Заря империи - Барон Сэм - Страница 113

— Достаточно, парень, — перебил Эсккар. Было слишком поздно приказывать Джалену вернуться. К тому времени, как кто-то доберется до ворот, он или уже кончит сжигать телеги, или погибнет. — Что-нибудь еще?

Писарю было больше нечего сообщить, поэтому Эсккар поблагодарил его и отослал выполнять обычные обязанности.

— Да, Гат, варвары сглупили, оставив здесь телеги. Очень хорошо, что они сгорят. И, если мы насчитали триста мертвых, то у них, вероятно, еще сотня раненых. Это для них ужасное поражение. Они потеряли много людей, включая часть своих лучших лучников.

— И что будет теперь? — спросил Никар. — Они снова пойдут в атаку?

— Да, но только после того, как у них появится новый план. Сегодня они выучили урок, и больше не станут соревноваться с нами в стрельбе из лука. По крайней мере, таким образом. И сегодня они поняли, что мы не задрожим от страха при виде их и не сдадимся просто так.

Эсккар сделал глубокий вдох.

— Если они снова придут к воротам, то подготовятся гораздо лучше. Они могли бы взять ворота и сегодня, если бы лучше все продумали. Они очень медленно подводили подкрепление.

Как понял Эсккар, даже могучие алур мерики могли допустить ошибку в пылу битвы. Но они больше не повторят эту ошибку. Он снова встретился взглядом с Никаром.

— Не исключено, что они придут ночью.

Никару явно стало неуютно, и это заставило Эсккара кое о чем вспомнить.

— А вы нашли тех, кто покинул свои посты? — он посмотрел на Гата. — Где они?

Гат с Никаром переглянулись перед тем, как старый солдат ответил капитану.

— Их тридцать человек. Они ждут перед воротами на улице, — спокойно сообщил Гат. — За них отвечали четверо. Трех нашли, и они тоже стоят перед воротами. Мы до сих пор ищем четвертого.

Гат откинулся на спинку скамьи и посмотрел на Никара.

— Командир, они сделали то, что и их начальники, — сказал Никар, пытаясь защитить жителей деревни. — Большинство — хорошие люди, и их нельзя наказывать за трусость их командиров.

За столом воцарилось молчание, хотя стоны раненых и голоса тех, кто за ними ухаживал, продолжали доноситься до собравшихся. Эсккар с минуту молчал, пытаясь совладать с собой и не сорваться.

— Предполагалось, что эти люди будут подносить камни к воротам. Мы были вынуждены призвать резерв. Бантора, Малдара и Сисутроса ранило. — Он обвел взглядом сидевших за столом. — Если бы сражение у северной стены продолжалось чуть дольше, ворота бы взяли, и деревня пала. А теперь один из тех, кто сбежал, прячется от нас!

Эсккар сжал кулак и несильно стукнул им по столу.

— Мне следовало бы убить их всех, все тридцать. Возможно, Бантор и другие не были бы ранены, если бы эти жители деревни оставались на своих постах. — Никто не встречался с ним взглядом. — Я бы убил их всех, но они могут потребоваться мне завтра.

Он разжал кулак.

— Четверо руководителей умрут, их имущество следует конфисковать и распределить так, как распределяются захваченные трофеи. Другим будут поручаться самые опасные задания. Солдаты получат приказ убивать их на месте, если они опять не выполнят поручения должным образом. Что они сделали и почему несут наказание, должно быть объяснено каждому человеку в Ораке. Всем следует понять, что их ждет, если попытаются сбежать.

Никар нервно сглотнул, но промолчал. Выражение лица Эсккара было понятно всем. Никто не заставит его изменить решение.

Гат повернулся к Никару.

— Это меньше, чем они заслуживают. Жители деревни должны видеть, что их руководители готовы и хотят сражаться за них. — Он снова посмотрел на Эсккара. — Мы скоро найдем четвертого. Как они должны умереть?

Эсккар хотел, чтобы их пытали огнем, но знал, что этого он приказать не может.

— Просто убей их, Гат, как только найдешь последнего. Просто убей и проверь, чтобы все знали, за что. Сделай это на рыночной площади, ударом меча. Это лучшая судьба, чем уготовили бы им варвары. Никар и Ребба займутся деталями.

Он заставил себя полностью забыть об этих людях.

— А теперь давайте готовиться к следующей атаке.

