Тайна Зеленой планеты - Саломатов Андрей Васильевич - Страница 37

— Разрешаю, — буркнул командир корабля и отвернулся.

— Неужели Тумбук погиб? — всхлипывая, спросил Фуго у Цицерона.

— Нет, — ответил робот. — Тумбук повернул назад, как только мы увидели вас.

— А кто же тогда погиб? — сквозь слезы спросил мимикр. Цицерон с Алешей удивленно посмотрели на рогатую голову Гармы, и робот неуверенно спросил:

— Фуго, это ты?

— Да, — жалобно ответил мимикр.

— Фуго! — воскликнул Алеша. — Ты живой?!

— Как видите, — высморкавшись, проговорил мимикр и, как бы в доказательство сказанного, принял свой прежний вид.

— Так ты не разбился?! — завопил Алеша и бросился обнимать друга.

— Нет. Зачем же мне разбиваться? Я научился летать и теперь, как ковер-самолет, могу спрыгнуть с любой высоты.

Выяснив, что все живы и здоровы, друзья принялись обниматься, как-будто не видели друг друга по меньшей мере лет десять. Алеша приподнял мимикра и так сжал его, что Фуго захрипел, затем выдохнул воздух и выскользнул из крепкий объятий. Плюхнувшись вниз, он обвился вокруг Алешиных ног и посмеиваясь, сказал:

— Честно говоря, я тоже думал, что разобьюсь, но ошибся. Как же все-таки приятно иногда ошибаться. Я снова с вами.

А Цицерон в это время стоял за спиной у Алеши и радостно бормотал:

— Фуго, бандит, разбойник, булыжник, пенек, как же ты нас напугал. От моих железных нервов остались одни лохмотья, металлическая стружка, а может даже и опилки.

После красочного рассказа Фуго о том, как он спасся, мимикр пообещал в ближайшее же время продемонстрировать друзьям свое умение летать. Для пущей убедительности он принял форму какой-то уродливой птицы, похлопал мягкими перепончатыми крыльями, но взлететь так и не сумел. Птица лишь смешно подпрыгивала на месте и бегала по кругу.

— Но если меня сбросить с горы, — пыхтел Фуго. — Я обязательно…

Неожиданно в разговор вмешался Эдуард Вачаганович.

— Все, — строго сказал он. — Хватит изображать из себя подбитую индюшку. Нам пора уплывать. Мы и так задержались на этой планете сверх всякой меры. По пути расскажете, как вам, безответственным бездельникам, удалось бежать с корабля. А теперь все на плот.

Погрузка заняла не более двух минут. Вася сбегал к костру, принес горящих углей и разжег костер. Затем все, кроме командира корабля и механика, расселись вокруг глиняной площадки, а Цицерона попросили не шататься по плоту, а лечь и не двигаться, потому что от его веса плот сильно накренялся.

Когда вся команда была готова к отплытию, Эдуард Вачаганович подошел к Николаю и вручил ему шест.

— Справишься? — спросил он.

— А что здесь справляться-то? — пробурчал Николай, которого страшно мучил стыд за то, что он показал себя трусом на крыше святилища.

Капитан похлопал механика по плечу и, чтобы никто не слышал, тихо сказал:

— Ничего-ничего. И не такое бывает. Главное, все обошлось. Все мы испытываем страх. Надо только суметь удержаться от постыдного поступка, чтобы потом не жалеть. А для этого есть очень хороший рецепт: в любой ситуации думай о жизни, а не о смерти.

Глава 25

А тем временем на корабле радист Афанасий в очередной раз связался с планетой Анибур, и ему сообщили, что спецгруппа наконец вернулась с задания и готова вылететь на поиски пропавших ученых и капитана корабля.

Записав точные координаты, в каком месте на Зеленой планете находятся потерпевшие, диспетчер пообещал, что отряд вылетит немедленно и прибудет ровно через шестнадцать часов.

Спецгруппа появилась на следующий день. Они посадили свой корабль в каких-нибудь ста метрах от «Виктории» и уже через полчаса появились, чтобы задать радисту несколько вопросов.

Десять спасателей выглядели очень внушительно. Это были здоровые парни, увешанные оружием, какими-то приборчиками, саперными лопатками, разнокалиберными баллончиками, крючками и тросиками. Не смотря на молодость, лица и кисти рук у многих были покрыты шрамами, а в глазах читалась усталость. Особенно измученным выглядел командир спецгруппы двухметровый немолодой человек с непроницаемым лицом и пудовыми кулаками. Войдя в рубку, он сразу плюхнулся в кресло и только тогда представился:

— Подполковник Зайцев. Кого будем спасать?

