Сурикаты-сумасброды. Невероятно смешные приключения в пустыне - Уайброу Иан - Страница 7

— Ты только послушай, что несёт дядюшка! — хихикнула Яя и ткнула Хвостика в бок. — Опять вспоминает Дни Былой Славы. Яя сейчас лопнет от смеха!

— Зуб даю, он всё выдумал! — прошептал Хвостик.

А дядюшка вошёл во вкус:

— …и как закричу: «Верные мои подданные! В бой за наши норы! Выше хвосты! Щерьте зубы, вострите когти! Король Кураж поведёт вас в бой! Покажем врагу наш военный танец!»

Дядюшка между тем разошёлся не на шутку: распушившись, он скакал на задних лапах, топорщил хвост и устрашающе скалил жёлтые от старости зубы.

— Этот танец и вожаку Щелкунов пришёлся по душе — я ему сплясал, — пропыхтел утомлённый дядюшка Кураж. — А ещё помню, он смотрел, как я во главе племени гнал прочь гадюк! Главный Щелкун был поистине заворожён этим зрелищем. Он замер, приставив к глазам свою защитную коробочку, — думал, без коробочки наше великолепие его ослепит! Вот глупец-то! Ну-ка, ну-ка, тряхну стариной… Как же я ему сплясал? Что же я ему пел? — Дядюшка замахал хвостом и запрыгал на месте.

Глядя на дядюшкин танец, Яя и Хвостик едва не свалились с ветки от смеха.

К счастью, дядюшка не заметил их веселья, потому что как раз в это мгновение Крошка Чудик изловил своего первого скорпиона. Разумеется, ядовитого. И очень, очень разгневанного.

— Ой, а что мне с ним делать? — пискнул озадаченный Чудик.

— Браво, юноша! С добычей! — поздравил его дядюшка. — Кстати, к вопросу о боевых танцах: скорпионы по этой части мастера!

Чудик поднёс сердитого скорпиона поближе к носу. А скорпион развернулся к нему хвостом, покружил взад-вперёд и изготовился к нападению.

— Берегись! — предупредил дядюшка Кураж. — Видишь, у него на хвосте жало? Замешкаешься — укусит!

Увы, было слишком поздно!

Скорпион разбежался и молниеносно вонзил своё страшное жало прямо в нежный нос Чудика.

— Ой-ой-ой, он меня тяпнул! — взвизгнул малыш.

— Тогда тяпни его в ответ! — велел дядюшка.

Яя и Хвостик с высоты дерева увидели, что творится внизу, и подняли крик:

— Ай! Ой! Караул! Он умрёт! — пищали они. — На помощь! Дядюшка, спаси Крошку!

— Оставайтесь на своих местах! — рявкнул дядюшка Кураж, не теряя присутствия духа. — Несите дозор! Наш Крошка Чудик и сам прекрасно справится. А заодно усвоит скорпионьи привычки и особенно боевой танец. Давай, малыш. Делай как он: вперёд — назад, вперёд — назад — и хвать его за жало. Смелей же, откуси ему хвост, пока он не укусил тебя снова.

Чудик потёр нос и глянул на обозлённого скорпиона. Скорпион крутился на месте, размахивал изогнутым хвостом и прицеливался, чтобы ужалить малыша второй раз.

— Не бойся, ты не умрёшь, — успокоил дядюшка Кураж перепуганного Чудика. — Больно, конечно, но скорпионий яд сурикатов не берёт. Лови его! Делай как он — и ты его победишь! Кто быстрей — тому победа, тот скорее пообедал!

Крошка Чудик заворчал: «Гр-р-р!» — и приблизил мордочку к скорпиону. Тот опять сплясал свой боевой танец и ринулся в атаку, но… промазал.

— Ха-ха! — радостно засмеялся Чудик и принялся повторять скорпионьи движения, чтобы обмануть врага. Вперёд — назад, вперёд — назад. Он то приближал нос к самому скорпионьему жалу, то отводил. А когда скорпион кинулся на него в третий раз, Крошка Чудик клацнул зубами и откусил скорпиону хвост. Щёлк! — и настал скорпиону конец. А Крошка зачавкал, очень довольный деликатесом.

— Вкусно! — с набитым ртом сообщил он дядюшке.

