Нежный огонь любви - Кренц Джейн Энн - Страница 61

— Расчет, этот корабль слишком похож на те яйца! У него такой же цвет, та же форма. И привел нас сюда осколок скорлупы, который был у меня в кармане

Я же сказала тебе, что те синие твари были на планете чужими. Ну пойдем же!

Но Расчет был уже рядом с зияющей черной дырой. Зельде пришло в голову, что у человека со способностями механика — а ведь у Расчета настоящий талант к работе со всевозможными механизмами! — это инопланетное устройство будет вызывать непреодолимое любопытство.

— На этом корабле никого нет, Зельда. Если они не погибли во время крушения, то, наверное, превратились в закуску для местных обитателей.

— Нет, — тихо, но уверенно возразила она. — Сначала они отнесли свои яйц, а в прибежище Может, они следовали тому же мысленному зову, что и мы. Может, этот зов притягивает к себе разумные существа. И отталкивает все остальные. Прибежище было задумано как архив, который нашли бы другие. То, что прилетело на этом корабле, и нашло его. Видимо, прибежище показалось пришельцу подходящим местом для яиц.

— Ты исходишь из того, что корабль и то, что в нем находилось, были не из системы Девятой Строфы.

— Я уверена в этом, — упрямо заявила Зельда. — Я же говорю тебе: в нем что-то не то.

— Для того чтобы выяснить, что было на самом деле, понадобится подробное научное исследование. Может, на этой планете, появились еще одни разумные существа.

— Нет.

Расчет поводил лучом кварцфонарика по помещению корабля:

— Нельзя так уверенно это отрицать, Зельда.

— Расчет, пожалуйста, отойди оттуда! После того что было с яйцами, глупо было бы думать, что этот корабль не опасен. Может, он защищен так же, как были защищены те яйца.

— Подожди минутку. Я хочу рассмотреть все поближе. Кажется, этот металл не подвержен коррозии, какую испытывает на Ренессансе большинство металлов. Мы потом сможем найти этот корабль. — Расчет

Ввел в поисковую систему какой-то код. — С этой штукой и прибежищем можно будет немало заработать И тогда запустим» Окончательный Расчет, лимитед» на полную катушку!

— Ты ни о чем больше думать не можешь? Только о том, как бы выгоднее продать эту информацию? Ты зациклился на одной идее, Тэйг Расчет! Как ты не понимаешь! Это же важнейшее открытие столетия! В конечном итоге оно может оказаться даже более значительным, чем прибежище. А ты говоришь только о том, сколько денег тебе даст продажа его координат!

— Угу. Ну, нельзя же забывать о собственной выгоде! — Он подошел еще ближе, светя фонариком сквозь зазубренные края дыры. Неожиданно послышалось шипение — и из темноты выскочило нечто с длинным хвостом, на коротеньких ножках. Расчет отскочил, и потревоженный обитатель корабля скрылся в джунглях.

— Что это было? — испуганно спросила Зельда.

— Тараканер. Они любят пещеры. Этот, верно, решил, что ему крупно повезло. Такую пещеру нашел! — Он сунул голову в отверстие и поморщился. — Ну и вонь! Этот тараканер тут давно поселился.

Зельда подошла ближе. Она чуть не задохнулась от вони.

— Ты собираешься зайти в корабль?!

— Только посмотрю немного.

— Мне не нравится твоя идея, Расчет.

— Я всего на минуту. — Он перешагнул через зазубренные края дыры. — Оставайся тут, чтобы я мог тебя видеть.

Зельда неохотно подошла ближе. Ей тоже было интересно, что же там, в корабле, хотя внутренний голос говорил ей: лучше держаться от него подальше. С другой стороны, их открытие было уникальным. И она хорошо понимала, почему Расчет так им заворожен. И все-таки ей это очень не нравилось — так же, как ей не нравилось все, что было связано с теми яйцами.

Луч кварцфонарика перемещался внутри корабля, скользя по рядам непонятных приборов. Перед ними было нечто вроде шезлонга, который мог служить сиденьем или постелью существу размером с человека, но форма у него была какая-то странная. Зельде вдруг представилось, как одна из синих тварей размером с человека развалилась в этом шезлонге — бр-р-р… Твари из яиц были достаточно мерзкими в виде детенышей. Ей не хотелось даже думать, каков их взрослый вариант.

