Право последнего вздоха (СИ) - Кипарисова Елена - Страница 56

– Эдриан не хотел возвращаться к отцу, они не общаются…

– Без разницы. Ему нужна ты, причем бессмертная, и право больше не скрываться. Вечная жизнь, полная любви и безмятежности. Не так уж и много.

– Ньюбелз никогда меня не простит, – почти с насмешкой произнесла я, даже удивляясь, как сумела заполучить такого врага. – Нет смысла и пытаться. Они никогда не приняли бы меня обратно в свою семью.

– У всего есть своя цена, даже у прощения. – Казалось, голос принадлежал кому-то другому, не молодой девушке, а женщине, слишком много повидавшей на своем веку. – Всегда есть рыбка покрупнее. Ну же, кто у нас самый грозный охотник, обманом проникший в Совет? С кого все началось? А?

– Мой отец?

– Бинго, – звонко рассмеялась девушка, забарабанив по решетке, и изображая звонок колокола. – Они бы с большим удовольствием поквитались с твоим отцом. Это, наверное, личное.

– Так я приманка? – Сердце учащенно забилось, став слишком большим в груди. – Вот в чем заключается план?

– Это логично. Если бы ты предала свою семью, сделав выбор в пользу бессмертия, это стало бы достаточным поводом к прощению.

– Я бы этого не сделала, никто бы не сделал, – с уверенностью ответила я, чувствуя невыносимую слабость во всем теле. Этот разговор не имел смысла. – Думаю даже ты.

– Даже? – возмутилась Виолетта. – Я в отличие от тебя никогда не пыталась убежать! Я до последнего оставалась со своими родными, старалась хоть что-то сделать. А ты? Спряталась, притворившись, что все в порядке. Надеюсь, ты натрахалась за это время?

– Заткнись!

– Ты заслужила все это! Черт, надеюсь, ты сдохнешь вместе со мной.

Какое-то время мы молчали, прислушиваясь к звону капель, странным шорохам за стеной. Наверное, в такой обстановке можно было спокойно заснуть, но каждый нерв в теле тревожно дрожал, не позволяя расслабиться ни на секунду. Опасность была повсюду, она витала в воздухе, делая его тяжелым, давящим на легкие. Но самым страшным было ожидание. Я боялась, что вернутся стражи, но в тоже время не могла больше терпеть незнания.

– Твой отец придет? – спросила Виолетта хрипловатым шепотом.

– Нет, не думаю. – Эта правда больно резанула по сердцу. Мне хотелось верить, но на надежду больше не осталось сил. Я слишком хорошо запомнила тот момент, когда он спокойно развернулся и ушел, понимая, что со мной его шансы выжить невелики. Это был правильный выбор, который требовал мужества. От него зависела жизнь моей мамы. Кто-то должен был спастись, а я тянула всех на дно. – Даже если он придет, они все равно убьют нас всех. Вампиры не пойдут на попятную.

– Думаю, у тебя есть шанс, у Эдриана мало власти, но вот у его отца предостаточно.

– Ты бы согласилась стать одной из них, лишь бы избежать смерти? Наблюдать, как погибнет твоя семья, друзья? – Это казалось еще более ужасной участью, чем просто умереть, какие бы пытки не применили бессмертные. Вечность, чтобы осознать свою ошибку.

– У тебя есть Эдриан, разве это не соблазнительно, а, Тео? – хмыкнула девушка. – Быть с ним и не бояться ничего. Ни смерти, ни других вампиров. Это имеет смысл.

– Я не боюсь смерти. – Нет, я боялась только боли, и той ненависти, на которую были способны бессмертные. – Разве тебе не хочется, чтобы все наконец закончилось?

– Не думаю, что дальше будет лучше. Ты же видишь к чему все идет. Забудь о нашей цивилизации, она была лишь фикцией – они позволили нас существовать, дали иллюзию полной свободы и власти, а потом… Однажды это должно было случиться, я даже предвидела такое будущее. Действительно ли мы были им нужны? – Она на минуту задумалась. – Наверное, им просто надоело терпеть наши глупые выходки.

– Думаю, у людей еще есть шанс. Сколькие были готовы сражаться?

– Из наших? Единицы. Большинство схватили сразу же, увы, никто из нас не был готов, нам нечего им противопоставить.

– Но еще есть охотники, – предположила я, просто не веря, что все может вот так закончиться.

–  Я бы на это особо не рассчитывала, максимум, на что они способны – это партизанская война, но однажды вампиры истребят их до последнего. Слава Богу, мы этого уже не увидим. – В полумраке разнесся сдавленный смешок.

– Они нас казнят? – Вполне предсказуемо.

– А ты думала, отправят на курорт сил набираться? Конечно, казнят. Мы еще вообще пожалеем, что родились. Уверена, они очень изобретательны в том, что касается смерти.

– Мы можем  попытаться сбежать…

– По-моему, ты начиталась "Графа Монте Кристо". Эта тюрьма только выглядит как одна большая дыра, только, чтобы мы в это поверили. Ты себе даже представить не можешь, как тщательно она охраняется, не говоря уж о видеокамерах с датчиками движения. Черт, и представить не могла, что когда-нибудь окажусь по другую сторону решетки. Знала бы, прорыла отсюда подземный ход.

Мы какое-то время молчали, и тишина казалась живой, она насмехалась над нами, периодически скрываясь за все новыми звуками, которые казались лишком громкими для этого богом забытого места.

– Ты беременна?

Я вздрогнула от ее слов,  резко открыв глаза. Внезапно навалившаяся сонливость исчезла без следа.

– Нет.

– Зря, тебя бы это могло спасти, – со знанием дела сообщила Виолетта. – Они очень ценят детей, ха, у них с плодовитостью проблемы. Надо было думать головой, Тео, и не упускать возможность.

– Заткнись, – сухо процедила я, поднимая колени к подбородку и обхватывая ноги руками. – Без советов обойдусь.

– А что? Вы же там не в салочки играли, так бы хоть камера была поприличней, а там, если бы еще и мальчик родился, они бы стали добрее, может быть даже сохранили жизнь и тебе.

Я ничего не ответила, слишком устав от ее болтовни.

– Разве это не печально, Тео? Отец не придет, Эдриан тоже, и ты осталась одна. Никто не спасет. В итоге, мы на равных.

– Я это уже поняла, просто помолчи.

Но девушка, казалось, только разговорилась.

– Каково это умирать во второй раз? На этот раз уже наверняка.

Я не знала, стараясь вообще не думать о смерти, потому что жизнь не могла закончиться так рано. Все же было впереди – университет, работа, семья, потом ребенок. Только моя жизнь шла наперекосяк. Я могла бы съездить в Австралию, прыгнуть с парашюта, попробовать маракуйю, искупать ночью в городском фонтане, потратить все заработанные деньги за один поход в СПА-салон, отправиться автостопом по миру…

Ничего… ничего из этого не будет, только холодные стены тюрьмы, а потом… боль и темнота. Стоило ли вообще сражаться? Бороться за свою жизнь, если она все равно висела на тонкой надрезанной ниточке? Да, пожалуй. Были несколько месяцев с Эдрианом, когда страх отступал на второй план, месяцы, которые я променяла вот на это.