Самозванец - Аксенов Даниил Павлович - Страница 70

Маэт хмыкнул.

– Подожди тогда, я переоденусь! – крикнула ему Инкит и умчалась прочь.

– Давно ты знаешь… гм… Ксанта? – спросил Ферен у сапожника.

– Несколько месяцев, – ответил Ломтер. – Он останавливался у меня, пока я делал ему сапоги.

– А что, ты – хороший мастер?

– Как сказать, – смутился старик. – В основном покупатели хвалят меня. Я ведь всю жизнь только и делаю обувь. Хочешь, расскажу тебе о твоей обуви?

– Ну-ка, – заинтересованно протянул Маэт.

– Твоим сапогам около двух лет. Хотя они не выглядят такими старыми. За ними был хороший уход, но месяца три назад все изменилось. Уход стал хуже. Возможно, у тебя поменялся слуга. А в последнее время ты в них много бегаешь. Прости меня за это, я знаю, что дворянам бегать не подобает, но вижу, что ты именно бегаешь.

Маэт расхохотался.

Сапожник попал в точку. Благодаря использованию амулетов Террота в армии принца царил обувной кризис. Солдаты жаловались на то, что их обувь разваливается или стираются подошвы при быстром беге. Ксарр выбивался из сил, чтобы обеспечить войска всем необходимым. Он дал указание многим бывшим рабам освоить профессию сапожника. Обоз в массовом порядке чинил старую обувь или изготавливал новую, но иногда ее все равно не хватало.

– Ну ты, дед, даешь, – сказал Маэт. – Тебя нужно представить Комену. Это – наш временный полицейский, как его называет Ксант. Может быть, он заинтересуется твоими талантами.

– А что делает полицейский? – спросил старик.

– Ищет заговорщиков, убийц, грабителей, порядок наводит, много чего делает.

– Как же я могу пригодиться этому Комену? – удивился Ломтер.

– Так ты будешь всех находить по сапогам и следам от них, – еще громче рассмеялся Маэт. – Как ишиб по следам ти.

Сам того не подозревая, Ферен-младший попытался внедрить основы классической криминалистики в мире Горр.

– Прости, я задержала тебя, – влетела в комнату Инкит.

– За что прощать? – искренне удивился Маэт. – Впервые вижу, чтобы женщина так быстро переодевалась.

Благодаря переданным ей деньгам девушка не испытывала недостатка в хорошей одежде. Но теперь она выбрала самое лучшее платье, которое только у нее было. Красно-белая ткань плотно облегала ее талию и грудь, подчеркивая прелести фигуры. Маэт не замедлил одобрительно осмотреть спутницу с ног до головы.

«Принца можно понять, – подумал он. – Я бы тоже сделал ее дворянкой на его месте, чтобы она вполне официально могла находиться в моей свите».

Однако же планы Михаила так далеко не простирались. Молодому человеку очень хотелось доставить удовольствие девушке, которая ему нравилась. В любом случае, принц не собирался делать так, чтобы Инкит находилась неотлучно при нем. Может быть, дворянство поможет ей устроить личную жизнь? Вообще же если его и интересовали серьезно девушки, то их количество было невелико на протяжении всей его жизни. И, к его глубочайшему удивлению, первое место в списке интересов занимала таинственная незнакомка, которую он встретил в лесу и которая так стремилась его убить. Молодой человек отдал бы многое за то, чтобы узнать, кто она такая. А еще лучше – чтобы иметь возможность встретиться с ней. Уже при иных обстоятельствах.

– Проходи, – сказал Маэт, открывая дверь дома Бинторов и проводя Инкит мимо охраны.

Девушка осторожно вошла в дом.

– Где же Ксант? – спросила она, оглядываясь по сторонам.

– Там, наверху, – ответил Маэт. – Пойдем.

Он провел Инкит мимо Ксарра, активно проводящего ревизию обстановки, мимо Аррала, который что-то втолковывал двум одетым в халаты мужчинам, а также мимо Торка, который все еще не мог решить, куда же поставить шкаф в приемной. На гражданской службе наемник терял свою решительность.

Ферен-младший постучал в дверь.

– Твое высочество, это Маэт! – крикнул он. – Я с девушкой!

