Живая история - Уилсон Кара - Страница 5

— Она не больна, — ответил Ральф.

— Я беременна.

Тихое признание Марджи сначала потонуло в гуле вопросов, обращенных к ее мужу, потом вдруг до всех дошел смысл сказанных ею слов. Венди восторженно смотрела на нее широко раскрытыми голубыми глазами.

— Ты беременна? Честно-пречестно, у тебя будет ребенок?

Марджи рассмеялась.

— Честно-пречестно! У меня будет ребенок. А ты готова стать его тетушкой?

— Конечно, готова! — От избытка чувств Венди выскочила из-за стола и, подбежав к Марджи, порывисто обняла ее.

— Ребенок! Вот здорово, у нас будет ребенок!

У Дорин на глаза навернулись слезы, когда она нежно обняла Марджи за плечи.

— Как давно здесь не звучали детские голоса. Поздравляю, мамочка.

По столь радостному поводу открыли бутылку шампанского, долго шутили и смеялись, пока незаметно разговор не стал серьезным. Сев рядом с Марджи, Ральф заметил:

— Рождение ребенка многое изменит.

— Конечно, — согласился Гейдж. — Когда же в последний раз здесь были дети?

— Восемнадцать лет назад, — уточнил Ник и протянул через стол руку, шутливо дернул младшую сестру за волосы. — С тех пор как здесь появилась эта обезьянка, больше никого не было.

Венди мило наморщила носик.

— Да ты просто мне завидуешь, я же заняла твое место.

— Точно, и еще как заняла. Более избалованной девчонки я не видел.

— Дети, хватит пререкаться, — строго прервал их Ральф. — Нам многое нужно обсудить в связи с рождением ребенка. Я думаю, прежде всего, надо решить, во что вкладывать деньги.

Весь капитал семейства Коулов был вложен в скотоводство, однако спрос на говядину постоянно падал, все сейчас были помешаны на холестерине. Ральф предложил заняться выращиванием хлопка и перца, но для этого требовались новые земли, а где их взять?..

— Идея хорошая, — сказал Гейдж. — Но, действительно, где взять землю? Урезать выгулы? Но тогда придется резко уменьшать поголовье.

Ральф покачал головой.

— Можно уменьшить поголовье, если нет другого выхода, но я бы пока не стал рисковать. Предлагаю подыскать поблизости землю, которую мы могли бы купить или взять в аренду.

— Конечно, поискать что-то можно, — согласился Гейдж. — Но, насколько я знаю, никто из соседей землю не продает.

— Не продает, но вчера в городе я встретил шерифа и узнал от него, что вернулась дочь Тома Хадсона. Никто не знает, сколько она здесь пробудет. После смерти отца она распродала весь скот, так, возможно, и землю продаст.

— Я думал, Хадсон лишил ее наследства, — задумчиво произнес Ник.

— Как видно, нет. Ранчо принадлежит ей, и, если она надумает его продать, нам нельзя зевать. — Ральф взглянул на Гейджа. — Ты хотел чем-то заняться, вот и займись. Предупреждаю, дело может оказаться довольно хлопотным. Девица как-никак из породы Хадсонов.

Гейдж был уверен, что эта гордячка не отдаст им ни акра земли — с таким же успехом они бы могли ожидать снега в Сахаре, — но признаться в этом значило бы навлечь на себя массу ненужных вопросов. Он не хотел иметь ничего общего с Луизой Хадсон, поэтому и не рассказал, что уже встречался с ней.

Скрепя сердце он кивнул.

— Ладно, попробую.

Гейдж откладывал встречу с Луизой на самый дальний срок, но судьба столкнула его с ней нос к носу в торговом центре на автостраде № 3 на следующий же день. Он попридержал дверь, когда девушка выходила, нагруженная пакетами, и с ее губ чуть не сорвалось «спасибо», но, увидев Гейджа, она осеклась.

В нем всколыхнулось какое-то непонятное чувство — горячее и опасное. Стараясь избавиться от него, Гейдж раздраженно поджал губы и, едва заметно кивнув, поспешил было пройти мимо. Но не тут-то было — услужливый внутренний голос напомнил ему, что, как бы он лично ни относился к Луизе Хадсон, его семья заинтересована в ее земле.

— Позвольте. — Он взял у нее пакеты прежде, чем она успела возразить. — Я помогу вам. Где ваша машина?

Луиза, застигнутая врасплох, потянулась обратно за пакетами.

