Однажды в сказочной стране - Биллевич Виктор Всеволодович - Страница 9

Глядя вверх, они обошли дуб вокруг мощного ствола.

— Видите сундук? — спросил Дядька. — Вот он-то нам и нужен, родимый. — Он ткнул кулаком в грудь одному из охранников. — Ты полезешь!

— Куда?! — завизжал охранник. — Я же не обезьяна — по деревьям лазать.

— Как по такому стволу залезешь? — поддержал друга второй охранник. — Это нереально!

— Ай, извините! Забыл, что вы не обезьяны, а свиньи, — издевательски заметил Дядька. — Ладно! — согласился он. — Тогда перекинем верёвку через вон тот толстый сук и на верёвке поднимем тебя вверх.

Долго пытались перекинуть верёвку. Потом это им удалось, и, привязав одного из охранников к одному концу, они стали тянуть верёвку за другой конец.

Охранник оказался сидящим на толстом суку.

— Теперь отвязывай от себя верёвку и обвязывай сундук, — скомандовал Дядька. — Только крепко вяжи, не халтурь. А то голову снесу!

Сундук бережно опустили на землю.

— Ну, старикашка, прощайся с жизнью, — сказал Дядька и схватил топор. — Сейчас я тебя прикончу! Там должен быть заяц.

Он поддел топором крышку сундука, и та со щелчком открылась. Дядька запустил туда руку и вытащил за уши крупного белого зайца.

— Заяц есть! — Дядька покрутил зайца в руках.

Не раздумывая, он распорол зайцу брюхо. На землю посыпались опилки. Внутри зайца оказалась деревянная, искусно расписанная утка.

— Утка тоже есть!

Дядька об колено разломил утку пополам, и на землю выпало яйцо.

— Ага! И яйцо на месте!

Он поднял яйцо и повертел в руках.

Яйцо было завёрнуто в красивую бумажку с надписью «Киндер-сюрприз».

Дядька развернул обёртку.

— О! Шоколадное, кажись! — поразился он. — Выпендривается этот Кощей, как может. — Он лизнул яйцо языком, разломил его пополам и достал оттуда жёлтый пластиковый контейнер.

— Вот мы и у цели! — закричал он. — Трепещи, Кощей! Смерть твоя пришла!

Он разломил контейнер пополам, в надежде увидеть там долгожданную иголку. Но иголки там не оказалось. В контейнере, свёрнутая трубочкой, лежала бумажка.

Когда он развернул бумажку и прочитал, что там было написано, на него было жалко смотреть. Его круглое лицо, обвязанное белым бинтом, покрылось красными пятнами.

Он топал ногами, плевался, бился и без того раненной головой об сундук, боксировал с невидимым соперником.

Потом схватил винтовку и стал стрелять без разбора во все стороны, рискуя застрелить своего охранника, который ни жив ни мёртв стоял, слившись со стволом дуба.

Когда патроны кончились и винтовка дала осечку, он взялся за топор и в несколько ударов разнёс сундук в щепки.

Потом сел и стал монотонно, как маятник, качаться из стороны в сторону.

В записке неровным, корявым почерком было написано:

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

— Совсем тронулся мужик, — сказал Гарольд. — Мне его даже немного жалко. Если бы рядом были санитары, его бы непременно повязали в смирительную рубашку.

Ребята сидели в расщелине между скалами, и вся картина происходящего была видна им, как на ладони.

— Круто мы его сделали! — сказал Мока. — Он даже не понял, что это не тот остров. И не тот дуб. И твоя идея, Тутукин, сработала по полной программе.

— Скажите спасибо Охотнику, — добавил Даня. — Он нам здорово помог.

А дело было так. Пока летели на ковре-самолёте в сторону острова Буяна, Тутукину пришла в голову отличная идея — подменить в сундуке зайца, утку и яйцо.

На карте Данька определил, что поблизости от озера живёт Охотник, к которому они и отправились.

Охотник — симпатичный, высоченный мужчина — всё понял с полуслова. Он дал ребятам отлично сделанное чучело белого зайца, симпатичную деревянную уточку, которую он использовал для приманки на охоте, старый сундучок, моток крепкой верёвки и лодку.

