушать.

   - И давно он ее придумал?

   - Лет восемь назад.

   - Ясно, - и тут до меня дошло, что он сказал. - Стоп. Так ты, что же, здесь восемь лет?

   - Нет. На самом деле десять. Здесь многие в заточении провели уже не один и даже не два года. Последние года четыре игр не было, и мы ни разу не поднимались на поверхность. Поэтому тут и накопилось столько народа. И если бы не ты, то мы погибли бы на песках Арены. В этот раз нас убили бы всех. Раньше-то хоть давался шанс выжить и продолжить заточение в этих темных камерах.

   - Это же свихнуться можно, - обалдело проговорил я.

   - А так и есть, - он пожал плечами. - Многие из нас уже не те, что были раньше. Особенно наги.

   - А почему особенно они? - я покосился на дремлющего недалеко Кашьера.

   - Ты их видел в бою?

   Я кивнул:

   - Угу, настоящие машины смерти.

   - Не знаю, что такое машины, но даровать смерть своим врагам они научились отменно. А ведь это когда-то был довольно миролюбивый народ. Вот что из них сделала Арена со своими подземельями. Или взять хотя бы к примеру моих эльдарионов. Мы начали презирать смерть и перестали бояться тьмы. Возможно, именно это место и раскрыло полностью нашу темную сущность.

   - Какую темную сущность? - не понял я.

   Он какое-то время помолчал, а потом заговорил тихим голосом, чтобы его мог услышать только я:

   - Это все связано с тем, почему мы перестали считать себя эльфами. Эльдарион с эльфийского переводится как "эльф, познавший тьму". На самом деле Великая Смерть нас сильнее изменила, чем мы хотим показать. Она поселила в нас ненависть, злобу и частицу тьмы. Мы стараемся побороть все это, но не всегда получается. А здесь, - он тяжело вздохнул, - здесь это стало очень трудно контролировать. Особенно тем, кто родился уже после Великой Смерти. Но не волнуйся, понятие чести у нас всегда останется с нами. Так что мы пойдем за тобой до конца. Да и некуда нам возвращаться. Даже для своих сородичей в Пограничье мы теперь чужие.

   Он задумался на какое-то время, а потом проговорил скорее для себя, чем для меня:

   - Пожалуй, теперь мы поистине можем называть себя эльдарионами.

   - А как же минотавры и ракшасы?

   - Ну, на минотавров такое заточение, пожалуй, никак не повлияло. Они какими были, такими и остались. А вот ракшасам пришлось нелегко. Они существа свободолюбивые и не любят когда их лишают этой свободы.

   - Понятно, - я еще какое-то время посидел, раздумывая над полученной мной информацией, а потом встал. - Ладно, пожалуй, хватит отдыхать, пора пробиваться дальше наверх. Действуем согласно плану.

   Через полчаса передовые отряды начали подъем на следующий уровень.

   И снова начали поступать сведения о столкновениях с тварями, но на этот раз нам было намного легче. Да и потерь почти не было. Минотавры отлично справлялись со своей задачей, а там, где им приходилось трудно, тут же появлялись отряды наг для усиления и обстановка выравнивалась. Еще через этаж продвижение стало намного быстрее за счет того, что отряды начали привыкать работать в команде. Но все равно я понимал, что требуется много времени и тренировок, чтобы они научились слаженным действиям. Да еще проблемы были в том, что из-за нехватки времени и возможностей назначенные нами командиры порой не оправдывали наше доверие. Но это пока не так страшно. Надо было как можно быстрее пробиться наверх и убраться из города.

   - Сэр, командир сообщил, что этаж зачищен, - сказал мне минотавр, присланный Кракеном.

   - Отлично. Докладывай, что у вас?

   - Потерь почти нет, сопротивление тварей становится все слабее.

   - Хорошо. Сообщи Кракену, чтобы ускорил продвижение. Нам надо выйти на поверхность как можно быстрее.

   Я проводил убегающего по туннелю бойца взглядом, а сам подумал, что надо что-то делать с коммуникацией. Способ передачи приказов с помощью посыльных слишком долгий и ненадежный. Хотя наверху будет намного проще.

   - Кесер, - подозвал я командира отряда ракшасов. - Возвращайтесь к Шатси. Пусть она готовит своих кошек к выходу на поверхность.

   - Есть!

   Они убежали назад по коридору.

   - А не рано ли? - поинтересовался Думблер.

   - Как раз. Осталось всего четыре этажа, и мы будем наверху. Боюсь, как бы нам потом с ходу не пришлось вступать в бой. Надеюсь, она сможет оседлать этих кошечек. Да, кстати, Санетиес, что у вас там со стрелами? - обратился я к эльдариону.