— Спасибо. Я сама донесу, это не тяжело.

— Все в порядке. Которая ваша машина?

— Серый «форд», — автоматически ответила она, тут же пожалев и ругая себя за уступчивость. — Не надо, прошу вас, мистер Коул, — хмуро бормотала она, спеша за ним.

— Гейдж, — поправил он ее. — Мы здесь не очень соблюдаем формальности, тем более мы соседи.

Соседи, которые были лютыми врагами. Подойдя к автостоянке, Луиза подозрительно взглянула на Гейджа. Она вдруг вспомнила записи в отцовском дневнике: «Коулы любезны только тогда, когда им от тебя чего-то надо». Смерив молодого мужчину презрительным взглядом, она наконец выхватила у него из рук пакеты с продуктами.

— Что вы от меня хотите?

— Хочу? — удивленно переспросил он. — Кто вам сказал, что я чего-то хочу?

— Мой отец, — отрезала она. — Он никогда не доверял вам и вашей семье. Особенно когда вы были любезны. Так чего же вы хотите, мистер Коул?

Его словно ударили кнутом и… вернули на землю. Черт возьми, он терпеть не может попадать в такое положение. Да, он хочет, хочет купить ее землю. Купить честно, а не завладеть ею обманным путем.

— На вашем месте я бы не очень верил тому, что говорил ваш отец. Вы ведь его совсем не знали. Он был преступником, — не сдержался Гейдж.

— Прекратите!

— Послушайте, хотя это, конечно, не очень приятно слышать, но, что поделаешь, это правда. Ваш отец хотел оттяпать у нас часть ранчо.

Рывком открыв дверцу, Луиза бросила на сиденье сумку и пакеты и, окинув Гейджа ледяным взглядом, злобно процедила:

— Вы, Коулы, просто невыносимы! Всегда повернете правду так, как вам нужно, да еще требуете, чтобы вам верили. Конечно, мой отец не ангел, но он бы никогда не сделал того, в чем вы его обвиняете. Так что оставьте вашу ложь при себе, мистер Коул!

— Ложь?! — Гейдж задохнулся от возмущения. — Вы думаете, я лгу?!

— Полагаю, вы готовы на все, что угодно, лишь бы представить свою семью в выгодном свете. Вам ничего не стоит оболгать человека, который уже не сможет защитить себя.

— Милашка, я не разрушал репутацию вашего отца. Он сделал это своими собственными руками.

— После того как ваша семья оболгала его!

Не обращая внимания на любопытные взгляды прохожих, они стояли посреди стоянки, с ненавистью глядя друг на друга и тяжело дыша. Никто не хотел уступить. Гейдж пытался втолковать ей очевидные вещи, но, похоже, напрасно. «Злобная, упрямая» — такими эпитетами он мысленно награждал ее и ужасно злился.

Но стоя совсем близко от нее, он не мог не заметить, какая она хорошенькая.

А заметив, отскочил как ошпаренный. Что же с ним творится? Нахмурившись, он холодно заметил:

— Солнышко, если вы так думаете, то очень заблуждаетесь. Не верите мне, спросите других. Поспрашивайте, и вам ответят то же самое.

— Конечно! — фыркнула Луиза. Вам принадлежит чуть ли не половина земель в округе, поэтому, естественно, никто не будет выступать против вас.

— Потому что против нас нечего сказать. — Гейдж предупреждающе поднял руку, не давая ей возразить, и продолжал: — Если вам так не нравится здесь, почему вы здесь торчите? Упакуйте вещички и убирайтесь откуда приехали! Уж поверьте, никто по вам не заплачет!

Выпалив все это, он резко повернулся и зашагал прочь, кипя от негодования. Только отъехав на порядочное расстояние от торгового центра, вдруг вспомнил, о чем хотел поговорить с Луизой Хадсон.

— Черт! — вырвалось у него. Он был вне себя.

Минут двадцать Луиза все еще не могла успокоиться.

— Каков наглец! — кипела она от возмущения. Представить только — выгоняет ее из округа, как обнаглевший шериф в какие-нибудь прошлые времена. Что он себе позволяет? Она такой же землевладелец, как и Гейдж Коул, и никуда не поедет, пока не сочтет нужным.

Ладно, этот человек не стоит того, чтобы о нем думать, — у нее есть другие дела. Вчера она закончила уборку гостиной, а сегодня хотела побаловать себя — почитать последнюю книгу Чарлза Гилгуда, которую привезла с собой из Далласа и еще не открывала.