Жизнь меняется - Шарп Элис - Страница 15

— Но Грейс…

— Нужно соблюдать осторожность, так как в прошлом году у нее был выкидыш. Я не должен был позволять ей столько трудиться на вечеринке Джинни. Неделя или две покоя и она будет как новенькая.

— Но, как же ты обойдешься неделю или две без Грейс? Кто будет готовить?

— Я не знаю. — Джек вздохнул. — Сэл, я думаю. Но одной Сэл не управиться. Поэтому я найду кого-нибудь в городе. Чтобы убирали дом и готовили.

— Я могу, — сказала Роксанна.

— Ты?

— Я могу готовить. То есть я смогу научиться.

Его мозг лихорадочно работал. Как бы помягче ее отговорить, чтобы не обидеть? Он не хотел, чтобы она была рядом с Сэл.

— У тебя есть работа в Сиэтле, — пробормотал он.

— У меня две недели отпуска. А ты был так добр ко мне. Я чувствую, что должна отплатить тебе тем же.

— Нет, Роксанна. Так не пойдет. Ты ничего мне не должна.

— Что за чепуха. Конечно, должна.

— В любом случае, — добавил он, — ты ищешь Долли Аамес.

— У меня нет ни одной зацепки, кроме той, о чем молчит твоя бывшая няня, Джек. И ты в курсе. Ты же слышал наш разговор этим утром… Сэл что-то знает. И я решительно настроена разведать, что же именно она скрывает.

— Ты — трудный человек, — сказал он, вздохнув. — Настойчивый. Упорный.

— Ты мне льстишь.

— И не думал.

Она набрала воздуха в грудь, и Джек приготовился к новой атаке.

— Скажи, что я должна сказать или сделать, чтобы ты разрешил мне остаться здесь, приглядывать за Джинни, помогать Нэнси на радиостанции и выяснить, что скрывает Сэл.

Джек рассмеялся.

— Проникновенно, Роксанна. Кажется, кто-то говорил, что нельзя принимать решения за других людей.

— Я серьезно, — заметила она.

— Я знаю, что серьезно.

— Конечно, Джинни меня не знает, но я не думаю, что она меня боится.

— Согласен. Джинни тебя не боится.

— И мне понравилось сегодня на радиостанции. Я могу помочь Нэнси. Я знаю, что могу, и не думаю, что она станет возражать.

— Нет, она не станет возражать. Более того, это снимет с нее стресс. А именно это нам и надо.

— Вот видишь? Три часа эфира — это отлично.

— Подумать только, сколько всего я могу сделать! Я возьму Джинни с собой на студию. Ей там понравится, вот увидишь!

Встревоженный ее настроем и планами, Джек сказал:

— Это все хорошо, кроме Сэл.

— Позволь мне поговорить с ней. Обещаю, что не обижу ее.

Он немного подумал. Роксанна давала гораздо больше, чем просила. Если бы дело касалось кого-то другого, а не Сэл…

— У Сэл и так было достаточно трагедий в жизни.

— Что ты имеешь в виду?

Джек покачал головой. Ему не стоило говорить больше.

— Как насчет компромисса?

— Какого?

— Скажем так: ты остаешься здесь и делаешь всю работу, а взамен я поговорю с Сэл.

— Ты поговоришь с Сэл? Обещаешь?

— Клянусь.

Пристально посмотрев на него, Роксанна наконец сказала:

— Даю тебе неделю.

— Две недели.

— В конце второй недели мне нужно будет вернуться домой. Если у Сэл окажется верная ниточка, то у меня не останется времени ее проверить. Как насчет девяти дней? Если ты не сможешь ничего узнать, тогда я поговорю с ней сама.

— Хорошо.

Они замолчали. Он не знал, о чем она думает. У него было ощущение, что она его обыграла, хотя он не понимал, в чем именно.

— Ну и денек сегодня, — наконец произнес Джек.

— И это воскресенье. Могу представить, каковы твои рабочие будни.

— Не такие интересные, как этот, — сказал он, обхватив руками колено, и добавил: — Спорю, что твои будни не менее занятые. — (Она пожала плечами.) — Расскажи мне, чем ты занимаешься?

— Я продюсер дневного шоу «Полуденное обозрение».

— Что это такое и что делает продюсер?

