Полночные узы - Эдриан Лара - Страница 31

— Послушай. — Бен попытался встать, но Данте толкнул его ладонью в грудь, вынуждая снова сесть, — Выслушайте меня, пожалуйста. Я никому не хотел причинить вреда. Просто все как-то… Господи, все вышло из-под контроля, стало опасным. С меня хватит, я хочу со всем этим покончить. Сегодня же вечером. Я позвонил парню, с которым держу связь, и договорился о встрече, хочу сказать, что выхожу из дела. Он должен приехать с минуты на минуту.

Чейз подошел к окну и, осторожно раздвинув жалюзи, выглянул на улицу.

— У входа стоит темная машина, — сообщил он и посмотрел на Бена. — Похоже, он уже здесь.

— Черт! — Бен нервно потер подлокотники ветхого кресла и вопросительно взглянул на Данте. — Мне нужно идти. Черт, и мне нужен мой пистолет.

— Ты никуда не пойдешь. — Данте спрятал в ножны malebranche и подошел к окну посмотреть на стоявшую у обочины машину. Разглядеть водителя было, конечно же, невозможно, но Данте мог поспорить, что за рулем либо Отверженный, либо Миньон, а рядом с ним на пассажирском месте еще один. Данте повернулся к Бену. — Если сядешь в эту машину, ты покойник. Как ты связываешься со своим партнером? По телефону? Говори номер.

— Они дали мне мобильный телефон, в память которого занесен один-единственный номер. Он зашифрован так, что я даже не знал, куда звоню.

— Дай сюда.

Бен достал из кармана жилета телефон и протянул его Данте.

— Что вы собираетесь делать?

— Телефон пока останется у меня, а ты пойдешь с нами, мы продолжим наш разговор в другом месте.

— Что? Нет! — Бен вскочил на ноги, нервно оглядываясь по сторонам. — Черт! У меня нет оснований доверять вам, парни, так что спасибо за все, но я сам о себе позабочусь и…

Прежде чем Бен успел договорить, Данте оказался перед ним и схватил его за горло:

— Ты не понял. Это не просьба.

Он разжал руку и толкнул Бена к Чейзу.

— Уводи его отсюда. Найди способ незаметно добраться до машины и вези его в бункер. А я спущусь к тем засранцам и передам им извинения от нашего друга.

Через несколько секунд Данте уже стоял под дождем перед машиной, глядя в лобовое стекло. В салоне сидели двое, как и предполагал Данте, — Миньоны, марионетки П1. Могущественный вампир высосал из них жизнь, лишив человеческой души. Внешне они ничем не отличались от людей, но фактически превратились в зомби, беспрекословно выполняющих приказы своего Хозяина.

И они должны быть уничтожены.

Данте оскалился, намереваясь сделать это немедленно.

Миньон, сидевший на пассажирском месте, растерянно заморгал, словно не верил своим глазам. Водитель оказался более сообразительным: вместо того чтобы, как его напарник, изрыгать проклятия, завел мотор и дал по газам.

Машина дернулась вперед, но Данте, презрительно усмехнувшись, положил руки на капот, не позволяя ей сдвинуться с места. Колеса крутились вхолостую, покрышки визжали и дымились, стираясь о мокрый асфальт. Когда водитель догадался дать задний ход, Данте запрыгнул на капот. Машина развернулась и выехала на дорогу.

Балансируя, как серфингист, Данте каблуком ботинка ударил по стеклу. Фонтаном брызнули осколки, и Данте нырнул внутрь между двумя Миньонами.

— Привет, парни. Ну что, мать вашу, куда едем?

Миньоны обезумели, они попытались скрутить его, молотили кулаками, даже кусались. Данте это только забавляло. Машина неистово виляла и кружилась по улице, пока Данте не остановил ее.

Неожиданно его обожгла острая боль в правом бедре, в ноздри ударил запах собственной крови. Данте взревел, от ярости мгновенно сузились зрачки и обнажились клыки. Он схватил сидевшего на пассажирском месте Миньона за волосы и с силой ударил его лицом о приборную панель — добивать не пришлось.

Водитель схватился за ручку дверцы, открыл ее и вывалился на мокрый асфальт, тут же вскочил и пустился бежать через узкий проход между двумя трехэтажными домами.

