Самозванец - Аксенов Даниил Павлович - Страница 88

– Может быть, возьмете охрану? – насторожился Иашт. – Мало ли что?

– Я рассчитываю встретить Ферена и сделать это вместе с ним, – пояснил принц. – Пойдем, Аррал.

Старик с сожалением поднялся с дивана, на котором раньше сидел Миэльс. Было видно, что ему очень нравились и диван, и окружающая его роскошь. Пока Михаил и Иашт разговаривали, Аррал озирался по сторонам, пытаясь понять, где же Миэльс хранил свою одежду. У старика была слабость к красивым халатам.

Пройдя несколько комнат, бывшие ученик и учитель обнаружили, что Ферен не терял времени даром. Они постоянно натыкались на выставленные им посты. Ронел ставил солдат плотнее, чем при Миэльсе. Но его можно было понять – военачальник хотел задействовать как можно больше воинов. Потому что с точки зрения любого командира, нет ничего хуже, чем праздношатающееся войско.

Принц встретил Ферена на третьем этаже. Тот, в сопровождении целой толпы ишибов и солдат, стоял перед запертой дверью. Ронел не хотел повредить эту роскошную дверь, сделанную из ценного дерева, поэтому пока пытался взломать замок с помощью двух ишибов. Но замок поддаваться не желал.

– Каковы потери? – задал Михаил свой обычный вопрос.

– Триста двадцать человек убитых по всем трем отрядам, – доложил Ферен. – Это самые большие потери за всю кампанию.

– Хочется верить, что оно того стоило, – пробормотал командующий, а потом добавил более громко: – Ты знаешь, что Миэльс сбежал?

– Знаю, – ответил Ронел, – очень плохая новость.

Раздался скрип открываемого замка. Ишибы наконец-то справились с задачей. Они вошли первыми, проверяя, нет ли какой-нибудь опасности. Было видно, что и по отношению к осмотру здания Ферен выработал схему, которой скрупулезно следовал.

Когда был подан знак, что опасности нет, следом за ишибами потянулись командиры. Эта комната была очень просторной. Ее освещало множество свечей. Впрочем, время, когда эти свечи были зажжены, было трудно определить. Ишибы могли изменять тивоска и фитиля так, что первый плавился чрезвычайно медленно, а второй весьма неторопливо сгорал, поэтому свечи могли светить сутками. Но не свечи определяли обстановку комнаты. По всем стенам висели картины, иногда в два-три ряда. Часть из них была оправлена в роскошные рамы, а часть – в простые и недорогие. Михаил удивился такому изобилию и присмотрелся. Все картины представляли собой портреты.

– Ничего интересного, – сказал Ферен, бросив быстрый взгляд. – Комната не имеет других выходов. Пошли дальше!

– Подожди-ка, – произнес принц. – А чьи это портреты? Зачем они здесь?

Вперед вышел проводник с белой повязкой на рукаве. Он всем своим видом показывал, что готов ответить на вопрос, если его спросят. За годы придворной службы он хорошо овладел навыками общения с королем и точно знал, когда нельзя заговаривать первым.

Михаил заметил его маневры:

– Отвечай. Что за картины?

– Твое высочество, – последовал ответ, – король… гм… твой предшественник, хранил в этой комнате портреты всех действующих монархов и высших сановников сопредельных государств. У него было такое увлечение.

– Странное увлечение. Он что, делал это потому, что опасался не узнать какого-то короля или регента, случайно встреченного на улице?

Ферен и Аррал усмехнулись.

– Но мне эта галерея может оказаться полезной, – добавил принц. – Я ведь никого из них ни разу не видел. Хотя бы буду знать, как они выглядят. Кстати, кто это? Вот этот мужчина с курчавой бородой? Так забавно выглядит.

– Король Кманта, – сказал проводник.

– А, наш бывший враг. Ну-ну. Интересно, из-за чего с ним поссорился Миэльс? Не из-за женщины ведь! Ну ладно.

Принца заинтересовала портретная галерея. Он прохаживался вдоль стен, разглядывая незнакомые лица. Его удивляли разнообразные прически, украшения, одежда. Но больше всего принца занимала мысль: неужели он скоро будет общаться с этими королями и императорами на равных?

