Деволюция человека: Ведическая альтернатива теории Дарвина - Кремо Майкл А. - Страница 142

В 1978 году Ян Стивенсон осматривал Генри Деммерта-третьего и сфотографировал родимое пятно. По словам Стивенсона: «Родимое пятно было немного ниже и сбоку от левого соска груди, примерно на уровне шестого ребра. Оно было… примерно 3 сантиметра в длину и 8 миллиметров в ширину. Конец пятна, ближний к центру груди, был немного ярче, чем другой. Родимое пятно не выступало на теле, скорее, было немного как бы вдавлено в кожу» (Stevenson. 1997. P. 420). Стивенсон добавляет: «Если бы на этом месте была ножевая рана, то нож бы задел сердце. Ни у кого из членов семьи не было подобного пятна на груди» (Stevenson. 1997. P. 420). Форма родимого пятна была почти треугольной. Дальше Стивенсон говорит: «По форме родимого пятна даже можно было определить, каким именно ножом был убит Генри Деммерт-младший – это был либо складной, либо кухонный нож с одной режущей стороной» (Stevenson. 1997. P. 421).

Экоуроуме Ученду был членом племени игбо в Нигерии. Как пишет Стивенсон, он был «целителем в рамках традиции племени» (Stevenson. 1997. P. 1652). Его сестру звали Ванкво. Она выросла и вышла замуж. Однажды она поссорилась с человеком по имени Кафор, который пригрозил ее убить. Ванкво пожаловалась брату, попросив у него помощи. Он наслал на Кафора проклятье, и через некоторое время тот умер.

У самого Экоуроуме Ученду было несколько жен. В 1946 году у одной из его старших жен Оньеньерего родилась дочь. От шамана Ученду узнал, что его дочь Нваний была инкарнацией его сестры Ванкво. Нваний умерла в возрасте одного года. Веря, что смерть девочки не была случайной, Стивенсон пишет: «Он думал, что, будучи перерождением его сестры, Нваний могла бы и подольше остаться в этом мире в благодарность за то, что он помог ей избавиться от Кафора. В приступе гнева он отрезал у мертвой девочки несколько пальцев рук и ног. Ее ноги он связал веревкой, символически запретив ей ходить. Чтобы душа Ванкво/Нваний никогда не возвращалась, он положил отрезанные пальцы вместе с некоторыми из своих снадобий в маленький мешочек и повесил его у себя в доме. Этот ритуал должен был запретить Ванкво/Нваний когда-либо родиться в семье Экоуроуме Ученду» (Stevenson. 1997. P. 1633).

После этого Экоуроуме Ученду взял еще одну жену по имени Иродирионьерку, которая ничего не знала ни о Нваний, ни о проведенном ритуале, запрещающем перерождение. В течение 11 лет она родила троих детей. Однажды, делая в доме перестановку, она нашла мешочек, где были пальцы Нваний, не зная о его содержимом. Стивенсон (Stevenson. 1997. Pp. 1635–1636) отмечает, что в это время она была беременна. Когда в 1958 году у нее родилась девочка Корделия, у ребенка оказались врожденные дефекты. Стивенсон описывает их так: «Несколько пальцев на каждой руке были значительно короче остальных, на некоторых не было ногтей. На левой ноге, под щиколоткой, была глубокая впадина (на том месте, где Ученду связывал Нваний ноги). На правой ноге был такой же, но менее заметный след… Все пальцы на ногах были короче (кроме большого пальца правой ноги), и ни на одном не было ногтя… Ученду сказал, что отрезал не все пальцы Нваний, и что дефекты новорожденной Корделии точно соответствовали пальцам Нваний» (Stevenson. 1997. P. 1636).

Беременность жены Ученду протекала нормально, за исключением того, что Корделия была немного переношенным ребенком, и роды длились дольше, чем обычно. Здоровье Иродирионьерку было в порядке, она не пила алкоголь, не употребляла наркотики. Ее трое детей, родившиеся до Корделии, были полностью здоровы, и пятый ребенок тоже был здоров. И ни у одного члена ее семьи не было никаких дефектов (Stevenson. 1997. P. 1638). Несколько племен Западной Африки отмечали умерших детей, чтобы потом узнать, если душа ребенка придет снова в ту же семью (Stevenson. 1997. P. 1626).

Сунита Кханделвал родилась 19 сентября 1969 года в небольшом городке Лаксмангарх, возле Альвара, в восточной части индийского штата Раджастан. Она была шестым ребенком Радхи Шьяма Кханделвала, торговца зерном, и его жены Сантары Бай. У Суниты с рождения было большое родимое пятно на голове справа.

