Меч Лун (СИ) - Сыромятникова Ирина Владимировна "tinatoga" - Страница 97

Я порадовался, что область прозрачности проходит не под нами.

Яппы — это что-то вроде Дваждырожденных, переродившиеся под властью Тьмы жители Хаоса. Как и умертвия в нашем мире, они имели слабые и сильные стороны, диктуемые целью их создания. Над коренными хаоситами яппы имели преимущество в скорости и маневренности — ни одно здешнее создание не может двигаться так быстро. Но мы, обитатели мира Порядка, были предназначены к этому самой природой, и в тесном противоборстве могли дать яппам порядочную фору. С другой стороны, эти твари были намного лучше защищены и, подобно хаоситам, чувствительны к вибрациям эфира. Однако я тоже чувствовал вибрации, а условия Замка были идеальны для применения в ближнем бою зрения. То есть, предсказать результат нашего столкновения заранее я не брался. Расклад сил — приблизительно как у тореадора и быка. С одним — двумя мы справимся, большее количество нас попросту затопчет.

Я внимательно наблюдал за яппом. Он двигался рывками, казалось, ему неизвестны другие состояния, кроме стремительного полета и полной неподвижности. Из-за этой особенности передвижение по изогнутым переходам Замка требовало от него больших усилий, чем от меня. Но, если он прижмет нас к стенке, пиши — пропало. Япп был уязвим только со спины, впереди у него топорщилось полдюжины многочленных когтистых лап, каждая — длиннее моей руки с мечом.

— Каков красавец? — окликнул я Жака.

Страж тщетно пытался прогнать с лица гримасу брезгливости.

— И какого размера… ЭТО?

— От головы до хвоста — метра три.

— Справимся.

— Угу. Только не забывай — оно почти сразу начнет орать…

Вильям проводил яппа взглядом и, почему-то, облизнулся.

Логически рассуждая, нам следовало двигаться в противоположенную сторону. Но к черту логику! В той башне был всего один япп, тогда как в соседней могли скрываться сотни, просто нам их не было видно.

— Идем туда! — я кивнул в сторону вновь ставшего непрозрачным массива башни.

Даже Вильям не смог побороть человеческой привычки различать верх и низ — мы шли так, словно псевдоверевка действительно была подвесным мостом. Здесь так нельзя.

Если позволить рефлексам Мира Порядка управлять нами, тварям не понадобятся ловушки — мы угробим себя сами. Я сделал над собой усилие и пошел ПОД канатом, головой к темному ущелью в основании башен, просто для тренировки. Жак посмотрел на меня с другой стороны каната и покачал головой. Он думает, что я играюсь!

У основания каменная нить превращалась в подобие грозди сосулек. Сила притяжения довольно ощутимо тащила нас на острия, я запретил Жаку прыгать (слишком уж это по-человечески) и мы спустились на стену башни словно с настоящего каната, осторожно протиснувшись мимо пронзительно-острых потеков псевдокамня. Судя по тому, что Вильям поступил так же, это был правильный ход.

Я оглядел простирающуюся во все стороны поверхность башни и вздохнул — как твари попадают внутрь, было совершенно непонятно. Глупо ожидать, что здесь окажутся нормальные двери, но бить канал в стене мне казалось неправильным. Нет смысла сооружать башни и потом лазать в них, как попало. Все-таки Замок несет на себе отпечаток разума, пусть и непохожего на наш, следовательно, он может повести себя не так, как обычный псевдокамень и тогда нас ожидают неприятности.

— Щупайте! Ищите все, что выделяется.

Мы разошлись в разные стороны. Жак пробовал простукивать камень, я делал вид, что изучаю окрестности. Как я не старался, мне не удавалось убедить себя, что стена башни расположена горизонтально. Притяжение Замка упрямо тянуло меня вниз, словно по крутому склону, и эфирный ветерок незаметно нарастал. Ох, не даром здесь так чисто, ни песчинки, ни камешка! Поверхность стены превращалась в реальную ловушку. Я попытался отвлечься от внешнего, от хищного дыхания Замка, от вида Жака, передвигающегося по стене под каким-то безумным углом, отпустить на волю свои чувства, не перекидываясь в дракона. Вход должен был быть где-то здесь!