– Проходи, – донеслось из-за двери.

Маэт повернул ручку, и Инкит увидела человека, сидевшего за столом. Это был Ксант. Больше никого в комнате не было.

– Здравствуй, Ксант, – сказала она. – А где же принц? Мне сказали, что он меня вызывает.

– Здравствуй, – улыбнулся тот.

– Это была шутка, да? – спросила Инкит.

Маэт рассмеялся. Положительно вся эта история с девушкой веселила его от души.

– Нет, не шутка, – отверг обвинение Михаил. – Я – он и есть.

– Кто?

– Принц.

– Ой!..

– Маэт, держи ее!

– Да держу, держу. Что это с ней?

– Торк, принеси воды!

– Что тут у вас происходит?

– Воды, говорю!

– Да, вот кувшин.

– Инкит, с тобой все в порядке?

Девушка открыла глаза и увидела лицо Михаила, склоненное над ней.

– Ты правда принц? – тихо спросила она.

– Да, правда.

– А почему тогда мне не сказал сразу?

– Хм… в нашу первую встречу это было тайной. А теперь вот сказал.

О других встречах он предпочел умолчать. Ему и так понадобилось много времени, чтобы успокоить Инкит. Девушка не просто была растеряна, она не знала, как себя держать с человеком, с которым была близка и который оказался принцем, практически королем.

Впрочем, оставшись с ней наедине и употребив все свое обаяние, он сумел кое-как привести ее чувства в порядок.

Инкит вышла из его кабинета через час. У нее было одновременно заплаканное, недоуменное и счастливое лицо. В ее руках находился указ о присвоении ей дворянского звания.

С точки зрения Михаила, подготовка к решительному броску на Парм протекала в некотором хаосе. Слишком много было солдат и слишком мало тех, кто занимал бы свои посты не временно, а постоянно.

Первая неделя принесла лично ему только головную боль. Встречи, встречи и еще раз встречи. Все дворянство Сцепры мечтало хоть раз оказаться вблизи принца Нермана. Конечно же не все верили в то, что он – настоящий принц. Но это не мешало им стремиться к его обществу. И побеседовать с ним. К сожалению, беседой дело и ограничивалось. Только примерно четверть боеспособного дворянства предложила свои услуги принцу. Остальные занимали выжидательную позицию.

Он понимал, что стоит ему одержать первую крупную победу, и обстановка изменится. Но не только до победы, до ближайшего сражения было очень далеко.

Из столицы приходили противоречивые новости. Некоторые утверждали, что Миэльс в панике, другие говорили, что он лихорадочно пытается заключить перемирие с Томолом и Кмантом. Было точно известно лишь одно: правящие семьи стягивали к столице преданных им ишибов и многочисленные отряды воинов, жертвуя обороной других городов. Если война с внешним противником не несла четырем родам непосредственной угрозы, то появление претендента на престол было для них чрезвычайно опасно. Король Миэльс наконец-то получил долгожданное войско.

Принц приобрел неплохое пополнение из солдат гарнизона Сцепры. Более семисот солдат и офицеров пожелали служить ему. Отказавшихся практически не было. Это объяснялось прежде всего неплохой работой Комена с пленными. Благодаря ему все офицеры оказались, во-первых, в курсе текущей политики Миэльса, а во-вторых, Комен заверял всех, что они служили ненастоящему королю. Впрочем, такое количество присоединившихся доставило лишь дополнительные хлопоты Ксарру, который занимался поставкой легких доспехов, обуви и выплатами денежного довольствия.

Из ишибов, желающих воевать, в живых осталось очень мало. Абсолютно все ишибы, выступившие против Михаила, погибли от молний. Аррал и Иашт с трудом набрали около десятка человек среди тех, кто сохранял нейтралитет, из которых была сформирована личная охрана принца.

Когда после взятия Сцепры прошла неделя, Михаил принял участие в маневрах, устроенных Ронелом. Старик не терял времени даром. Он быстро назначил толковых десятников. И вместе с ними начал днем и ночью тренировать армию. Фактически у солдат оставалось время только на сон. Но интенсивность занятий приносила плоды: слаженность действий и индивидуальная выучка возрастали.