У любви под прицелом - Хоуп Надин - Страница 24

Пока Майкл Хантер терзался неразрешимой дилеммой, как бы ему и рыбку съесть, и самому на крючок не сесть, Лу занималась более перспективным занятием. Она клеймила себя последними словами. Дура! Идиотка! Взбесившаяся влюбленная самка! Ее щеки пылали от стыда и гнева. Из всех немыслимых, саморазрушающих поступков, которые она совершала в своей жизни, этот был венцом всему! Она рискнула будущим, бросила вызов судьбе, пошла против течения, чтобы изменить ход событий, а Майклу это оказалось совершенно не нужно. Он жизнь готов отдать за то, чтобы в его жизни ничего не менялось. Его свобода — это святое! Статус холостяка — незыблем! Нет, Хантер никогда не воспринимал ее всерьез! А и черт с ним! Надоело! В жизни достаточно приятных моментов и без него!.. Она это переживет. Ее не так легко выбить из седла! Она еще будет счастливой, не с ним, так с другим, когда-нибудь… после… потом…

И все равно… все равно!.. ее душа сейчас была заполнена экстрактом тоски и горечи. Лу переживала этот разрыв так глубоко и с такой внутренней болью, что почти физически ощущала, как ее сердце рвется на части. Впервые в жизни она решилась предположить, что ей улыбнулась любовь. Она действительно ей улыбнулась, только эта улыбка оказалась прощальной.

10

— Как прошло вчерашнее свидание с Лу? — задорно поинтересовался Дэн с порога.

Друг как всегда был энергичен, подтянут, весел. В вороте легкомысленной пестрой рубашки просматривался темный шнурок, на котором висел крест. На руке рядом с часами за восемь штук баксов болтался браслет. Парень полностью превратился в аборигена Майами.

— Не спрашивай, — буркнул Майкл.

Вчера после ухода Лу он не придумал ничего лучше, как набраться до невменяемого состояния, чтобы снять стресс. А теперь прямо с утра поправлял здоровье — пил водку с томатным соком и большим количеством табаско. Эта ядреная смесь всегда возвращала его к жизни.

— Что, так плохо? Ну рассказывай, рассказывай! — в горячем нетерпении подбодрил напарник.

Понимая, что отвязаться не удастся, Майкл в скупых выражениях, без интимных подробностей изложил другу сюжет вчерашней встречи.

— Черт! Господи! Мать твою! — воскликнул потрясенный друг.

— Да, именно в такой последовательности.

— И ты еще шутишь, Майкл? Я понимаю. Старое пламя вспыхнуло вновь! Но сколько можно обжигаться, чтобы понять, что огонь жжет?!

— Только не нужно говорить стереотипами вслед за стариком Фрейдом, — огрызнулся Майкл.

— Опа! Уже началось! Мне это знакомо, Майки! Раздирающие противоречия, неконтролируемая ярость, угрызения совести! Именно такие вещи и делают из нас, профессионалов, любителей!

— Брось, Дэн, я в порядке, просто надо перезарядить батарейки.

— Сейчас я помогу обрести тебе нужную форму, — пообещал сердобольный приятель. — Когда вы оба работали в Москве, Лу сказала всем бабам в посольстве, что ты гей.

— Что?! — взвился к потолку Майкл. В груди всколыхнулась ярость, вызванная коварством возлюбленной. Он — гей! Да лучше бы сказала, что он заражен бубонной чумой или проказой…

— Вот, зафиксируй и сохрани это сильное чувство. Так легче?

Майкл энергично кивнул.

— Гораздо! Спасибо, друг.

Дэн удовлетворенно улыбнулся.

— Не за что. Есть такое слово — дружба называется. Ты обделаешься, я подотру. Я обделаюсь — ты постираешь. А теперь внимание, я кое-что выяснил об охраннике Каррадо. Он был рейнджером, во вторую кампанию попал в Ирак. В отряде затеял пьяную драку с применением оружия и был отчислен из подразделения, но дело прикрыли, учитывая послужной список.

— Значит, армейский спецназ.

— Черный берет. Сам знаешь, их учат убивать голыми руками, — подтвердил компаньон, намекая, что противник им достался серьезный.

Майкл задумался. Дэн прав. В графе «Конечный результат» у них пока значился гигантский кукиш! Обвинения с Розмари не сняты. Каррадо затаился. А ведь Майкл рассчитывал, что он начнет торговаться с ним, предлагать сделку.