После этого Данька довёл идею до совершенства, Он предложил направить врагов по ложному пути и установить указатель «Остров Буян» рядом с небольшим островком, в центре которого стоял большой дуб. Настоящий же остров Буян находился от этого места гораздо дальше. До него ещё надо было скакать и скакать.

Всё остальное было делом техники.

На фанерке они написали указатель, подняли сундук со всем содержимым на дуб, спрятались в расщелине и стали ждать всадников.

Дядька наконец-то пришёл в себя. Он встал, побрёл к берегу и плашмя плюхнулся в воду.

— Эй! А мы? — закричали охранники.

— Возвращайтесь домой, — ответил Дядька, — Вы мне больше не нужны. — И поплыл от острова.

Когда Дядька оделся и сел на коня, он достал из кармана своего шикарного камзола зеркальце, которое дал ему колдун Занзибад.

Он потёр пальцем поверхность зеркала, и там появилось изображение Занзибада.

— Ну что! Разбогател? — ехидно спросил Занзибад.

— Не гони! Ещё не вечер! — ответил Дядька.

— Ну и видок у тебя! — Занзибад рассмеялся. — Чистый клоун! Ты зачем поехал на остров? Хотел убить его, дурашка? Я же тебя предупреждал — он тебе не по зубам.

— Это всё Тутукин подстроил, — стал оправдываться Дядька.

— Какой Тутукин? Что ты гонишь?

— Мальчишка проклятый меня подставил. Уже не первый раз.

— Вот видишь, тебя какой-то паршивый мальчишка может вокруг пальца обвести, а ты на самого Кощея пошёл. Ой, плохо это кончится, помяни моё слово. Чего тебе сейчас-то от меня надо?

— Ты на этого Тутукина можешь порчу какую наслать? Чтоб не мешал.

— Да не знаю я, кто такой Тутукин. Думаю, что он из другого измерения и мои чары на него не действуют.

— Ладно. А скажи, Кощей в свой замок вернулся?

— Пока не вернулся. Но в любой момент может вернуться. А ты, я смотрю, всё-таки решил его ограбить? Ну, валяй, безумец! В добрый путь, как говорится. Шар, как и договаривались, стоит у подножия замка. Я своё слово держу. Да прославятся скромные деяния мои! — сказал Занзибад.

Изображение зарябило, размылось и исчезло вовсе.

— Плешивый дурак! — выругался Дядька. — Думает, что он умнее всех! А чёрта с два ты получишь свою долю! Всё себе заберу! Всё!!

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Жуткое это было место.

Издалека замок Кощея Бессмертного выглядел, как пирамида беспорядочно нагромождённых серых камней, отполированная ветрами и дождями и уходящая ввысь.

Но если приглядеться, то можно было увидеть узкие, как бойницы, оконца с чугунными коваными решётками, башенки под облаками, террасы, балконы и уступы.

Замок надёжно охранял тайны Кощея от любопытствующих взоров.

Вокруг замка, страшно галдя, кружилась туча жирных чёрных воронов.

На земле стояла сплетённая из лозы квадратная корзина, а над ней медленно покачивался на фоне серой каменной массы большой жёлтый, как цыплёнок, воздушный шар.

Дядька скакал очень быстро и вконец загнал своего коня. Когда он спешился у воздушного шара, конь зашатался из стороны в сторону, словно пьяный, а потом жалобно заржал и рухнул на землю.

— Всё-таки ковёр-самолёт — великое изобретение! — сказал Мока. — Мы везде опережаем Дядьку.

Они сидели в очередной засаде, неподалёку от воздушного шара. На сей раз это была пещера в подножии замка Кощея и был прекрасный обзор.

Дядька, кряхтя, залез в корзину и с любопытством стал рассматривать горелку.

— Я далеко не уверен, что он сможет запустить горелку, — предположил Даня. — А без этого шар не сможет подняться в воздух.

— А зачем там вообще горелка? — спросил любопытный Мока.

— Ты закон Архимеда в школе изучал? — спросил Данька.

— Изучал, — не очень уверенно ответил Мока. — Кажется…

— На тело, погружённое… — подсказал Тутукин.

— A-а! На тело, погружённое в жидкость…

— Или газ, — добавил Данька.