Внезапно Михаил остановился. Не просто остановился, а застыл, словно громом пораженный. Его сердце замерло, а потом начало биться с удвоенной частотой. На него с портрета в простой рамке смотрела незнакомка, встреченная им в лесу. Сейчас она казалась еще прекраснее. Тонкие черты лица, кожа, белизна которой подчеркивалась черными волосами, губы цвета спелой рябины, чуть насмешливый взгляд… Это была она – предмет его тайных мечтаний.

Он в полном молчании разглядывал портрет добрую пару минут. Затем, с трудом оторвавшись от лица женщины, обернулся к проводнику и спросил:

– А это кто?

– Принцесса Анелия Теренэль. Сестра короля эльфов.

Несколько секунд Михаил осмысливал полученную информацию. Затем решил уточнить:

– Так здесь находятся не только портреты монархов, но и членов их семей?

– Только монархи, твое высочество, – начал объяснять проводник. – Дело в том, что принцесса с небольшой группой верных ей эльфов удалилась из владений своего короля после тяжелого поражения в последней войне. Они перешли из лесов, граничащих с Томолом, в холодные леса на севере.

– Значит, она – мятежная принцесса?

– Не совсем так, твое высочество, скорее, непримиримая. Король эльфов заключил с государствами Томол и Фегрид довольно позорный мир, но выхода у него не было. Или такой мир, или полное уничтожение. Эльфы потеряли почти все свои территории и леса. Часть подданных эльфийского короля не согласилась с этим и ушла. Никто им не препятствовал.

Вскоре Михаил получил краткий, но емкий отчет об эльфах. Это была странная раса. Почти все ее представители были ишибами. Но их таланты не отличались разнообразием. Как правило, эльфы могли эффективно управлять лишь тирастений. Эта специализация резко сужала их боевую мощь вне территорий с обильной растительностью. Также у эльфов не было великих ишибов. Или почти не было. За всю историю их существования великие ишибы рождались лишь дважды или трижды. И то ходили слухи, что они – полукровки.

Была у эльфов еще одна особенность. Они могли жить долго, как ишибы, но почему-то испытывали сложности с воспроизводством населения. Дети у них появлялись вообще редко. Кроме того, то ли вследствие катастрофического поражения в войне против людей, то ли по каким-то другим причинам у эльфов давно уже не рождался ни один младенец.

Об этой войне нужно сказать особо. Первоначально королевство эльфов занимало очень большое пространство, которое захватывало в основном часть территорий современных государств Томол и Фегрид и было покрыто густыми лесами. Предполагалось, что эльфы выращивают деревья специально. Эльфы жили там долгое время, пока более молодой и энергичной расе, людям, не стало не хватать места. Кусок за куском Томол и Фегрид начали отщипывать землю от владений эльфов. Деревья вырубались, возводились крепости, поля засевались сельскохозяйственными культурами. Именно с началом экспансии людей у эльфов начались непонятные проблемы с рождаемостью. Они были высокомерным народом и поначалу не хотели идти ни на какие переговоры. В конце концов разразилась полномасштабная война. Эльфы как ишибы представляли собой грозную силу. Но Томол и Фегрид, объединившись, нашли выход. Они сделали основную ставку на великих ишибов. Нейтральных ишибов этих стран убеждали принять участие в войне во имя блага человечества, многих приглашали и из других государств. В конечном итоге армия из нескольких десятков великих ишибов, прикрываемая сотнями обычных ишибов и тысячами солдат, нанесла эльфам грандиозное поражение. Те потеряли почти всю свою территорию и сейчас ютились в скудных лесах – остатках былого величия.

Принцесса Анелия с самого начала была против каких-либо переговоров. Она хотела либо победить, либо умереть. Поэтому, оставив свою страну, с горсткой верных ей эльфов принцесса отправилась на север. Туда, где людей было мало, а эльфы вообще никогда не жили из-за холодного климата.

Всю эту лекцию Михаил выслушал от Ферена и проводника. Потом, спохватившись, что работа приостановлена, а во дворце осталось еще много неизученных уголков, приказал двигаться дальше. И велел поставить охрану у комнаты с портретом.