— Сделаем так, — сказал он. — Я наведаюсь в страховое агентство, попробую выяснить, как идет следствие в их ведомстве, а ты поставишь Баркера на прослушку.

Дэн кивнул. Он уже уплетал разогретую пиццу.

— Хороший способ подстраховаться. Узнаем, о чем они думают, — прошамкал он набитым ртом.

— Да, насчет Лу… Пусть она пока поработает с тобой.

Дэн подавился. Кусок ветчины прочно застрял в его горле. Надрывный кашель вырвался из могучей груди. Майкл терпеливо ждал возвращения Дэна Тискенса в строй. Сейчас его судьба была в руках друга.

— Этого я и боялся, — просипел, прослезившись, Дэн.

— Ну же, Дэн. Я бы для тебя это сделал.

— Кажется, и у меня нет выбора. — Верный соратник с сожалением отложил пиццу и полез за мобильником. — Привет, Лу, — довольно миролюбиво начал разговор Дэн.

— К чему такой ранний звонок? — ответили ему, как всегда королевским тоном. — Приглашаешь на утренний кофе, Дэн?

Дэн подмигнул напряженно застывшему Майклу.

— Точно. Мне нужен напарник. Майкл будет занят пару дней…

— Это я переживу, — едко вставила шпильку Лу.

— Очень кстати, — продолжил Дэн, не дав себя сбить с нужной мысли. — В общем, я подумал о тебе. Появилось одно срочное дельце.

— Насколько срочное, Дэн? Срочное — бросай делать педикюр и беги или доделай педикюр и беги? — уточнила Лу.

— В твоем распоряжении целый день. Я заеду за тобой завтра в шесть тридцать.

— Так рано?! — взбунтовалась Лу.

— Так нужно, — заверил Дэн.

— Ладно. Мне не помешает проветриться.

Дэн не удивился. Лу всегда руководствовалась собственными соображениями, даже работая в контакте.

— Ну? Что? — набросился на него Майкл.

— Лу чистит перышки. Это не к добру.

— Я не об этом! — поморщился Майкл.

— Мы обо всем договорились. Когда за дело берусь я, осечек не бывает, — самонадеянно заверил Дэн.

На следующее утро он уже не был так в этом уверен. Расстояние от парковочной зоны до дома Баркера составляло около пятидесяти метров. Утро было прохладное, но с обещанием настоящей жары. Часы показывали семь сорок пять. Дэн и Лу вели наблюдение, терпеливо поджидая, когда из дома появится клиент. Обзор был великолепный. Перед ними как на ладони были парадный вход и арка, увитая плющом. Бинокль, верный соратник, без дела лежал на сиденье.

— Лу, подай мне тряпку из бардачка, — попросил Дэн. Он решил пополировать свой «магнум». Трудно предвидеть, где понадобится огневая поддержка.

Лу продолжала поедать вафельный рожок мороженого люминесцентно-малиновыми губами, как будто Дэн обращался не к ней. Ее поза была расслабленной и непринужденной, из дыры тертых джинсов соблазнительно выглядывала округлая коленка. Но, несмотря на внешнюю невозмутимость, Лу несла в себе угрозу ядерного заряда, готового сдетонировать в любой момент.

— Ничего, я сам возьму. — Дэн потянулся за тряпкой.

— Терпеть не могу сорок пятый калибр, — сообщила Лу, подтвердив его опасения. — Шумный и грубоватый.

— Это тот случай, Лу, когда размер имеет значение.

— Дурацкое выражение! — фыркнула она. — По мне, главное не оснастка, а умение обращаться…

Почувствовав опасность, Дэн осмотрительно попросил:

— Лу, выбери любую другую тему.

— В чем дело?! — возмутилась надменно Лу. — Я говорю об оружии.

— А закончишь мужчиной и женщиной.

— Нет, оружием. Вот мой «глок», — она задрала художественно рваную брючину, вытянула, насколько позволял салон, ногу и продемонстрировала. Дэну прикрепленный в специальной кобуре к изящной лодыжке пистолет, — аккуратный, компактный, но при случае может разворотить бедренную артерию, а из нее, как известно, за сорок секунд вытекает четыре литра крови.

— Майкл знает, что ты разгуливаешь по штату Флорида с пистолетом? — занервничал Дэн.

— Во что ты превратился, Дэн, — ехидно парировала Лу. — Хантер держит тебя на коротком поводке?

— И на строгом ошейнике.