Меч Лун (СИ) - Сыромятникова Ирина Владимировна "tinatoga" - Страница 38

Пусть Родерик связан с Тьмой, это страшно, но, похоже — факт. Тогда, арест Дэвида — попытка завладеть Талисманом. Наследник Силы так просто Меч не отдаст, он вовсе не глуп. Что тогда мог сделать Родерик? Припугнуть, возможно, пытать. А еще лучше — ждать Темного Адепта, который силой магии вырвет у жертвы признание.

Надежно и без членовредительства! Но у колдуна не было времени встретиться с Дэвидом, я уверен.

Что-то пошло не так, но что?

Бойня во дворце — попытка скрыть улики, это понятно. Королевские Стражники слишком много знали о делах короля, и их можно было допросить. Родерик должен был понимать, что этот вывод слишком очевиден. Почему он попросту не предъявил Дэвида? Колдун обеспечил бы лояльность и молчание молодого лорда.

А дальше, господа мои, у меня идут сплошные догадки. Мне кажется, что к моменту приезда колдуна, Дэвида уже не было во дворце.

Видите ли, Жак узнал наследника Силы гораздо ближе, чем я, они путешествовали и сражались вместе. Жак рассказал об этом чересчур кратко, но я заметил несколько странных моментов: Дэвид был слишком информирован, слишком уверено действовал для парня, впервые столкнувшегося с проявлениями Тьмы. Ему кто-то помогал.

Помните, с чего начался сыр-бор с Ин'Ктором? Лючес заподозрил, что наследникам Силы служат какие-то Дети Тьмы, а лорд Эрик отказался объяснять это, сославшись на пресловутые Таинства, недоступные смертным. Наследник был уверен, что сей факт не будет правильно истолкован и оказался прав — Лючес положил начало заговору Семерых, в результате которого погиб Герхард.

Я не верю, что Дэвид мог предаться Тьме, но у него мог оказаться магический союзник. Например, в усадьбе я обнаружил мощные маскировочные заклятья, спрашивается, откуда? Жак был феноменально чувствителен, поэтому, узнав, что к нам за помощью Наследник обратиться не сможет, он сразу вычислил его дальнейшие действия — бегство! И не замедлил присоединиться. Должно быть, он решил, что Дэвиду нужен будет проверенный спутник, а доверять мог только себе. То, что он до сих пор не вернулся, обнадеживает — есть шанс, что они ушли вместе.

Мой вывод: мы не сможем их найти, не приведя в действие враждебные силы. Нам придется довериться чутью Жака и здравомыслию Наследника Силы (и кто там ему содействует). В этом всегда была проблема: мы не могли ничего понять в действиях Ин'Ктора, нам оставалось лишь верить в добрые намерения владетеля Меча. Кое для кого это бремя оказалось невыносимым.

Совет просил моего мнения, так вот оно: Гильдии придется ждать и надеяться, что Дэвид исправит еще одну нашу ошибку и самостоятельно овладеет силой Меча Лун. До этого момента Меч почти бесполезен, а наше вмешательство может только навредить.

Фернадос замолчал, выжидающе глядя на присутствующих.

— Твои ощущения всегда были верны! — заметил Сероглазый.

— Если бы они еще были поконкретней! — усмехнулся Фернадос. — Я не провидец, мой талант в понимании прошлого, а не будущего, но доказательств у меня обычно не бывает, только ощущения.

Маги за зеленым столом переглянулись, Сероглазый ответил за всех:

— Твой совет принят, мэтр Фернадос. К сожалению, мы не можем отвечать за всю Гильдию, но приложим максимум усилий, чтобы предоставить наследнику Силы свободу действий.

Фернадос поклонился, заседание Совета кончилось. Появился молодой маг и увел посетителей.

— Я раньше никого из них не видел, — пробормотал Вильям, спускаясь по мраморной лестнице.

— Никто не знает истинного облика членов Совета, кроме других членов Совета, — усмехнулся маг. — Это — тайна.

Едва двери Нефритовой Залы закрылись, покрытый зеленым сукном стол исчез. Личины, скрывающие облик членов Совета Зеленой Гильдии заколебались и рассеялись.

Сероглазый маг стал кареглазым, изменился голос, возраст и рост.

