Испанские нищие - Кресс Нэнси (Ненси) - Страница 71

– Разденьте их, обыщите. И… И задержите моего сына, – Дженнифер не узнала собственный голос.

Мири сама начала раздеваться. После мгновения потрясенной тишины, подчиняясь быстрой команде Никоса, другие дети тоже принялись снимать одежду. Никто из Суперов, даже самые маленькие, не плакал.

Мири стащила через голову рубашку:

– Ты отдала свою жизнь сообществу. Но мы, Суперы, не принадлежим к этому сообществу, не так ли? Во-первых, мы видим сны. Ты знала об этом, Дженнифер? Спящий научил нас светлым сновидениям. – Мири сбросила сандалии.

– Система связи не работает, – в голосе Касси Блументаль слышалась паника.

– Прекратите, – сказал Чарлз Стоффер. – Дети, оденьтесь!

– Нет, – ответила Мири. – Потому что тогда мы будем выглядеть, как члены вашего сообщества, правда, Дженнифер?

Ожил интерком.

– Мы взяли Терри Мвакамбе. Он не сопротивляется.

– И даже твоя собственная община по-настоящему тебе безразлична, – продолжала Мири. – Иначе бы ты согласилась с нашими требованиями. В этом случае только ты предстала бы перед судом по обвинению в государственной измене. Нищие там, внизу, гарантировали бы остальным членам Совета неприкосновенность. Теперь их всех осудят за политическое преступление. Ты не захотела их спасти, потому что это означало бы для тебя отказ от тотального контроля. Но ты в любом случае проиграла. В день, когда убила Тони.

Мири осталась обнаженной. Суперы смотрели на Дженнифер холодными, недетскими глазами, будто думали… думали о чем-то неведомом… Мири нисколько не стеснялась: соски напряглись, темные волосы на лобке были такими же густыми, как у Дженнифер. Она улыбалась, высоко подняв голову.

Рики вышел вперед и набросил на плечи Мири свою рубашку. В первый раз девочка отвела взгляд от Дженнифер. Она мучительно покраснела и прошептала:

– Спасибо, папа.

Касси Блументаль устало сказала:

– Только что в Белый дом отправлено заранее записанное сообщение. Нам прислали копию. В нем рассекречены места размещения и способы нейтрализации каждого пакета с вирусами в Соединенных Штатах.

– Ни одна из внешних систем обороны Убежища не действует, – произнес Чарлз Стоффер.

– Защитное поле вокруг купола для задержанных не работает. Я не могу восстановить его… – вторила Кэролайн Ренлей.

Касси Блументаль сказала:

– Вторая запись отправлена в… в Нью-Мексико…

Миранда рыдала на грудиотца, сломленнаянервнымнапряжением шестнадцатилетняя девочка.

Глава 25

Лейша смотрела передачи о беспорядках в стране. Из небытия всплывали старые лозунги. «Ядерную бомбу на Неспящих!» Неужели они держали все эти плакаты и знамена в пыльных подвалах тридцать или сорок лет? Снова та же риторика, то же отношение, те же «бородатые» шуточки в дешевых информационных сетях. «Что получится, если скрестить Неспящего с питбулем? Челюсти, которые никогда не разжимаются». Этот анекдот Лейша слышала еще в Гарварде шестьдесят семь лет назад.

Она негромко произнесла:

– «И обратился я и увидел, что нет ничего нового под солнцем, и что не проворным достается успешный бег, не храбрым победа, не искусным благорасположение…»

Джордан и Стелла с беспокойством смотрели на нее. Негуманно волновать их патетическими цитатами. Особенно после долгого молчания. Следует поговорить с ними, объяснить им, что она чувствует…

Она так устала.

Больше семидесяти лет она видит одно и то же. «Если ты идешь по улице в Испании и сто попрошаек просят у тебя по доллару, а ты им не дашь, и тогда они в ярости бросаются на тебя…» Убежище. Закон, иллюзорный творец универсального сообщества. Калвин Хок. И за всем этим – Соединенные Штаты: богатые, процветающие, близорукие, великолепные и мелочные, не желающие, вечно не желающие уважать ум. Удачу, везение, веру в Бога, патриотизм, красоту, дерзость или отвагу, мужество и хватку – да, но никогда – интеллект. Не существование Неспящих вызвало все эти беспорядки, а сама идея и ее последствия.