— Посмотри-ка вот на это, Зельда! — Расчет посветил фонариком на длинный ящик. Он был изготовлен из того же черного металла, что и корпус корабля, но крышка оказалась прозрачной — возможно, пластиковой. Она была исцарапана, словно по ней прошлись чьи-то зубы. Однако этим «зубам» открыть ящик не удалось

— Как ты думаешь, что это? — спросила Зельда.

— Какой-то странный ящик. Наверное, там что-то хранится. Не могу рассмотреть, что внутри. Верхняя поверхность вроде прозрачная, но луч фонарика сквозь нее не проходит. Может, я смогу открыть крышку.

— Не надо, Расчет! Он похож на гроб. Пусть этим занимается разведывательная компания, у которой будет соответствующее оборудование и много времени в запасе. У нас сейчас нет ни того ни другого.

Он приостановился, признавая истинность ее слов, но его взгляд не мог оторваться от длинного ящика. Зельда поняла, что увести Расчета с корабля будет непросто. Слишком свежо было воспоминание о том, с каким упорством он желал принести из прибежища яйцо. Она решила, что сделает все, чтобы разрушить чары, которыми его опутал корабль.

— Я посмотрю еще минутку, Зельда. Расчет провел рукой по ящику в том месте, где прозрачная крышка соединялась с черными боками.

— Как хочешь. — Она решительно повернулась. — Я ухожу.

— Зельда! Не глупи. Ты не можешь уйти без меня.

— Ты так думаешь?

Она была абсолютно уверена в том, что ей надо вывести Расчета из корабля. Тревога не покидала ее, как и тогда, когда она пинками выталкивала синий труп за границу защищенного круга.

— Черт подери, Зельда, вернись сейчас же! Это приказ!

— Нет. Если не хочешь, чтобы я ушла одна, идем со мной. — Она приостановилась у стены зелени и обернулась:

— Расчет, я не шучу. Я ухожу, и… Расчет!!!

Его имя сорвалось с ее губ криком: глядя назад, на его застывшую фигуру, она увидела, как внутри корабля вдруг вспыхнул черный свет. «Но ведь свет не бывает черным!»— с ужасом подумала Зельда. Время остановилось. Из недр корабля вырывалась энергия, рассыпавшаяся вокруг застывшего с бластером в руке Расчета. Несколько мгновений он смотрел на нее с искаженным от боли лицом, а потом упал внутрь корабля, так что она перестала его видеть. Черный свет вспыхнул еще один раз — и погас.

Ахнув от ужаса, Зельда бросилась назад, остановившись у самого корабля:

— Расчет! Расчет!

Ничего не было видно. Кварцфонарик погас. «Он погиб!»— мелькнула мысль. Нет! Это невозможно! С отчаянной поспешностью она начала карабкаться по разбитому корпусу и уже перекинула было ногу через стену, когда услышала, как по металлу скребут тяжелые когти.

Зельда застыла. Откуда-то возникла уверенность, что длинный, похожий на гроб ящик открылся. Одной этой мысли было достаточно для того, чтобы от страха у нее закружилась голова. Делая над собой усилие, чтобы не побежать, она начала медленно отступать. Не в силах оторвать взгляда от рваного отверстия, она старалась отойти подальше от того ужаса, который находился внутри. Однако ей казалось, что она стоит на месте. Это было похоже на кошмарный сон, когда хочешь убежать, но не можешь заставить свое тело слушаться.

В проеме возникло синее кожистое тело. Оно буквально загипнотизировало Зельду. Его бледное переливчато-голубое брюхо казалось отвратительно блестящим. Массивная голова с огромной зубастой пастью. В красных глазах — равнодушный, смертоносный, тусклый блеск, свойственный всем рептилиям. Небольшие отростки, которые она заметила у детеныша, действительно очень сильно напоминали руки. И в одной из них был зажат бластер Расчета.

Даже джунгли таили меньше ужасов, чем этот черный корабль. Зельда бросилась бежать.

— Гонщик!

Расчет! Он жив? Зельда оглянулась, но его нигде не было видно. Инопланетянин перенес через зазубренный край пробоины массивную когтистую лапу. Он идет за ней! Но ведь Расчет где-то рядом! Изо всех сил Зельда пыталась заглянуть чудищу за спину.