Замурованная. 24 года в аду - Кауторн Найджел - Страница 6

Стоило австрийской прессе и телевидению рассказать историю Фрицля – насильника из подвала, на женщину нахлынули воспоминания, и она поняла, что именно этот человек изнасиловал ее более сорока лет назад.

Третья женщина из Линца пришла в полицию уже в апреле 2008-го, сообщить о попытке Фрицля изнасиловать ее. Она была его коллегой по работе, и тогда ей было двадцать четыре года. Второго мая, как сообщили сотрудники, дело было найдено и взято на рассмотрение. Но австрийские правоохранительные органы заявили, что преступление уже не может быть рассмотрено в суде, потому что прошло уже более пятнадцати лет и срок давности вышел.

Все же, после того как Фрицля осудили, ему пришлось отправиться в тюрьму. После этого он потерял работу. Но он был не просто прекрасным инженером – у него был талант придумывать новые технические приспособления, благодаря чему в 1969-м, сразу после освобождения, он нашел себе место, несмотря на судимость.

«Мой отец часто говорил, что он просто гений, – сказала дочь его нового босса, Карла Зегентера. – Он был восхищен тем, что делал Фрицль».

Его изобретательность позже найдет себе извращенное применение, когда он построит сложную темницу с электроуправляемой раздвижной железной дверью, где будет держать в заточении беспомощную Элизабет и ее детей.

Когда невестка менеджера компании узнала, что Фрицль имеет судимость, она выразила свой протест против его приема на работу. «Я не хочу этого», – негодовала она. По ее мнению, Фрицль был опасен, и она неоднократно повторяла своим детям, чтобы те держались от него подальше.

Одна из работниц компании, в которой Йозеф Фрицль трудился инженером и менеджером по закупкам на протяжении всех 1970-х, также рассказала о своих страхах. «Он работал безукоризненно, – сказала она. – Но с ним всегда было как-то непросто, потому что все знали, что он провел какое-то время в тюрьме за изнасилование».

Соседям в Амштеттене также было известно о его судимости. «Мне было десять в то время, – припоминает пятидесятилетняя местная жительница. – Но я помню, как мы детьми боялись играть рядом с домом Фрицля из-за слухов о том, что он изнасиловал женщину и отсидел за это».

Позже Фрицль работал коммивояжером в немецкой фирме, а потом устроился инженером-электриком в компанию по производству промышленных сверл. В 1973 году они вместе с женой приобрели летний домик для гостей с площадкой для кемпинга в идиллическом туристическом местечке в горах на берегу озера Мондзее, в районе Зальцкаммергута Воклабрук, неподалеку от Зальцбурга, которым управляли до 1996 года. Потом, в восьмидесятых годах, Фрицль решил серьезно заняться недвижимостью и приобрел несколько домов в Амштеттене. Тогда он уже был владельцем просторного серого таунхауса в Амштеттене по Иббштрассе, 40, и несколько расширил его за счет заднего двора, чтобы там одновременно могли проживать до восьми жильцов. Семья жила на верхних этажах; внизу размещался подвал.

За эти годы Фрицль приобрел еще пять владений и основал компанию по производству нижнего белья. Но все его попытки заняться недвижимостью и прочим ни к чему не привели, и его бизнес прогорел. Известно, что в результате своих разнообразных начинаний он влез в долги, сумма которых превысила два миллиона евро, но в глазах горожан он был «значительной фигурой», как выразился начальник городской полиции. В Амштеттене он слыл человеком уважаемым, влиятельным, его нередко видели за рулем «мерседеса». Он носил дорогую одежду, золотые перстни на пальцах и золотую цепь на шее. Даже когда он отправлялся выполнять поручения по работе, на нем всегда был аккуратный пиджак, накрахмаленная рубашка и галстук.