— Легко давать обещания, — говоривший от имени Совета слегка шепелявил, — но можем ли мы их сдержать?

— Мы должны, — ответила представленная леди Лаисой, теперь молодая и темноволосая, — От нашего контроля над Гильдией зависит слишком многое.

— Что могут предпринять несогласные? — поставил вопрос осматривавший Амулет толстенький розовощекий старичок.

— Любое безумство. Нам надо действовать очень осторожно.

У графа Икторна не было ни каких поводов для беспокойства, кроме сильного ощущения опасности и уверенности, что что-то идет не так.

Отряд медленно продвигался по Ункерту, избегая главных дорог и имея целью подойти к Тарильену с востока.

Достигнув безопасных районов, эскорт сильно уменьшился, Стражей осталось не больше десятка, магов теперь было только двое, и они постоянно менялись. То один, то другой уезжали по своим делам, прихватив своих Стражей, а на их место приходили новые. Состав эскорта полностью изменился уже несколько раз. Все это было совершенно естественно и безобидно, но опытный глаз стратега видел за внешним беспорядком какую-то игру. Оставалось узнать — какую. Вопреки мнению Фернадоса, граф Икторн не боялся магии, но испытывал к магам, вне зависимости от их политических взглядов, глубокое отвращение. Это иррациональное чувство, как он не без основания полагал, было взаимным. Теперь бес интуиции беспокойно ворочался в сознании графа и растревоженное воображение рождало, один за другим, все более дикие варианты развития событий.

Уже два дня спутники графа не менялись. Отряд неспешно пылил по проселочной дороге, мимо обширных каменистых пустошей, пригодных лишь для выпаса скота. На третий день впереди показался замок, серые гладкие стены нависли над путниками, пять одинаковых башен уныло громоздились по углам крепости, над крышей донжона развивался стяг Ункерта — золотой треугольник с алым грифоном. Маленький городишко в три улочки жался у подножия крепостного холма.

«Здесь!» С первого взгляда определил граф и дал Дюроку знак соблюдать осторожность.

Аллеко, болтливый юнец, считающий себя выдающимся адептом, но на взгляд графа недалеко ушедший от балаганного шута, объяснил, что перед ними — замок Экту, здесь они остановятся на пару дней, чтобы лорд Икторн мог восстановить пошатнувшееся во время путешествия здоровье. Граф широко улыбнулся и согласно кивнул в ответ, чем полностью удовлетворил мага.

Графские Гвардейцы под командой Дюрока разместились в единственном городском трактире, а самому сантаррскому лорду предложено было остановиться в замке, принадлежащем Зеленой Гильдии. Граф не возражал и не проявлял беспокойства, с хладнокровием опытного игрока он ждал, когда противник предпримет более решительные шаги, и внимательно наблюдал за происходящим.

Собственно, все было очень мило и безобидно: пища была изысканной, обстановка — роскошной, слуги — предупредительными. От графа не укрылось, что охрана замка набрана не из Стражей, да и прочие обитатели явно не состоят в Гильдии. Это становилось занятным — участники событий явно опасались реакции своих же коллег на происходящее.

Очень скоро Икторн ощутил умело созданную изоляцию, не позволяющую ему следить за происходящим вне стен замка. Отсутствие информации имело убедительные оправдания — трудности с пересылкой сообщений, удаленность от торговых путей, опасность привлечения внимания, но для магов подобные доводы звучали не убедительно.

По мнению графа, вынужденный отдых в Экту явно затягивался. На пятый день он настоял на том, чтобы проверить, как разместились гвардейцы. Гостиница оказалась вполне приличной, а комнаты даже просторными, солдаты вполне отдохнули, не испытывали трудностей с перемещением по городу и уже начали скучать. Граф искренне надеялся, что Фернадос не соврал, говоря, что для прочтения мыслей даже гильдийскому магу требуется определенное усилие и сложный ритуал — во время визита лорда сержант Дюрок получил несколько условных знаков, смысл которых посторонним знать не полагалось.

Икторн собирался разрушить образ благодушного маразматического старикана.

Глава 9

Выступление труппы в Плавнице имело большой успех, горожане валили на представление валом и вокруг пятачка, на котором мы разместились, быстро возник импровизированный базар.