Secretum - Мональди Рита - Страница 198

Также и слова благодарности, которые Мария адресовала Фуке в саду «Корабля», подлинны. Письмо, упомянутое Атто Мелани, содержит именно эти слова и хранится в Париже (Национальная библиотека, Ms. Baluze 150, с. 237; ср. также: С. Дулон, цитируемое произведение, с. 101).

Описание внешности Марии Манчини при ее первом появлении на «Корабле» также аутентично (см. описание анонимного современника в последнем письме томика «Мемуары мадам S. P. M. M. Колонны, мадам коннетабль государства Неаполя». Кельн, 1678). Да и все рассказы и анекдоты о возлюбленных «короля-солнце» соответствуют фактам (см. множество мемуаров того времени и чрезвычайно хорошо документированную книгу Симоне Бертье «Женщины „короля-солнце“». Париж, 1998).

Все отчеты Марии о Карле II и испанском дворе подтверждены историческими фактами (Людвиг Пфандль. Карл II – конец испанского могущества. Мюнхен, 1940).

Предсказание Солона, которое Мария Манчини цитирует в письмах к Атто («Кое-кому божество уже показало, что такое счастье, но лишь для того, чтобы впоследствии полностью уничтожить его») исполнилось: в период между 1711 и 1712 годами умирают почти все наследники его христианнейшего величества короля. Гранд Дофин, отец дофина и сын его величества, умирает в 1711 году. На следующий год наступает очередь Марии Аделаиды Бургундской, жены дофина Франции, внука его величества, матери двух детей. Они последние наследники престола. Едва достигнув двадцати шести лет, Мария Аделаида умирает от кори 12 февраля 1712 года. Ее муж, дофин, также заболевает корью и умирает через шесть дней после жены. Затем и дети: сначала маленький Луис, герцог Бретанский, милый мальчик пяти лет, умирает 8 марта от чрезмерного кровопускания. Потом заболевает младший брат, но выздоравливает. Ему всего два года, его еще не отняли от груди, и он только начинает говорить.

Судьба мстит. Его христианнейшее величество король дрожит: он стар, и мысль умереть без наследников ему невыносима. Поэтому он обращается к герцогу Анжуйскому, который стал королем Испании под именем Филиппа V. В конце концов, он внук Людовика и обязан ему тем, что получил корону. Но Филипп с презрением отклоняет предложение своего дедушки стать его преемником ему больше по душе оставаться королем на своей новой родине в Мадриде.

Потрясенный смертью членов своей семьи, этим ужасным ударом судьбы, христианнейший король оказывается в конце концов в таком же положении, что и король Испании Карл II двенадцать лет назад. Во главе могущественнейшей империи Европы, но без наследников. В вопросе продолжения рода и сохранения империи он не может рассчитывать на двухлетнего правнука, которому грозит еще бог знает сколько болезней.

Однако Людовику повезло, пусть хоть и после смерти: малыш выжил и взошел на трон как Людовик XV. Однако род французских Бурбонов сегодня вымер (и только Орлеанские еще претендуют на династическое наследство). Династия же испанских Бурбонов, начавшаяся с француза Филиппа V, наоборот, очень плодовитая и многочисленная (у Хуана Карлоса есть несколько братьев и сыновей).

Сбылось также и последнее пророчество Капитор: с помощью поддельного завещания Карла II Людовик XIV лишил законных наследников испанской короны. Но он не предвидел, что испанская корона в силу того же завещания лишит Францию ее наследника.

29 июля 1714 года случилось то, чего всегда боялся аббат Мелани: Людовик XIV издал приказ, которым позволяется претендовать на французский престол и внебрачным детям. С этого момента, как и говорит Атто, стать королем может не только тот, кто рожден королевой, но и любой, действительно любой. И любой из народа может задаться вопросом: а почему не я? Для решения этой проблемы однажды будет сооружена гильотина.

Аббат Мелани был действительно влюблен в Марию Манчини, даже когда состарился, он любил ее до самой своей смерти. Находясь в постоянной переписке с Марией, он не имел возможности когда-либо увидеться с ней. Они часто посылали друг другу дорогие подарки (как, например, безоаровый камень и коробочку в форме ракушки из золота и серебра), а Мария несколько раз была гостьей в поместье Атто в Пистое; она даже посещала его родственников.

Этот факт был до сих пор неизвестен, пока авторы романа не узнали о нем в Библиотеке Маручеллиана во Флоренции: не так давно министерство культуры передало библиотеке девять томов корреспонденции Атто. Во всех многочисленных биографиях Марии Манчини не было указано, где именно она провела последние годы жизни. И письма Атто Мелани открыли, что мадам коннетабль надолго останавливалась во дворце Атто в Пистое и летом в его резиденции за городом.

Эту любовь длиною в жизнь подтверждают многочисленные письма Атто к своему брату Джаконито, а позднее к его сыну Луиджи, продолжившему род Мелани.

Даже в последнем письме, которое старый кастрат написал своим родственникам 27 ноября 1713 года, почти за месяц до смерти, он не смог удержаться от вздохов по поводу своей неугасаемой любви к Марии (Библиотека Маручеллиана. Манускрипты Мелани, т. 3, с. 423–424):

«Мне показалось, что я сплю…» – трогательные и неожиданные слова в устах почти девяностолетнего старика. Затем Мелани охватывает беспокойство: его любимая чего доброго может заскучать во дворце:

Вот уже несколько дней Мария скитается по Италии, в основном в Тоскане, где она часто останавливается в доме Атто, которого «король-солнце» удерживает рядом с собой во Франции, каждый раз отклоняя просьбы старого аббата разрешить вернуться на какое-то время в Пистою. Атто больше не может выдерживать эту боль, его охватывает непреодолимое желание увидеть мадам коннетабль. Несмотря на слабость, он решает отправиться зимой в Версаль, чтобы лично направить свою просьбу королю:

Однако судьба распорядилась иначе, и Атто не пережил зиму. Он умер в своем доме в Париже в первые часы 4 января 1714 года.

За два года до этого мы находим ссылку в письме от 27 июня 1712 года (Библиотека Маручеллиана. Манускрипты Мелани, т. 3, с. 407–408) на пребывание Марии в доме Атто, в поместье Кастель Нуово под Пистоей.

И снова старый аббат не может скрыть волнения, которое вызвало в нем эта новость. Он сообщает, что вышлет в подарок своей подруге дорогой пеньюар:

Тем временем мадам коннетабль, кажется, чувствовала себя у внуков Атто как у себя дома: в письме от 3 мая 1712года великий герцог Тосканы Косимо III пишет Мелани, что она нанесла визит новорожденному внучатому племяннику аббата (Государственный архив Флоренции, дело 4813а).