Вильям решил проблему перемещения, попросту опустившись на четвереньки, в результате, он первый нашел вход внутрь. Оказалось, что в каком-то месте стены поверхность псевдокамня размягчается и обволакивает входящего, как жирный соус.

Времени размышлять не оставалось.

— За ним! — скомандовал я Жаку и рванулся к проходу, преодолевая нарастающий ветер.

«Дверь» выплюнула нас в коридор. Я с трудом перевел дух. Все-таки Замок был именно крепостью и от идиотов, пытающихся его штурмовать, был неплохо защищен.

До сих пор нас спасало то, что мы думали и двигались слишком быстро для этого места. Должно быть, создания Порядка не часто его навещают.

Я огляделся.

Так же, как нарочито однообразен был внешний вид Замка, так же пестро и вычурно выглядело его нутро. Все поверхности были покрыты разводами, пятнам и полосами самых не сочетаемых цветов. Розовое и салатовое, лимонно-фиолетово-алое, бело-сине-оранжевое…

Смотреть на это без рези в глазах было невозможно. Интерьер напоминал скорее нору, проросшую корнями и грибницей, чем творение разумных существ. Впрочем, что такое разум в Хаосе?

Жак через силу сглотнул, лицо у него тоже стало салатовым.

— И… куда мы теперь… сэр?

— Ну… — Да хорошо б мне знать, куда. — Движемся вдоль прохода и ищем все, что ведет вниз. Причем — тихо.

Жак кивнул, Вильям пошел вперед, одергивать его я не стал — в этом месте кричать не хотелось. Проход ветвился, но ничего, напоминающего спуск вниз, мне заметить не удавалось. Не было и окон. На развилке Вильям уверенно выбрал правую сторону, а я притормозил. Надо было как-то разобраться, куда мы идем.

Я решил ориентироваться на ощущение, которое принял за дыхание Сердца Хаоса — знобкий, искристый ветерок, несущий в себе привкус восторга и ужаса. По всему выходило, что выбранный Вильямом коридор ведет прямо вниз. Без всякого намека на наклон. Но кто сказал, что мы идем по полу? Человеческие предрассудки…

Визуально коридор все время загибался влево, а по ощущениям — выписывал в пространстве букву «зю». Мы дошли до следующего разветвления, судя по всему, ведущего в кольцевой коридор. Я придержал Вильяма за рубаху.

— Погоди-ка. Помнишь, тут где-то зверушка бегала? Не здесь ли?

Мы засели в глубине коридора, среди потеков каких-то зеленых соплей.

Томительность ожидания искушала продолжить путь. Только вот если мы выйдем на яппа лоб в лоб (или он нас догонит), наше путешествие быстро закончится.

Охранника надо было снять без боя и лишнего шума.

Жак напряженно вглядывался в коридор, Вильям привалился к стене, словно пытался слушать камень. Я закрыл глаза и до предела открылся движению эфира. Мне удалось первым услышать свистящий звук, скребущий шорох, сопровождающий движение яппа. Я предостерегающе поднял руку, Жак обнажил меч, а Вильям подобрался, словно для прыжка. Япп показался внезапно, замер на несколько секунд прямо против устья коридора, демонстрируя себя в профиль, а потом так же стремительно сгинул. Когда мы выскочили следом, тварь успела сделать два прыжка и умчалась довольно далеко.

Вильям поднялся одновременно со мной, на шаг опередил в коридоре и первым добрался до чудовища. Когда мы подбежали, он уже сидел на загривке твари, вцепившись в чувствительные сенсоры. Япп бился об стену, пытаясь развернуться или стряхнуть врага. Жак всадил меч в лишенную брони спину яппа и бой оказался до безобразия скоротечным — монстра вскрыли как креветку. Лишенное связующего заклятья, тело нежитя распалось самым драматическим образом — сгорело дотла. Жак тщательно обтер меч от голубоватой дымящейся крови. Вильям поступил проще — обсосал испачканные пальцы — и повернулся ко мне.

Сначала мне показалось, что он измазал кровью и лицо, слишком много на нем было синего. Зрачки и радужка слились, глазницы Вильяма наполнились холодной голубизной, брови и ресницы выцвели до прозрачности. Что-то мне показалось странным в том, как он держит руки. Я подошел и осторожно расправил ему пальцы — ногти стали толще, вытянулись и загнулись полупрозрачными крючками. Он высвободил руку и инстинктивно спрятал когти в кулак.