В общем и целом в Амштеттене Фрицля знали как человека обходительного, любящего порыбачить, выпить пивка и перекинуться парой-тройкой непристойных анекдотов с соседями. Но он был лицом частным; не проявлял активного участия в жизни города или его прихода. Даже его товарищи по клубу рыболовов сходились во мнении, что он был не слишком общительным. Фрицль не прикладывал особых усилий, чтобы влиться в коллектив, зато всегда исправно платил членские взносы. «С ним никогда не возникало проблем, – сказал управляющий клуба Рейнард Керн. – Действительно ли он ездил рыбачить, или нет – откуда мне знать? Может, это было его алиби».

Но подавляющее большинство соседей запомнили его как приветливого и даже неприметного человека, который предпочитал держаться особняком. По сути, он принадлежал к тому вполне состоятельному кругу бизнесменов, у которых никогда не было недостатка в правильных друзьях – и в правильных местах.

Когда все записи по делу Фрицля об изнасиловании были уничтожены по законам Австрии за сроком давности после десяти лет, он мог спокойно держать марку убежденного, благодетельного семьянина. В такой глубоко католической стране, как Австрия, для отца семейства немаловажно произвести на свет большое потомство, и у семейства Фрицлей родилось пятеро девочек и двое мальчиков. Ульрика появилась на свет в 1958 году; Розмари в 1961-м; Гаральд в 1964-м; Элизабет в 1966-м; близнецы Йозеф-младший и Даниэль в 1971-м; и Дорис в 1973-м.

Со стороны все было чудесно. Йозеф Фрицль был инженером-денди за рулем красивой машины, отец таких послушных ребятишек. Правда состояла в том, что за закрытой дверью он становился суровым командиром, что само по себе не было редкостью для австрийцев его поколения.

Фрицль сказал, что его любимым ребенком была Элизабет, третья дочь от его брака с Розмари, но это отнюдь не означало, что для нее делались какие-либо поблажки. Оказалось, что из-за ее красоты ей доставалось еще сильнее, чем другим, и он избивал ее особо безжалостно. Времени, чтобы баловать детей, у Фрицля не было. Дома, в консервативной австрийской семье, командовал всегда муж – но даже тем, кто разделял его принципы, он казался излишне строгим.

«Лично на меня Зепп всегда производил впечатление разумного и успешного человека», – сказал Леопольд Штутц, помощник мэра Лазберга, городка, приютившегося в 50 км от Амштеттена. Штутц был близким другом Фрицля, они с семьями даже выбирались на совместные праздники. «Он часто говорил, что у него идеальная семья. Со своими детьми он был строг – строгий, но справедливый отец, я должен вам заметить. Ему достаточно лишь сжать кулак, а детвора уже лежит в постели. Он всегда подчеркивал, что для него образование и карьера – всегда на первом месте».

Но не все были так оптимистичны. Свояченица Фрицля Кристина заявила австрийской газете «Остеррих», что муж ее сестры был «деспотичной тварью», который умело скрывал свои бесчинства. «Любой, кто смотрел ему в глаза, оказывался одураченным», – сказала она.

Семья жила в вечном страхе вспышек его гнева. «Он не допускал разногласий, – сказала Кристина. – Если он говорил черное, то это было черное, будь это хоть десять раз белым». Она приходила в бешенство от его грубого обращения с детьми. «Я всегда ненавидела его, – сказала она. – С детьми он вел себя как какой-то армейский инструктор по строевой подготовке. Когда он входил в комнату, они должны были бросить все, чем бы ни занимались, и стоять по стойке смирно. Тишина воцарялась в одно мгновение – даже если секунду назад они были увлечены игрой. Можно было физически ощутить их постоянный страх перед наказанием».

Дети не должны были издавать ни звука, пока их отец находился в комнате. Если они нарушали правило или забывали сказать «пожалуйста» и «спасибо» – он принимался бить их, приучая ходить по струнке. Почти никогда им не разрешали приводить друзей. Если друзья все же приходили, то должны были покинуть дом немедленно после возвращения отца с работы.

Кристина была уверена, что жестокое отношение Фрицля к семерым своим детям и ее старшей сестре Розмари стало причиной того, почему почти все дети рано женились и вышли замуж. «Для них единственной возможностью сбежать из этого ужаса была своя семейная жизнь, – сказала она. – И они этой возможностью воспользовались, как только стали достаточно взрослыми для этого».