Маятник - Вартанов Степан Сергеевич - Страница 95

— За шею крепче, — прошипел он. — Руки отваливаются. Но не души.

К сожалению, скульптур было мало, а лестница и не думала кончаться. Будь в храме живой смотритель, он, несомненно, задался бы вопросом: почему это счастливый отец, которого изображал Лар, шатается, как пьяный, и выглядит так, словно его окатили из ведра? Но, разумеется, смотрителем был магический автомат — красиво сделанный манекен в изумительно сшитом… камзоле? Не важно. И с золотым лицом. Главное — не человек.

— Приветствую вас в Храме Рождений! — торжественно произнес он. Голос у смотрителя был густой, хорошо поставленный, и он разнесся по храму, как, наверное, и планировали создатели ритуала.

— Прошу вас сюда. Желаете ли вы…

— Переходите… к… ритуалу… — пробулькал Лар.

— С великой радостью, — ничуть не удивившись, ответил смотритель. Неслышно ступая, приблизился и сделал плавный жест рукой.

— Вам следует положить ребенка на плиту благословения.

— Помогите… Я не достану…

— С великой радостью.

Легко, словно Ромка действительно был младенцем, смотритель принял его у Лара и положил на усыпанную лепестками роз… «Кушетку, — решил Ромка. — Или тумбу, да, именно обтянутую синим бархатом тумбу, высотой с человеческий рост».

Свет. Дуновение ветра. Звон колокольчика.

— Примите мои искренние поздравления, — сказал смотритель.

Все?

— Спасибо, — буркнул Лар. Затем обращаясь к Ромке: — Слазь, уже все.

Ромка, с опаской поглядывая на смотрителя, спрыгнул с тумбы. Смотритель проводил его взглядом, в котором ничегошеньки не отражалось. Если он и заподозрил подвох, то шум поднимать явно не собирался. Лар, пошатываясь, направился к двери, но, не дойдя, свернул к декоративному фонтанчику и принялся жадно пить. Вот уж кто точно смотрителя не стеснялся.

— Я рад, — говорил между тем смотритель, неслышно то ли идя, то ли скользя рядом с Ромкой, — что в вашей семье чтят традиции. Тысячи лет родители приносили сюда детей, поднимаясь по склону холма, но в последнее время люди стали меньше обращать внимание на устоявшийся уклад вещей.

Лар оторвался от фонтанчика и уставился на смотрителя с выражением крайней подозрительности на лице.

— Обычно люди предпочитают пользоваться лифтом, — продолжал как ни в чем не бывало смотритель, — но вы почтили…

Лар медленно опустился на пол, полусмеясь, полуплача.

— Старая… старая… ох…

— Лар, — осторожно произнес Ромка. — Ты…

— Он знал, — почти выкрикнул Лар, грозя кулаком высокому мраморному куполу. — Планировал…

— Ну… Все же хорошо…

— Да, малыш. — Лар резко, словно рубильником щелкнули, перестал смеяться. — Все хорошо. Пошли. Нас Иса ждет.

Они направились к выходу, на обзорную площадку, с которой открывался вид на ночной город.

— Сейчас, — сказал Лар, и, словно в ответ, внизу на площади часы начали бить полночь. Последний удар… И ничего.

— Ну вот, — усмехнулся Лар. — Осталось только придумать, что ты будешь делать в этом мире. Идеи есть?

— Я уже все придумал, — спокойно сказал Ромка.

— Вот как? И что же?

— Ну… Ты же сам сказал, что гордился бы таким учеником.

— Ох, — сказал Лар. — Ох.

Подумал и добавил:

— Ну ладно.

— А еще я найду Землю, — сказал Ромка. — Точно найду. Я упрямый.