— Это девяносто минут телевизионного времени: новости, местная информация, какие-то репортажи, тематические материалы, встречи с интересными людьми. Руководит всем Леон, мой босс. Я организовываю работу, выбираю темы для шоу, договариваюсь с гостями, беру у них интервью, пишу сценарии, речи и тому подобное.

— У тебя обширное поле деятельности.

— Но разбежаться негде. Леон забраковывает половину моих предложений. И недавно я поняла, что если захочу сделать на этой работе что-то действительно стоящее, то только на месте Леона.

— Берегись, Леон.

Роксанна засмеялась.

— Ты амбициозна.

— Да. А ты разве нет?

На этот раз засмеялся он.

— Посмотри вокруг, — тихо проговорил Джек. — У меня есть все, чего может желать человек. У меня есть ребенок, которого я обожаю, работа, которая мне нравится. У меня есть друзья, дом, который принадлежал моей семье несколько поколений. — Он поднял голову и добавил: — Ты только посмотри на это небо!

— Это тоже твое?

— Каждый дюйм, — кивнул он. — Повторяю: у меня есть все.

— Не говоря уже об огромном количестве животных и их детенышей.

— Именно.

— Я полагаю, это все досталось тебе с рождения?

— Нет, я родился на побережье, в Северной Калифорнии, в маленьком городке Аката. Моя мама гостила там у родственницы. Отец увидел меня впервые, когда приехал за мамой.

— Ты был желанным и любимым всю жизнь, — грустно отозвалась Роксанна.

— Почти. Правда, не забывай те годы, что я провел с Николь. Она не пожалела усилий, чтобы сделать несколько весьма ощутимых отметин на моей жизни.

— Она преуспела в этом?

— Более или менее. Когда женщина уходит от мужчины, он испытывает унижение. Это проявляется и в том, что он не заводит новых романов.

— С тех пор как она ушла?

— Романы? — Он тихо засмеялся. — Я думаю, что эта часть моей жизни на замке.

— Ты думаешь, что это так, или знаешь, что так оно и есть?

— Ты всегда так настойчива, Роксанна?

— Почти всегда.

— По правилам справедливой игры теперь моя очередь задавать вопросы. Что же случилось с твоим парнем?

Какое-то мгновение он думал, что она не станет отвечать. Наконец Роксанна пробормотала:

— Он расстался со мной.

— Он что, сумасшедший?

Она засмеялась.

— Спасибо. Нет, он не сумасшедший. В какой-то степени вы с ним похожи. Он хочет того же, что и ты. Другими словами, он хочет иметь жену, но считает, что я в жены не гожусь.

— Мне кажется, что у него не все в порядке с головой.

— Он очень красивый ведущий вечерних новостей. Ему тридцать два года, никогда не был женат. Обычно говорят о том, что у женщин тикают биологические часы, я же думаю, что Кевин слышит свои. Он хочет ребенка. Однажды он встретился с моей мамой, хотя знает, как я к ней отношусь. Мне он сказал, что я зациклилась на карьере. Он сказал, что я такая же, как моя мать.

— И ты в это веришь?

— Не знаю. Может быть.

— Ты хочешь того, чего хочет он?

— Ребенка? Замужества? Не знаю. Не так, как это было у моей матери. Я росла, чувствуя себя очень одинокой. И никому не пожелаю расти так же. Ты сам только что сказал, что я амбициозна. Может, это у меня в генах? Может, у меня и нет другого пути?

Джек взял ее руку в свою, а другой рукой дотронулся до ее подбородка и повернул к себе ее лицо.

— Ты поцеловала меня сегодня, — сказал он.

Роксанна попыталась вывернуться, но он держал ее крепко и не собирался снимать с крючка, на который она попалась.

— Ты… ты выглядел так, словно тебе был необходим поцелуй.

— Забавно, но именно так сейчас выглядишь ты.

— Нет.

— Да, — прошептал он, приблизив к ней свое лицо.

Ее губы были такими мягкими. Он сильнее прижался к ним и почувствовал, как Роксанна тает, прижимаясь к нему всем телом. Ее уступчивость удивила его.

— Роксанна, — прошептал он и вновь поцеловал ее.

Крепко держа ее в объятиях, она гладил ее волосы, целовал шею, ласкал грудь. Они оба были возбуждены. Он уже не мог думать. А почему он должен думать?… Но не в его стиле было полностью отдаваться чувству. Это был просто поцелуй… несколько поцелуев. И еще один… или, может быть, дюжина…