Данте мгновенно нагнал его и швырнул на землю. Он старался не переусердствовать: из Миньона еще нужно было вытянуть, где прячется его Хозяин. Имя того, кто сделал его Миньоном, Данте и так знал: после всего случившегося в последние месяцы воины Ордена не сомневались, что босс Отверженных, за которым они охотятся, родной брат Лукана, Марек. Оставалось только выяснить, где он укрылся после взрыва приюта.

— Где он? — Данте для устрашения ударил Миньона по лицу. — Где твой Хозяин?

— Да пошел ты, — огрызнулся Миньон.

Данте ударил его еще раз, выхватил malebranche и приставил лезвие к щеке Миньона.

— Давай, вампир, убей меня. Я тебе все равно ничего не скажу.

Данте очень хотелось выполнить его просьбу, но вместо этого он рывком поднял Миньона с земли и прижал к стене дома, с удовлетворением отметив силу, с которой голова ударилась о кирпич.

— А что, если я буду отрезать от тебя по кусочку? — сквозь клыки злобно прошипел Данте. — Плевать мне, будешь ты говорить или нет, я послушаю твои истошные вопли.

Данте сильнее надавил ему на горло. Миньон что-то пробормотал и заерзал. Данте услышал щелчок предохранителя, рука Миньона взмыла вверх, и, прежде чем воин успел что-либо предпринять, несчастный выстрелил себе в висок.

— Черт!

Оранжевая вспышка мелькнула в темноте, звук оглушительным эхом пронесся по узкому проходу между домами. Миньон упал на мокрую землю, вокруг него растекалось кровавое пятно.

Данте осмотрел собственные раны: порезы на руках и глубокая рана на правом бедре. В последний раз он пил кровь пару ночей назад, в теле достаточно сил, чтобы быстро залечить эти повреждения, потребуется часа два, а то и меньше. Но чтобы восстановиться, ему нужно было укрытие.

В нескольких окнах зажегся свет. В доме напротив кто-то раздвинул шторы, вглядываясь в темноту. Раздался испуганный крик. Скоро позвонят в полицию, если уже не позвонили.

Черт!

Нужно убираться отсюда, pronto [9]. Чейз уже, наверное, давным-давно скрылся, и это очень хорошо, учитывая обстоятельства. В машине с разбитым стеклом незамеченным далеко не уедешь. Превозмогая боль в ноге, Данте развернулся и пошел прочь, оставляя позади тела двух Миньонов и их машину.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Тесс вытерла последнюю тарелку и поставила ее в шкаф, накрыла крышкой остатки курицы под соусом марсала и почувствовала на себе взгляд.

— Ты, должно быть, меня обманываешь, — сказала она, повернув голову и глядя на тихо скулившую у ее ног собаку. — Гарвард, неужели ты все еще голодный? Ты ел без перерыва весь вечер.

Терьер склонил голову набок, сдвинул бровки над бусинами шоколадных глаз, кончики ушей настороженно заострились. Поскольку Тесс не бросилась тут же кормить его, наклонил голову в другую сторону и поднял лапку.

Тесс засмеялась:

— Ну хорошо, бессовестный очаровашка. Сейчас я дам тебе кое-что вкусненькое.

Тесс взяла миску, до блеска вылизанную после второй порции консервированного собачьего корма. Гарвард неотступно семенил за ней. Он был ее тенью целый день с того момента, как она решила привезти его домой, чтобы он находился под постоянным присмотром.

Никогда раньше она не брала пациентов к себе, но никогда раньше она не лечила их руками. К Гарварду Тесс чувствовала особое расположение, похоже, и он сразу к ней привязался, как будто понимал, что сегодня утром она вырвала его из лап смерти. Капельница, кормление, купание в специальном растворе от блох — и вот Гарвард словно заново родился. После всех испытаний, выпавших на его долю, Тесс просто духу не хватило оставить его на ночь в клинике. И Гарвард решил, что отныне она его лучший друг.

— На сегодня это последняя порция, — сказала Тесс, отрезая от курицы несколько кусочков и бросая их в миску.

Гарвард накинулся на еду, а Тесс убрала остатки курицы в холодильник, налила себе новый бокал шардоне и пошла в гостиную, где ее ждали глина и инструменты. Так приятно было снова вернуться к лепке, особенно после насыщенных событиями последних дней и… ночей.