А высоко-высоко в синем небе над пустыней — слишком высоко, чтобы спикировать и напасть на сурикатов, — кружил Свирепый Сыч, он же Бесшумный Враг. Сыч наблюдал за тем, что творилось внизу. Рана, которую нанесли ему острые зубы суриката, всё ещё ныла. И шрам всё ещё не затянулся. И проплешина в роскошном оперении, гордости Сыча, так и не заросла. А зловредный кусачий сурикат — вон он, живёхонек, хоть и одноглазый.

— Уху-ху-ху-хууу! — раздался громкий клич Сыча с высоты.

Дядюшка Кураж замер. Он понял, что значит этот клич.

«Берегись! — грозился Сыч. — Ты сполна заплатишь за мои пёрышки! Поймаю — и второй глаз выклюю!»

Глава седьмая

Маленькие сурикаты оказались прилежными и старательными учениками. Когда они в третий раз вышли на солнце, у них уже получалось греть живот и не шлёпаться наземь, и не качаться — даже у Крошки Чудика. Научились они и стоять в дозоре, и добывать пропитание, вылизывать свою шубку и искать друг у друга блох, а ещё — защищаться от внезапных наскоков детёнышей постарше. Теперь они выглядели как настоящие Остроглазые, а благодаря королю и пахли как настоящие Остроглазые. Но вот беда: Крошка Чудик, Яя и Хвостик по-прежнему ощущали, что всему остальному племени они не нужны.

Хвостик томился от скуки. Что за интерес всё время пастись у входа в нору, когда вокруг столько неисследованного? Почему нельзя попутешествовать?

— Ну когда мы отправимся, как ты, на поиски приключений? — изводил он дядюшку Куража.

— Скоро, вот погоди немного, — неопределённо отвечал дядюшка. — Научитесь всем премудростям и обычаям племени — ив путь.

— Скукотища! — ныл Хвостик.

Дядюшка всё-таки отвёл своих воспитанников чуть подальше от входа в нору — к пологому бархану, похожему на огромную волну из белого песка, который ослепительно сверкал на солнце. Наверно, бархан намело песчаной бурей, — малыши слышали, как она бушует, когда ещё сидели в детской. Песок бархана так раскалился, что припекал даже привычные к жару лапки сурикатов. И был он мягче мягкого: тронь — и сыплется.

Крошка Чудик попробовал копать этот песок и увлёкся не на шутку.

— А ну прекрати! — рявкнул на него Хвостик, срывая на братце зло. Он сердился, что дядюшка всё обещает да обещает, а приключений что-то не видать.

— Не глупи, Чудик! — поддержала Хвостика Яя. — Там слишком сухо, никакой живности не водится.

— Не прекратю… не прекращу, — заупрямился Чудик. — Пусть дядюшка велит, тогда не буду. Дядюшка, прикажи по-королевски. Скажи: «Нет, о мой верный подданный! Повелеваю, остановись! Повинуйся своему государю! Прекрати копать, не то испробуешь, тяжёлая ли у меня лапа!»

Дядюшка умилился и засмеялся.

— Очень похоже, Крошка, — сказал он. — Будь благоразумным юношей. В таком сухом песке ты никого не найдёшь. А теперь давайте-ка поищем тень, становится слишком жарко.

Но Крошка Чудик не послушался и продолжал упорно копать сухой горячий песок. Его лапки мелькали всё быстрее и быстрее, а мордочка уже исчезла в вырытой яме.

— Будет тебе, Крошка, уймись! — окликнул его дядюшка Кураж. — Нам нельзя подолгу печься на солнце, это вредно. Сию минуту прекрати, я сказал. Всё, довольно. Я серьёзно. Сейчас начну повелевать…

Довольная мордочка Чудика показалась из песка.

— Я что-то чую! — взволнованно объявил он.

— Хватит, остановись, будь послушным мальчиком, — уговаривал дядюшка.

— Оно большое! — сообщил Крошка. — Ты только погляди!

Сначала из песка показалась ярко-розовая скорлупа чего-то непонятного. Скорлупа оказалась очень твёрдой — коготкам Чудика она не поддалась.

— Чудик нашёл черепаху! — возликовала Яя. — Я помогу выкопать! Яя поможет! Яя умеет!

Яя стала отпихивать с дороги Хвостика, но и тот заинтересовался. Дядюшка Кураж тоже поддался любопытству. Вот теперь дядюшка принялся повелевать всерьёз: