Однажды в сказочной стране - Биллевич Виктор Всеволодович - Страница 3

— Сколько их всего? — спросил Тутукин.

— Я насчитал шесть человек — тьфу ты! — существ, конечно, — сказал Даня.

— А мне кажется, они довольно симпатичные и миролюбивые, — высказал своё мнение Антон. — И оружия у них что-то не видно.

— Вот они выстрелят в тебя из своей красивой палочки, и будет тебе Кирдык Тутукович, — язвительно заметил Мока.

— А что, если… — предположил Тутукин, но договорить не успел.

В днище тарелки с грохотом открылся большой круглый люк, и оттуда на траву вывалилась Баба-Яга.

Она вскочила и, прихрамывая на костяную ногу, быстро-быстро, зигзагами побежала по поляне. Так обычно бегают, спасаясь от вражеских пуль.

Баба-Яга мчалась прямо к кустам, где залегли ребята.

Ничего не видя вокруг, она на скорости продралась сквозь кусты и намерена была, судя по всему, бежать дальше, но Мока ловко подставил ей подножку, и Баба-Яга упала.

— Ф-фу! И шдесь зашада! — прошамкала она беззубым ртом.

— Спокойно, бабуля, мы свои, — сказал Мока.

Пришельцы, конечно, видели, что произошло. Они попытались скакать за Бабой-Ягой, однако на пол дороге остановились и что-то возбуждённо забулькали друг другу, указывая своими палочками в сторону кустов.

— Сейчас ещё пульнут сюда, — сказал Даня. — Надо бежать от греха подальше.

— Я больше не могу пешать, — заныла Баба-Яга. — У меня нога болит.

— Я её потащу на себе, — предложил Антон. — Давай, бабуля, залезай ко мне на закорки.

Он присел, старуха, продолжая ныть и ругаться, уселась на спину Антона, обхватив его шею костлявыми руками, и все побежали от опасной поляны подальше.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Команда сказочных спасателей расположилась в избушке Дровосека. Это было довольно далеко от поляны, где стояла тарелка, и здесь можно было чувствовать себя в относительной безопасности.

— На всякий случай выставим охрану. Не исключено, что они будут искать Бабу-Ягу, — сказал Даниил, когда они с трудом уложили старуху на печку и сели за стол. — Мока! Ты первый идёшь в наряд.

— Нет вопросов, — ответил Мока. — Хорошо бы, конечно, какое-то оружие иметь. С пустыми руками как-то не солидно.

— Мока! Ты же знаешь наше правило. У нас не может быть оружия. Мы исследователи и спасатели, а не агрессоры. Иди, а мы посовещаемся.

— Хорошо! У дверей вилы стоят. Чем не оружие? — заметил Мока и исчез за дверью.

— Итак, что мы имеем на данный момент, — начал совещание Даниил. — Имеем неопознанный летающий объект на поляне — это раз. Имеем группу пришельцев.

— И зачем эти неопознанные летающие объедки прилетели сюда — непонятно, — заметил кот Гарольд.

— Имеем Змея Горыныча, — продолжил список проблем Тутукин, — который почему-то развалился рядом с тарелкой и, судя по всему, спит мертвецким сном.

— Имеем, наконец, Бабу-Ягу, которая героически сбежала из тарелки. — Даниил повернулся к печке: — Бабуля! А вы как в тарелку-то попали?

— Как-как! Пришли двое этих, ф-фу, желёных обормота и говорят: «Шобирайтесь, крашданка Баба-Яга! Вожмите только самое необходимое. Вы арестованы!»

— Как же вы их поняли? — удивился наивный Тутукин.

— Шучу я, парень! — Старуха противно засмеялась. — Они вошли в мою ишбушку на курьих ножках, и дальше я ничего не помню.

— Как пыльным мешком по голове? — предположил кот Гарольд.

— Вот именно, пушистый ты мой, вот именно.

— Возможно, что это гипноз, — предположил Даня. — Ну, а внутри тарелки что происходит?

В дверь заглянул Мока.

— Меня не пора менять?

— Заходи. Снимаем охрану, Мокушка, — ответил Даня. — Они для нас опасности не представляют.

— И-интере-есно, — заметил кот Гарольд. — А трубочки эти и коробочки с огоньками?

— Это у них приборы. Сейчас я вам всё объясню. Так что, бабушка, там внутри? — спросил Даня.