В возрасте двух лет Сунита начала рассказывать о прошлой жизни. Первое, что она сказала – «Отвезите меня в Коту». Кота – город на юго-востоке Раджастана, около 360 километров от Лаксмангарха. Когда родители спросили ее, что находится в Коте, она ответила: «У меня были мама и папа и два брата. У нас был магазин с серебром и сейф, также машина и скутер. У моей мамы было много сари». О чем-то она рассказывала менее понятно – например, о магазине, сказав только, что там были серебряные монеты. Она также рассказала, что у нее был дядя по папиной линии, старше папы. Указывая на родимое пятно на голове, она сказала: «Смотрите, я упала» (Stevenson. 1997. P. 468).

Когда ей было три года, Сунита опять попросила отвезти ее в Коту, отказываясь есть, пока родители не исполнят ее желания. Они решили отвезти ее в Джайпур и сказать ей, что это Кота. Но Сунита возразила: «Это не Кота. Это Джайпур. Вы меня обманываете, и вас за это накажут» (Stevenson. 1997. P. 468).

Потом Сунита рассказала родителям новые подробности о своей жизни в Коте. Ее отец был из касты торговцев, имел магазин на базаре Чаутх Мата. Дом же находился в квартале Бриджраджпура. О своей смерти она сообщила, что «умерла, когда мне было восемь лет», и что «мой брат толкнул меня с лестницы, когда я попросила воды» (Stevenson. 1997. P. 469).

В 1974 году Х. Н. Банерджи, исследователь случаев реинкарнации из Джайпура, узнал о рассказах Суниты от друзей ее семьи. Нехотя, но все же семья девочки согласилась поехать с Банерджи в Коту. Сначала они зашли в фотостудию Пратапа Сингха Кхордии, который знал многих жителей Коты. Он рассказал, что отцом девочки в ее прошлой жизни, возможно, был Прабху Дайал Махешвари. Сунита однажды упоминала имя Прабху, говоря о своем отце. У Прабху Дайала был ювелирный магазин (с серебром), который находился на базаре Чаутх Мата. Однако Кхордия не слышал, чтобы у Прабху Дайала была дочка, которая умерла от падения с лестницы.

По совету фотографа семья девочки направилась на базар Чаутх Мата в поисках магазина. Стивенсон пишет: «По словам матери Суниты, девочка узнала магазин и мужчину, который сидел там и что-то писал. Она сказала, что это ее отец. Мужчина оказался Прабху Дайал Махешвари. Ему объяснили ситуацию. Прабху Дайал пригласил Суниту домой. Она сама показывала дорогу и нашла дом. Затем девочка вспомнила еще некоторые подробности своей предыдущей жизни и узнала некоторые вещи. Прабху Дайал потерял дочь в апреле 1968 года. Девочка Шакунтала упала с балкона и, ударившись головой о цементный пол, умерла через несколько часов. Практически все, что рассказывала Сунита, оказалось правдой» (Stevenson. 1997. P. 470). Стивенсон перечислял факты, в которых девочка оказалась права: «Она была единственной дочерью; умерла в возрасте 8 лет; оба ее родителя были живы; бабушка по линии отца умерла, а дедушка был жив; у нее был дядя по папиной линии, старше отца; у нее было два брата и двоюродная сестра» (Stevenson. 1997. P. 487). Стивенсон также описывал привычки Суниты, такие, как вкусовые предпочтения и прозвища ближних, которые совпадали с привычками Шакунталы.

Члены семей Суниты и Шакунталы никогда не встречались, кроме одного случая. Дядя Суниты по матери, ювелир из Дели, однажды случайно встречал Прабху Дайала в Коте, но встреча была чисто деловой. Он никогда не был у Дайала дома и ничего не знал о смерти его дочери (Stevenson. 1997. Pp. 473–474). Так что маловероятно, что Сунита могла узнать подробности жизни Шакунталы от членов своей семьи.

Стивенсон посетил Коту и сам уточнил подробности смерти Шакунталы. 27 апреля 1968 года днем девочка стояла на балконе дома во внутреннем дворе, играя с младшей двоюродной сестрой. У балкона были низкие перила. Ее мать, Кришна Деви, услышала, как она упала на цементный пол примерно с высоты пяти метров. Кришна Деви нашла дочь без сознания, из одного уха у нее текла кровь. Мать послала за мужем, который быстро вернулся из магазина. Стивенсон писал: «Прабху Дайал сказал, что когда он вернулся домой, то увидел, что Шакунтала разбила голову, и из раны шла кровь» (Stevenson. 1997. P. 474). Дайал отвез дочь в больницу в Коте. По записям в медицинском журнале, Шакунтала умерла спустя девять часов после поступления в больницу от «травмы головы» (Stevenson. 1997. P. 475).