В двух милях от Орака Тутмос-син в отвратительном настроении сидел у себя в шатре и думал о провалившейся атаке, свидетелем которой он стал. Деревенские ничтожества не задрожали и не испугались при виде его воинов. Вместо этого они смело сражались, и их проклятые стрелы сеяли панику в рядах его людей. Вождь деревенских ничтожеств, отверженный воин, хорошо их подготовил, научил трусов обращаться с луком, пока они прячутся за своей стеной. И каждый раз, когда алур мерики шли в атаку, этот Эсккар собирал своих людей, для того чтобы дать отпор.

Теперь Тутмос-сину предстояло сообщить еще худшую новость совету. Час назад в лагерь приехал Баррак. Он был полностью изможден. Первым рассказ выслушал Инсак, глава клана Баррака. Инсак призвал Алтанара, вождя другого клана, чьи воины ездили на другую сторону реки, и они втроем сообщили ужасную новость Тутмос-сину.

Баррак снова рассказал о случившемся на другом берегу Тигра. Слушая эту историю, Тутмос-син сидел с каменным лицом. Новость его не удивила. Он уже предполагал, что воины или мертвы, или разбежались в разные стороны. В противном случае они бы давно дали о себе знать. Одно дело опоздать на день или два, но только глупый командир нарушает приказ саррума и опаздывает больше, чем на неделю. После того как Баррак закончил рассказ, Тутмос-син велел ему помалкивать об этой потере и отпустил его.

— Это должен был быть Эсккар, — заявил Тутмос-син, когда в шатре остались только вожди кланов. — Он действует быстро. Несколько дней назад он находился на том берегу реки, а потом вернулся в Орак, чтобы встретить нашу атаку.

— А откуда он узнал про воинов? — спросил Инсак. — Требуется время, чтобы собрать людей, подготовить засаду. В нашем лагере имеется шпион, который…

— Нет, не думаю, — перебил Тутмос-син. — О наших планах окружить деревню он узнал от ур намму и догадался, что мы отправим отряд на другой берег реки. Поэтому он нанял ур намму, которые предоставили ему всадников, подготовился и отправился на север.

— В таком случае он демон, — заявил Алтанар. — Он — один из нас, но повернувшийся против нас. Его необходимо убить, с живого содрать кожу и сжечь над костром.

— С этим мы все согласны, Алтанар, — ответил Тутмос-син. — Но вначале его нужно поймать. Зови других членов совета. Я сообщу им новость.

Два вождя кланов ушли, и Тутмос-син снова задумался. Орак обернулся кошмаром, а сегодняшний провал вместе с последней новостью превратил совет в яростную толпу. Он слышал, как вожди кланов собираются у него перед шатром. Некоторые продолжали спорить о сегодняшней атаке и винили друг друга за то, что не взяли деревню. Их голоса становились все громче, ярость очевиднее. Они непрерывно обвиняли и ругали друг друга.

— Все вожди кланов ждут, саррум.

Тутмос-син тряхнул головой, пристегнул меч к поясу и вышел на улицу. К нему повернулись члены совета алур мерики. Собрались все, глава каждого клана. При его появлении ссоры и препирательства прекратились, все заняли места на открытом участке перед шатром. Только после этого к ним присоединился сам Тутмос-син, заняв последнее свободное место и таким образом замкнув круг. Маркад и Иссогу устроились у него за спиной. Никому из других телохранителей не дозволялось присутствовать на встречах всего совета. Тутмос-син кивнул Инсаку.

— Один из моих воинов вернулся из-за реки, — заговорил Инсак.

Он повторил рассказ Баррака, не торопясь и ничего не выпуская. Члены совета сидели с раскрытыми ртами и пораженно молчали, слушая о том, как прекратил существование еще один отряд алур мерики.

— Эти деревенские ничтожества должны быть сметены с лица земли, — закончил Инсак. — Мой клан требуется мести этому дерьму. Они даже хуже, чем ур намму, которые опозорили свой клан, объединившись с ними.

Все заговорили одновременно, вначале задавали вопросы, затем начали спорить, как и ожидал Тутмос-син. Одни хотели гнаться за ур намму, другие совершать набеги на земли на другой стороне реки, третьи — снова атаковать деревню, причем как можно быстрее. Некоторые, отметил Тутмос-син, хотели идти дальше. Он подсчитал их и с облегчением понял, что только четверо вождей кланов открыто говорили о том, чтобы оставить Орак.