Новые истории про Винни-Пуха - Бенедиктус Дэвид - Страница 6

— Некоторые в нашем Лесу не отличаются хорошими манерами! — обиделся Кролик.

Но Иа-Иа закрыл глаза и снова погрузился в воспоминания.

Следующим в списке Кролика был Кристофер Робин, который в это время сидел у Шести Сосен и рисовал.

— Привет, Кролик. Как идет Перепись?

— Хорошо, даже очень хорошо, если не брать в расчет некоторых ослов. В конце концов, начатое дело — это дело уже наполовину сделанное.

Кристофер Робин хмуро посмотрел на свой не очень удачный рисунок.

— Не думаю, Кролик. Например, я начинаю читать книгу, в которой сто страниц, и останавливаюсь на первой странице. Но ведь половина не будет прочитана, пока я не доберусь до пятидесятой страницы, ведь так?

Но Кролик его не слушал.

— Имя? — спросил он.

— Ты знаешь мое имя, Кролик, — сказал Кристофер Робин.

— Напиши вот здесь.

Но Кристофер Робин посмотрел на свой рисунок и добавил немного тени:

— Извини, Кролик, у меня есть дело поважнее.

Кролик ушел, что-то бормоча себе под нос. Возможно, это что-то было о «повальной безответственности», а возможно, и о чем-то другом.

В доме Кенги Ру и Тигра играли в игру под названием «Оближи Ложку». Это была игра без правил, побеждал тот, кто заканчивал облизывать ложку последним.

— Тигра, — сказал Кролик, — давай начнем с тебя.

— Давай! — И Тигра запрыгал от нетерпения, хотя понятия не имел, что нужно начать. Он обожал участвовать во всех затеях и на любое предложение всегда заранее отвечал «Да», потому что так намного интереснее, чем соглашаться, когда точно знаешь, что тебе предлагают.

— Имя?

— Тигра.

— Напиши вот здесь.

— Т-и-ГРРРРРРРА…. — И Тигра свирепо зарычал.

— Когда ты так рычишь, дорогой, не забывай прикрывать рот платком, — сказала Кенга.

— Возраст?

Тигра посчитал пальцы на своих лапах, потом на лапах Ру, потом на лапах Кенги.

— Не знаю, — наконец признался он.

— Я напишу двенадцать, — сказал Кролик.

— Ура! — завопил Тигра. — Теперь у меня будет день рождения!

Когда Кролик, опросил Всех-Всех-Всех, пришлось рисовать таблицу. Он раскрасил ее разноцветными мелками и понес показать Кристоферу Робину.

— Замечательно, Кролик, — похвалил Кристофер Робин. — Но почему здесь нет тебя?

Кролик расстроенно заморгал.

— Ах, — выдохнул он, замялся и смущенно повел носом. — Это… оплошность…

— Так исправь ее.

Кролик счел, что опрос самого себя можно начать с возраста. А сколько ему лет? Кролик написал: «Пять». Кажется, правильно. А профессия? Кролик задумался, а потом написал:

«Важные дила». Так он добрался до вопроса о составе семьи. У Кролика была уйма Родственников и Знакомых. Но кто из них был Родственником, а кто — Знакомым?

Кролик однажды завел специальный дневник и попробовал записать все их дни рождения, но даже такому толковому и умному Кролику оказалось не по силам справиться с этой задачей. А как же теперь ответить на вопрос Переписи?

И Кролик пошел к главе семьи, к Самому Старому Родственнику.

Самый Старый Родственник попыхивал трубочкой и поглаживал кругленький животик. Наверное, он совсем не соблюдал диеты и совсем не делал зарядку. Но если кто и мог дать хороший совет, так это только Самый Старый Родственник, хотя он никогда не одобрял Кролика и вообще никого не одобрял.

— Объяви общий сбор всех своих Родственников и Знакомых, — посоветовал Самый Старый Родственник, глядя на Кролика сквозь кольцо дыма. — Пригласи их в гости. Пообещай угощение. Тогда и получишь их имена. А теперь уходи, мой молодой друг.