— Всех, — испуганно ответил щуплый Афанасий.

— Поточнее пожалуйста, — бесстрастно попросил командир. — Сколько их, куда и зачем пошли, когда и где пропали?

— Понимаете, — начал Афанасий. — Когда мы сели на эту чертову Зеленую планету, выяснилось, что научную станцию засыпало оползнем, но из ученых никто не пострадал и они подались на юг…

— Как птицы что ли? — спросил Зайцев.

— Вроде того, — ответил радист. — Понятно, что надо было вытаскивать ученых из этой дыры. Вот капитан со штурманом и механиком и отправились их спасать, но где-то в лесу потеряли вездеход, и связь с ними оборвалась.

— Как можно потерять вездеход? — удивился командир спецгруппы. Туземцы что ли угнали?

— Кажется, они утопили его в зыбучих песках, о которых нас предупреждали ученые.

— Так значит вы виделись с учеными? — спросил Зайцев.

— Нет, — ответил Афанасий. — Они оставили нам записку, но кто-то оторвал половину листка, и там осталось только «зы…». Как мы думали, это и означает — зыбучие пески.

— Ясно, — устало проговорил Зайцев. — Что было дальше?

— А дальше мальчишка с грузовым роботом и мимикром — вот её племянником, — радист указал на Даринду, и командир смерил маленькую тетушку удивленным взглядом. — В общем, эти трое сбежали спасать капитана и его команду. Но они тоже пропали. И тогда помощник капитана с поваром и главным механиком ушли спасать их.

— Ну и дела, — покачал головой Зайцев.

— Но самое странное, — продолжил радист, — что они тоже пропали, и теперь я не знаю, что думать.

— Думайте, что все окончится хорошо, — посоветовал командир спецгруппы. — Стало быть, вся команда и все пассажиры… — Зайцев посмотрел на Даринду и поправился: — Кроме вас и этого мимикра…

— «Этой», — перебила его тетушка Фуго. — Я женщина.

— Прошу прощения, мадам, — извинился командир спецгруппы. — Стало быть, все ушли спасать друг друга и никто из них не вернулся? Я правильно вас понял?

— Абсолютно, — ответил Афанасий.

— Все они, как какие-нибудь скворцы, подались на юг. Я правильно вас понял?

— Абсолютно, — кивнул радист.

— И на связь не выходят.

— Абсолютно, — подтвердил Афанасий и смущенно спросил: — А вы не пропадете, как вся наша команда?

— Мы? — удивился командир спецгруппы и самодовольно рассмеялся. — Мы не можем пропасть, даже если эта симпатичная планетка развалится на сто кусков. Мы вытаскиваем потерпевших из жерла действующего вулкана и океанских впадин. Но вот у вас здесь на юге что-то не все в порядке. В общем, будем искать. — Зайцев тяжело поднялся с кресла и спросил: — Нет ли на корабле фотографий пропавших?

— Вы боитесь спутать их с туземцами? — спросил радист.

— Такой порядок, — строго ответил Зайцев.

— Нет, — развел руками Афанасий. — Но я могу вам их описать.

— Послушайте, — вдруг перебила радиста тетушка Фуго. — Пока вы тут разговариваете, им может быть нужна срочная помощь. Может именно в этот момент кто-нибудь из них гибнет в зубах хищного зверя.

— Если именно сейчас кто-то погибает, — хладнокровно ответил командир спецгруппы. — Мы все равно уже не успеем его спасти. Но постараемся отыскать личные вещи и вернуть их родственникам.

— У моего племянника нет личных вещей, — расплакавшись, воскликнула тетушка Фуго. — Шляпу и значок «Галактическое Содружество» он оставил здесь.

— Не волнуйтесь, мадам, — попытался успокоить её Зайцев. — Если не будет вещей, мы попытаемся восстановить картину его гибели и расскажем родственникам погибшего, какими были его последние минуты.

— О, господи! — зарыдала Даринда. — Вы совершенно бесчувственные люди!

— Успокойтесь, мадам, — ответил командир спецгруппы. — Мы не бесчувственные. Мы — профессионалы.