— А ничего. Темно там. Шлева Шоловеюшка лежить, как бревно, шправа Кащеюшка, как полено. А по центру чудище поганое всё в проводах, глаз у него мильон, все мигают.

— Понятно, — задумчиво сказал Даня. — Всё понятно.

— А мне ничего не понятно, — сказал Мока.

— У меня есть одна версия, но я расскажу о ней чуть позже. Пока надо как-то разруливать эту ситуацию. Предварительные выводы таковы: все эти зелёные человечки — обыкновенные биороботы. Они выполняют команды центрального компьютера, который находится внутри. Ни одного живого существа, судя по всему, в тарелке не прилетело. Скорее всего — это исследовательское судно. Роботы не вооружены, перед ними не стоит задача нападения. Бабу-Ягу они изучили, и поэтому она смогла убежать.

— Кушать очень хочется, — заглядывая в банки на полке, сказал Мока. — Слушайте! Я же совсем забыл. Мне мама что-то положила в рюкзак. — Он порылся в своём рюкзачке и вытащил оттуда пластиковую коробочку. — Вот. Здесь несколько бутербродов с сыром. И «Киндер» зачем-то положила… Что я, маленький? Кто-нибудь хочет «Киндер»? — спросил он.

Мальчишки разобрали бутерброды, а от «Киндера» отказались, и Мока сунул его обратно в коробку.

— Шшас, шшас… — Баба-Яга со скрипом слезла с печки. — Я вам шшас пирогов напеку. Тащщите дрова, топите печь, а я пока тесто замешу.

ГЛАВА ПЯТАЯ

На живописном холме, обнесённый высоким забором, красовался достаточно безвкусный трёхэтажный терем с башенками и резными колоннами.

На огромной террасе второго этажа, развалившись в плетёном кресле, сидел лысый, крепко сбитый мужчина. На шее его сверкали две толстенные золотые цепи, а на всех пальцах красовались перстни, один краше другого. Одет он был в чёрную футболку с крупной золотой надписью «Boss».

Мужчина, причмокивая, пил медовуху из большого деревянного, расписанного под хохлому ковша. На столе перед ним стояли вазы с фруктами.

На террасу с грохотом ввалились два охранника, удивительно похожие на своего хозяина — тоже лысые, крепкие. Только цепи на шее были пожиже, да перстни на пальцах попроще. Оба в тёмных очках.

Они тащили за собой Дровосека — тщедушного человека с жидкой бородёнкой. Был он одет в ватные штаны, заправленные в сапоги, а голову его украшала зимняя шапка-ушанка.

Охранники заломили человеку руки за спину и силой заставили встать на колени.

— Ты чего, дятел, в такую жару в зимнее вырядился?

— Дак холодно в лесу в тени. Мёрзну я, — тихо ответил Дровосек.

— Значит, мало топором машешь, уродина ты эдакая! Правда, ребята?

— Гы-гы-гы, — заржали охранники.

— Ну и что же ты творишь? — довольно миролюбиво начал Хозяин. — Я тебе сколько раз говорил — не руби мой лес! Даже не подходи к нему! А ты опять за своё?

— У нас нету такого понятия «моё-твоё». — Дровосек гордо поднял голову. — У нас, уважаемый, всё общее. И лес тоже общий.

— Ты смотри?! — Слова Дровосека ещё больше развеселили Хозяина. — Видали партизана? (Охранники снова глупо заржали.) У них, видишь ли, всё общее. Общей медовушки испить хочешь?

И, не дожидаясь ответа Дровосека, Хозяин плеснул из ковша ему в лицо.

Дровосек фыркнул, облизнулся и невозмутимо заявил:

— Недодержанная. И мяты переборщили.

— Ну, ты нахал! — Хозяин треснул по столу ладонью так, что блюда с фруктами подпрыгнули. — Ты что же — не боишься? Я же тебя твоим же топором на кусочки порублю и зарою, понял?

— Воля ваша, — спокойно ответил Дровосек. — Чему бывать, того не миновать.

— Всё! Надоел ты мне. Чтобы в моём лесу ноги твоей не было. В своём руби. Рядом с домом.

— Рядом с домом никак не могу, уважаемый, — заметил Дровосек.

— Это почему же?

— Там опасно. Там какая-то штуковина железная с неба упала, и вокруг зелёные лунатики ходят. Я с ними связываться не хочу. Хоть у меня и топор острый.

— А почему ты решил, что это лунатики?

— В наших краях такие не водятся, тем более зелёные, как кикиморы.