Как было в других странах? Лейша не знала. За восемьдесят три года она ни разу не покидала Соединенные Штаты надолго. Да и не стремилась.

– Я всегда любила свою страну. – Лейша тут же поняла, насколько странным должно казаться такое неожиданное проявление чувств.

– Лейша, милая, не хочешь бренди? Или чашечку чаю? – спросила Стелла.

– Когда ты так говоришь, ты мне очень напоминаешь Алису.

– Лейша, – вмешался Дру, – мне кажется, неплохо бы тебе…

– Лейша Кэмден! – раздался голос с голосцены. Стелла ахнула.

Передачи из Белого дома, бунтующего Нью-Йорка, снимки Убежища со спутников – все исчезло. Молодая девушка с крупной, немного раздутой головой и огромными черными глазами застыла посреди научной лаборатории, заставленной незнакомым оборудованием. На ней была тонкая синтетическая рубашка, шорты и простые шлепанцы, непокорные черные волосы стянуты на затылке красной лентой. У Ричарда, о присутствии которого Лейша забыла, вырвался сдавленный стон.

– Говорит Миранда Сирена Шарафи, из Убежища. Я – внучка Дженнифер Шарафи и Ричарда Келлера. Советом Убежища это послание не санкционировано.

Легкое сомнение отразилось на серьезном юном личике девушки. Похоже, что она никогда не улыбалась. Сколько ей лет? Четырнадцать? Шестнадцать? Она говорила с легким акцентом, придающим ее словам особую серьезность. Лейша невольно сделала шаг к голосцене.

– Нас здесь 28 человек, старше десяти лет. Мы – нечто большее, чем Неспящие. Нас называют Суперталантливые, и я – самая старшая. Мы захватили Убежище, послали данные о местонахождении пакетов с биологическим оружием вашему президенту, дезактивировали системы обороны Убежища и остановили войну за независимость.

– Боже правый! – сказал Джордан. – Дети.

– Если вы получите мое сообщение, значит, мы, Суперы, арестованы моей бабушкой и Советом Убежища. Однако мы не сможем здесь оставаться. Я изучила все, что касается вас, Лейша Кэмден, и вашего воспитанника Дру Арлина. Светлые сновидения очень помогают нам, Суперам.

Дру пристально смотрел на Миранду Шарафи. Лейша отвела взгляд.

– Я не знаю, что произойдет дальше, – продолжала Миранда. – Может быть. Убежище позволит нам взять шаттл или ваше правительство заберет нас. Может быть, самые младшие Суперы останутся здесь. Но некоторым из нас срочно понадобится улететь из Убежища, поскольку мы добьемся ареста Совета Убежища по обвинению в заговоре с целью государственного переворота. Нам необходимы место, оборудованное системой безопасности, и квалифицированный юрист. Вы были адвокатом, мисс Кэмден. Не можем ли мы приехать к вам?

У Лейши защипало в глазах.

– Думаю, что с нами будет несколько Норм, в том числе мой отец, Ричард Шарафи. Вряд ли вы сможете напрямую связаться со мной и ответить на эту передачу, хоть и не знаю наверняка ваших возможностей.

– Уж не такие, как у них, – произнесла Стелла так, будто у нее закружилась голова. Дру бросил на нее насмешливый взгляд.

– Благодарю вас. – Миранда переступила с ноги на ногу, отчего показалась еще более юной. – Если… если Дру Арлин будет с вами, когда вы получите это сообщение, и если вы позволите нам приехать к вам, пожалуйста, попросите его остаться. Я бы хотела с ним познакомиться.

Миранда вдруг улыбнулась настолько откровенно, что Лейша была поражена. Она уже не ребенок.

– Мы придем к вам нищими, – сказала Миранда. – Нам нечего предложить, нечем торговать. Мы просто нуждаемся в помощи. – На экране возникло трехмерное графическое изображение из словесных цепочек, в которых каждое слово или фраза соединялось со следующей. Все было раскрашено в различные цвета, чтобы сделать предельно ясными любые оттенки смысла. Шар медленно вращался.

– Что, черт возьми, это такое? – спросила Стелла.

Лейша встала и быстро обошла шар, пристально всматриваясь.

– Я думаю… это философская аргументация.

– А-хх! – выдохнул Дру.

Лейша зацепилась за фразу, выведенную зеленым цветом: разногласия в доме: Линкольн. И внезапно села на пол.