Кролик сделал так, как посоветовал Самый Старый Родственник, и пообещал всем Родственникам морковку, а Знакомым — сладкие коржики. Ровно в восемь тридцать у дверей Кролика появился первый Родственник и Знакомый и потребовал сладкий коржик.

— Но ты — Родственник, — возразил Кролик. — Ты получаешь морковку.

Родственник и Знакомый потер лапками длинные уши:

— Я — не Родственник! Я хочу сладкий коржик!

Чтобы не устраивать перепалку, Кролик отломил ему кусочек коржика. За час появились три ежа, четыре мыши, две лягушки, шесть белок, три жука и двадцать один кролик — и все кролики утверждали, что они Знакомые. Коржики и вкусный джем улетали с невероятной скоростью. Кролик уже потратил всю бумагу для записей, а очередь все тянулась и тянулась до самого дома Кенги. Младшие Родственники и Знакомые резвились в Песочной Яме вместе с Крошкой Ру. И Ру очень радовался их компании.

Морковка лежала нетронутой, все хотели коржики, а коржики заканчивались. Родственники и Знакомые, которые пришли слишком поздно, затеяли драку, и опрятная гостиная Кролика печально преобразилась: повсюду валялись клочки бумаги, а на полу и на всей мебели красовались липкие, сладкие отпечатки лап. Младшие Родственники и Знакомые придумали себе новую игру — из коврика и салфеток они сворачивали тюрбаны и играли в султанов и султанш. Красивая разноцветная таблица, которую так старательно рисовал Кролик, превратилась в смятый и растоптанный комок бумаги. Королевский фарфор грудой валялся на полу, а огород, на котором Кролик вырастил свою чудесную морковку, напоминал мусорную свалку.

— Ведите себя прилично! — кричал Кролик. — Прекратите! Будьте благоразумны!

— Но ты пригласил нас в гости и пообещал сладкие коржики, — возражали Родственники и Знакомые. — А если у тебя нет коржиков, так тьфу на все твои приглашения!

— Послушайте, съешьте эту прекрасную морковь и оставьте меня в покое! — пронзительно заверещал Кролик.

Но Родственники и Знакомые заявили, что морковь — это скучно, и наперебой завопили:

— Сколько можно ждать?

Кролик впал в отчаяние.

Он выскочил из своей норы и во весь дух помчался к дому Пуха.

А потом мир вдруг немного замедлился, потому что Пух, чтобы утешить Кролика, сказал:

— Так, так, Кролик. — И еще: — Не переживай, все уже позади. (Вряд ли все было позади, но сказать бедному и когда-то очень толковому Кролику, что все позади, было просто необходимо.)

— Не пора ли подкрепиться? — предложил Пух. А потом подумал, посмотрел на несчастного Кролика и добавил: — Ну, хотя бы просто выпей чашечку чая. А я подкреплюсь за двоих, и тебе станет веселее.

Но Кролик не отказался подкрепиться. Съев весь мед и все сгущенное молоко, которое Пух не очень охотно выставил на стол, Кролик обнял лапками кружку и признался:

— Я всегда считал себя Очень Толковым Кроликом.

— Конечно, ты Очень Толковый, — кивнул Пух. — Все так считают.

— И это была такая толковая идея — Перепись.

— Перепись — разумеется, — согласился Пух.

— И огород, Пух. Чтобы у каждого были овощи.

— А у некоторых — мед, — серьезно добавил Пух, облизывая горшок.

Кролику показалось, что Пух допустил тут какую-то ошибку, но спорить не было сил. Вместо этого он пожелал доброй ночи вошедшему Пятачку, который только что повалялся в грязи и приобрел приятный коричневатый оттенок. А потом Кролик лег спать среди бела дня, и Пух заботливо укрыл его своим одеяльцем.

Кролик так и не проснулся до самой ночи, и Пух не стал его будить. Он взял старое одеяло и улегся возле буфета, чтобы заодно посторожить горшки с медом.

Утром в дверь постучали несколько смущенных Родственников и Знакомых и спросили Пуха, не знает ли он, где найти Кролика.